Дракон цвета крови
– Не называй меня так [1].
– Великий, – поправился Санджар, чуть ли не извиваясь от верноподданнических чувств, – мы делали все возможное. Если бы у нас была живая особь… живое…
– Живого дракона я вам не достану.
– Великий, мы…
– Санджар, ты понимаешь, что мне придется сделать… многое. Ты обещаешь, но чем ты ответишь за свои слова?
Санджар поднял голову. Темные глаза полыхнули огнем неизбывного фанатизма.
– Моя жизнь в вашей власти, Великий.
– Возможно, она и станет ценой провала.
Санджар снова ткнулся лицом в пол.
– Великий…
Как он увидел жест, останавливающий его словоизлияние? Ну… у опытных царедворцев глаза видят, как у вальдшнепа или стрекозы [2].
Баязет подошел к окну, посмотрел вдаль.
Санторин!
Как прекрасна и изобильна его страна! Как богата и роскошна!
Сады и дворцы, фонтаны и молитвенные башни, леса и озера, поля и водопады. Изобильные урожаи и тучные стада, гнущиеся от плодов ветви и гроздья винограда, масло и вино… пусть и не везде. Но главное достояние Санторина – не зерно и не скот.
Главное достояние Санторина – люди. Люди, которым сам Сантор повелел владеть миром.
Бесстрашные и решительные, умные и воинственные.
Люди, которые достойны власти.
Сложись все чуточку иначе, санторинцы давно бы владели миром. Но на их пути стоит одно препятствие.
Драконы!
Проклятые чешуйчатые ящерицы, которым все нипочем. Их не достанешь, их не собьешь, они пресекают любую попытку изменить сложившееся положение. Они защищают мир?
Это еще вопрос, от чего они его защищают.
Морские чудовища?
Лицо принца омрачилось.
Ладно… он видел их сам. И сражался. И… потерял нескольких людей. И если бы не драконы, потери были бы куда больше. Но…
Но!
Можно построить прибрежные крепости! Можно построить катапульты, корабли, можно… да пусть бы были и драконы! Но почему они мешают людям?!
Всем ясно, что править миром должны достойнейшие! Санторинцы.
Да, если не будет драконов, будет намного больше жертв среди людей. Это понятно. Но Сантор дарует победу достойнейшему, а мужчина живет только в сражении. И в нем же и умирает.
Иногда быстро, иногда медленно.
Баязет повернулся к ученому, который так и не отклеил пузо от пола.
– Я рискну, Санджар. Но помни, ты отвечаешь головой за результат.
– Моя жизнь в твоей власти, Великий.
Баязет в этом и не сомневался.
Глава 2
Начинайте день с зарядки.
Вообще в фитнес-центрах четко делят народ на две группы. Те, кто пришел работать, – и те, кто пришел искать себе приключений на тыльное место.
Кстати, иногда это одни и те же люди, только в разное время.
К примеру, фитоняшка Мила, которая ходила к нам в центр. Утром приходит – волосы в хвостик, купальник такой скромненький, лосины дешевенькие – и давай потеть на тренажерах. Да так, что потом хоть полы вытирай – пот ручьями льет. Спокойная, серьезная – человек над собой работает!
Вечером встретишь – не узнаешь! Макияж, маникюр, костюмчик из супермодных, спортивная обувь, которая стоит подороже директорской БМВ – девушка вышла на охоту.
А вот так!
Папа у нее богатый, с деньгами проблем нет, а приключений хочется. Она качков и ловила себе в клубе. А в остальном нормальная девушка. В рамках состояния и воспитания.
А в основном кто-то ходит работать над собой, а кто-то искать себе развлечения. Вот первых я люблю и уважаю, а вторые мне никогда не нравились. Работать я и с ними буду, я профессионал, но сил и энергии на таких тратится больше, а отдача меньше. Несправедливо.
Звук колокола заставил меня подпрыгнуть.
– Ой, ля…
Вот что я ненавижу – это мега-будильники. Есть повод. У родителей в детстве был советский будильник. Знаете, такой здоровущий и отвратительно трещащий. Вот с тех пор я такие побудки и не выношу.
Я люблю будильники негромкие, спокойные, уютные. Здесь этого не дождешься… или я найду себе приличный будильник, или буду подлетать с кровати на полметра. Мне так не нравится. Просыпаешься – трясешься, руки дрожат, сердце бьется что есть сил…
Белье, будильник… что еще окажется в списке до выходного? За эти шесть дней?
Все остальные, кажется, воспринимали будильник вполне нормально. Зашевелились, за дверью, которая ведет в ванную, послышался шум.
Какой-то он подозрительно… шумный? И возле моей двери?
Подкралась на цыпочках, прислушалась.
– …Роет дверь…
– И тут ее…
И мерзкое хихиканье.
Угу, ну, такое мы тоже просекаем. Наверное, это рассчитано на Каэ, которая или приходила раньше всех, или позже всех… и что вы решили установить перед дверью несчастной девчонки?
Ладно же.
Я потом разберусь и обезврежу ловушку. А вы…
А вот тут беда. Ничего я им сделать не смогу. Просто потому, что не могла бы Каэ. А я, не зная всех тонкостей, пока не рискну сильно выделяться. Мало ли кто пишет и докладывает. Мало ли – куда и кому.
Поэтому даже ловушка…
Хм-м-м?
Я коварно улыбнулась и отправилась на завтрак.
* * *Столовая.
Отдельный корпус. Большое здание, в котором помещаются кухня, собственно столовая и банкетный зал. Иногда в академии устраиваются торжества, вот чтобы далеко тарелки не носить…
И все?
Память услужливо подкинула картину большого зала.
Раздаточная – эти места одинаковы во всех мирах.
Стол… столы тут разные. Это радует.
Есть одиночные, есть на четыре человека, на шесть, на двадцать – выбирай не хочу. Кто-то сомневается, что именно выбрала Каэ? Правильно. Самый дальний и крохотный столик, рядом с мойкой посуды… там ее не дергали. Девчушка быстро давилась убогой пищей и тут же убегала. Еще бы…
Скотина ее папаша. Девочка постоянно жила в изоляции, а тут – тарарах! И она не остается одна даже в душевой. В комнате – другое дело, в комнату даже местные гиены не лезут. Не сильно нарываются. Пока. Но даже уборная – и та может стать полем боя… расслабиться не удается, нервы вибрируют – удивительно, что она раньше с башни не кинулась!
Могла бы.
При таком режиме жизни – запросто! Еще и этот подонок Лиез… фу-у-у! Выдыхай, Зоечка, потом вдыхай и снова выдыхай. Зря ты, что ли, дыхательную гимнастику и йогу осваивала? Именно на такой случай. Чтобы никого не убить…
Вахтерша проводила меня злым взглядом. Я поставила себе галочку: помириться. Но это потом. И направилась на поле для зарядки.
И кто сомневался, что здесь все будет именно так, как вечером в нашем центре? Я вот не сомневалась.
Стояла, ждала, наблюдала.
Поле для девушек, поле для парней, у нас инструктором женщина, у парней мужчина. Впрочем, женщина выглядит так, словно последние лет двадцать проработала шпалоукладчицей. Такая кубическая фигура…
– А, Кордова? Отлично. Приступай к разминке, если пришла.
– Да, раэша, – пробормотала я.
Разминке… я бы тебе показала мастер-класс! Но придется… с чего там начиналось?
Пришлось неловко вращать в разные стороны головой, потом я попробовала потянуть руки, наклониться…
Раэша Пизано смотрела на меня с плохо скрытым отвращением. Я боролась с желанием как следует размять это тело!
А еще показать кое-что из своих наработок.
Я бы тебе колесом прошлась – в родном теле! А «солнышко» не хочешь? Да я на руках могла ходить без особых проблем, от одной стены до другой! И равновесие удерживала без особых трудностей!
А тут!
Это не тело, это издевательство! Не-не, я не против, пусть остается! Это лучше, чем вообще ничего или, как сейчас модно, другой пол. Баба попадает в мужика, мужик в бабу… брр! Снос крыши и размыв фундамента при таком гарантирован! Мне бы точно пришлось в дурдом ехать.
Постепенно подтягивались остальные девушки. Я отмечала тех, кого знала.