Меня не изгнать I (СИ)

— Не переживай, я дам тебе азбуку для трехлеток. Будешь постигать новые знания, у тебя все равно нет выбора.
— И то верно, — кивнул я головой. — Ладно, раз с твоими экспериментами покончено, то мы можем уже пройтись, чтоб я собрал сраный гравий.
— Кремний. Это другая порода.
— Ну или кремний, чтобы сдать его и отделаться от этого бреда. К слову, сколько мне там за него заплатят?
Впервые за весь день Мия улыбнулась. Мерзенько. Как она умеет.
— Тридцать сентицентов.
— Ладно. А это много или мало?
— На кусок хлеба хватит. Но, ты должен быть безмерно благодарен мне и своей судьбе, а еще тому мудаку, который повесил мне тебя на шею, поэтому жрать ты будешь нормально. Пошли, — сказала она. — Ответу тебя к берегу реки Од.
Мы вышли с центральной площади и свернули налево. Впереди по мощеной дороге неслась карета, на которой сидело пятеро людей с прицепленной сзади огромной деревянной закрытой бочкой, чем-то, что напоминало ручной насос с двумя ручками и шлангом.
— В сторону! — горланил тот, что сидел на козлах и хлестал лошадей, подгоняя их аж до мыла на шерсти. — В сторону!
Я проводил его взглядом, повернув голову увидел еще одну такую же карету.
— Чего случилось-то? — спросил я у Мии.
— Пожар, — сказала она. — Сейчас еще колокол услышишь.
И словно в подтверждение ее словам по небу громыхнул звон, разносясь по городу. Боооммммм. Бооомммммм. Боооммммм. Тяжелый, медный звон, который прямо нес в себе негативную атмосферу.
Я поднял голову в поисках источника дыма и очень скоро нашел его. По непонятной мне причине в груди защемило и стало очень и очень неуютно.
— Ты знаешь, что там? — спросил я у некромантши, которая продолжала идти рядом и что-то копошилась в своей сумочке. Она оторвалась от своего занятия, подняла голову и замерла на месте.
— Твою ж мать, — процедила Мия сквозь зубы.
— Что там?
— Бегом! — Она сорвалась с места похлеще любого спринтера с моей планеты по команде «старт».
— Да что там такого-то? — запыхиваясь, спросил я, переходя на бег.
— Родовое поместье Вильгельма. ТВОЕ родовое поместье.
  
Интерлюдия 3
 
Сущность вихляла из стороны в сторону, как два карпа кои. Черное и белое в необъятной пустоте.
— история принимает стремительный оборот, — сказал голос.
— ОЧЕНЬ СТРЕМИТЕЛЬНЫЙ. НЕ ПОДЛИТЬ ЛИ НАМ ЖАРУ В ОГОНЬ? — ответил второй голос с рычащими нотками.
— может быть, милый волк. почему бы и нет?
Они глядели на картину полыхающего имения. Огонь быстро поедал деревянные сваи конструкций, целиком проглатывал целые комнаты, отрыгивал снопом искр в небо и продолжал чревоугодничать.
— красивое, — сказал голос с высоким тоном.
— МНЕ ТОЖЕ НРАВИТСЯ, — подтвердил рычащий голос.
— не хочешь еще немного позабавиться, волк?
— ХОЧУ, ОВЕЧКА.
Сущность выудила из пустоты сосуд, на внутри которого была заперта душа. Сам же дух сидел, как джин, на дне бутылки, обхватив колени и дремал. Сущность постучала пальцем по стенке емкости, приводя душу в сознание.
— проснись и пой, душа, — обратилась она к тому, кто был заперт внутри. — ты же хочешь домой, верно?
Дух активно закивал головой. Сущность откупорила пробку и потрусила бутылкой, выталкивая душу к себе на ладонь, после чего взяла его за шиворот и развернула лицом к картине пылающего имения.
— ВОТ ОН, ТВОЙ ДОМ, — сказала вторая половина, и разжала когтистые пальцы, выпуская душу из рук прямиком сквозь пространство, обратно в дивный мир.
  
Глава 9
 
Петляя между переулками, мы неслись в сторону родового имения, которое находилось в верхней части города. Лично для меня ориентиром служил огромный столб дыма, вздымающийся прямиком в небо.
— Сюда! — крикнула Мия, перескакивая через невысокий плетенный забор-тын. Я сиганул за ней, ощущая, как сердце внутри бешено колотится. Не понимал: от волнения, от того, что я несся, как оглашенный или от всего разом.
И чем ближе мы приближались, тем отчетливее становился дымный смрад для моего обоняния. Языки пламени вздымались вверх, выплевывая снопы искр. Я видел это невооруженным глазом.
 
К моменту, когда мы добежали, от поместья оставались сплошные руины. Гильдия Пожарных заливала все водой, но толку было мало. Пламя бушевало так сильно, что мгновенно сжирало всю ту воду, что туда подавали. Угомонились только тогда, когда Гильдия Задач в срочном порядке выдала нескольким магам задание с повышенным коэффициентом оплаты. Как бы это не звучало: «помочь горожанам, устранить пожар». Они наколдунили там всяких локальных дождей, водяных шаров, песчаных штормов и прочих магических ухищрений.
Откуда я это все знаю? Да все просто. Меня не пустили. Ни меня, ни Мию, которую, казалось, знала каждая собака и уважала просто потому, что. Констебли, оцепили периметр и допускали только либо пожарных, либо тех, у кого был доступ по Задаче.
Я, пытаясь вжиться в роль, кричал, подключал все свое блядско-бардское обаяние, рыдал, взывал к правосудию. Все было тщетно. Мне сказали стоять в сторонке и не выначиваться, пока не будут произведены работы по усмирению огня. Собственно, минут за тридцать они справились. От поместья, как я уже говорил, остались рожки да ножки, а точнее — обугленные балки, заваленные стены, почерневшая черепица, какие-то обгоревшие части личных вещей и… тела тех, кто был родней для Вильгельма.
Ощутил, как в желудке стало дискомфортно, и тошнота подкатила к горлу. Не могу сказать, что мне было жалко этих людей. Тем более, если учесть факт, что, завидев меня, могли бы посадить на цепь, как говорила Мия и все такое… просто не каждый день видишь обгоревшие трупы, чувствуешь их запах и изуродованные тела.
Взглянув на Мию, я особо ничего не разглядел ни на ее лице, ни в глазах. Она держалась спокойно. Вероятно потому, что с родителями Вильгельма у нее не было ни тесных отношений, ни каких-либо отношений в целом. Держали дистанцию с ее же слов.
Однако, это не остановило ее от того, чтоб начать двигаться к телам, которые уносили на переносках существа в черных мантиях.
— Что ты делаешь? — спросил я ее, двигаясь следом.
— Хочу понять, что произошло, — сказала она, но ее путь тут же преградил констебль. Высокий мужчина, человек, размером со шкаф.
— Извините, доступ к телам запрещен. Идет выяснение обстоятельств.
— Я сама могу все разузнать. Пропустите, — спокойно сказала она, хотя я видел, как в ее глазах плясали чертики гнева.
— Нет, — коротко отозвался констебль. — Сперва тела попадают к коронеру, затем погребальная служба связывается с живыми родственниками, и уже потом прямой потомок или близкий родственник имеет возможность как-либо взаимодействовать с усопшими.
Я услышал, как в воздухе что-то заскрежетало. Надеюсь, это что-то стороннее, а не зубы Мии. Бруксизм, знаете ли, дело пагубное.
Взяв за плечо, я повернул ее в сторону имения. Сколько же сил ей стоило, чтобы не дернуть плечом и не сбросить мою руку. Что ж, могу понять, тем более после того разговора.
— Идем, пока что там осмотримся, — сказал я примирительно. Мия не ответила, но с места сдвинулась и пошла со мной.
Пожарные уехали, маги разошлись, только охранники правопорядка снова туда-сюда, что-то занося в свои планшетники перьями с чернильницами. В этот раз нас пропустили без вопросов. Основная задача была завершена, поэтому теперь мне дозволили шататься тут сколько душе угодно. Я и шатался, осматривая руины имения Аскании. Хочу сказать, просторно тут у них было. И красиво, наверное.
Был яблочный сад, среди деревьев стояла обгорелая веранда с качелями, столами и лавками. Была цветочная поляна, которая до пожара сто процентов пестрила разносортностью растений и разномастностью цветов.
Возле руин дома я видел обгоревшие остатки семейных портретов, книжных полок, элементов одежды и прочих убранств. Не говорю уже про черепки от посуды, расплавленные куски золота, которые, поди, раньше были кубками и чашами для гостей и стояли в серванте.