Аннушка (СИ)
─ Глеб Викторович! Она уже пятая, пятая за год.
Я выгнул бровь. Шаловна пояснила.
─ За год пять клининг-менеджеров с Вашего этажа отправились в декрет. Скажите, что Вы с ними делаете?
Лично я с ними ничего не делал. Но вопрос казался весьма занятным.
─ В чём проблема? Возьмите бабушку. Старушка точно в декрет не улетит и даже не доковыляет.
Тамрико покачала головой.
─ Всё бы Вам шутки шутить. Бабушка не справится. Объёмы большие. Нужна молодая и выносливая.
Моё терпение иссякло.
─ Тамара Шаловна! Не забывайтесь. Это Вы у нас умывальников начальник. Решите как-нибудь данную проблему сами.
Тома кивнула.
─ Уже решила. Вот счёт.
Взглянув на протянутый лист, я вздрогнул.
─ Что это за сумма? Вы решили приобрести японского робота?
Женщина фыркнула.
─ Это объявление об открытии вакансии для трёх радиостанций и ТВ. Подпишите, будьте так любезны.
Во дела! Я и не думал, что поиски обычной уборщицы обойдутся в размер её годового жалования. Аккуратно свернув лист, сунул в карман пиджака.
─ Давай так. Поищите среди знакомых, вывеску на центральную дверь водрузите, мол, приглашаем и т. д. А, если не найдёте, мы вернёмся к этому вопросу через неделю.
Глаза Томочки заблестели недобрым огнём.
─ Через неделю? Катастрофа! Ладно. Разрешите идти?
Этот разговор состоялся два дня назад. Неделя не прошла. Так что ещё приключилось?
─ Слушаю Вас, Тамара Шаловна! Что стряслось на этот раз?
Трубка зашипела. А потом послышался голос с мягким грузинским акцентом.
─ Тимофей Илларионович ногу сломал. Дождались.
─ Наш охранник?
─ Да. В туалете на луже поскользнулся. ─ Тамрико закипала. ─ Вы извините, но у меня катастрофически не хватает людей. Девочки итак из сил выбиваются. Они не могут устроить круглосуточное дежурство на этаже администрации. Я… я…
─ Успокойтесь, пожалуйста. Сейчас мне нужно выехать на объект, а завтра я подпишу счёт и лично передам его в бухгалтерию. Договорились?
Тамрико сменила гнев на милость.
─ Ладно. Тогда до завтра.
День пролетел быстро. Я успел побывать на трёх объектах и устроить разгон субподрядчикам. Пришлось самому показать, что значит, укладывать кирпич ровно. Устав и замёрзнув, как чёрт, думал лишь о горячей ванне. Телефонный звонок от Риммы прозвучал очень некстати.
─ Глеб Викторович! Вы не забыли? У Вас сегодня ужин с клиентами в «Рандеву». Да, да, с теми самыми.
Твою дивизию! А я ведь забыл. Совсем из головы вылетело. Осмотрев свой пыльный костюм и безнадёжно испорченные ботинки, чуть не завыл.
─ Конечно, помню. Поройся у меня в шкафу. Там есть чистые брюки?
Римма застучала каблучками.
─ Нет, Глеб Викторович. Ничего не осталось. Видимо, я всё в химчистку сдала.
Я мысленно выругался.
─ Придётся домой ехать.
Дав отбой, кивнул водителю Сашке.
─ Разворачивайся. В центр.
Глава 4
В моей квартире опять царил бардак. Дорожка из сброшенных на пол вещей вела от ванны к спальне. Я тяжело вздохнул, собирая гардероб жены. Войдя в комнату, уже открыл рот, чтобы сделать последнее китайское предупреждение, но, увидев, что творится на кровати, передумал.
Маринка лежала на атласном покрывале с широко разведёнными коленями и активно работала вибратором. Она даже не взглянула на меня. Странная индийская музыка и приторные благовония заполнили просторное помещение, вызвав у меня приступ тошноты. Свалив вещи супруги в угол, я выключил систему и, подойдя к окну, широко распахнул створки.
Волна свежего воздуха хлынула в спальню вместе с шумом центральной улицы. Маринка вытащила из себя член на батарейках и одарила мутным взглядом.
─ Что ты творишь?
─ Это ты, что творишь? Заниматься онанизмом при живом муже как-то странно.
Супруга тяжело вздохнула.
─ Онанизмом? Ничего подобного. Я провожу массаж женской чакры. Так что выйди и не мешай.
Набрав в ладони масло из подозрительного флакона, она потёрла соски и легонько дотронулась до клитора. Я почувствовал тяжесть в паху. Когда в последний раз мы занимались с женой любовью? Месяц назад? Два? Три? Точно и не вспомнить. Отец требовал внуков, а откуда им взяться, когда Маринка либо напивалась и тотчас засыпала, либо медитировала и указывала мне на дверь?
Недолго думая, расстегнул кожаный ремень, скинул брюки и повалился на кровать. Тонкая рука моей жены потянулась не ко мне, а к проклятому вибратору. Я перехватил игрушку и откинул её подальше.
─ Если тебе нужен массаж какой-то там чакры, почему не обратилась ко мне?
Маринка пискнула.
─ Отвали. Трахай своих баб, а меня оставь в покое!
─ В покое? ─ злость затмила рассудок. Нависнув над женой, я развёл коленом её бёдра и, стянув с себя трусы, выпустил на свободу окаменевший член. Миг, и мой дружок проник в горячее, скользкое от смазки влагалище. Жена вертелась подо мной, как уж на сковородке, пытаясь впиться в лицо острыми когтями. Пришлось схватить её за руки и завести обе конечности за подушку. ─ Расслабься и получай удовольствие! ─ Я хотел поцеловать ярко накрашенные губы, но супруга дёрнула головой.
─ Отвали от меня. Ненавижу!
Эти слова подействовали, словно холодный душ. Возбуждение, как водой, смыло. Я почувствовал, что мой член быстро теряет свою решимость. Вскочив на ноги, натянул боксеры и направился в гардеробную.
─ Значит, ненавидишь? Тогда собирай вещи и вали отсюда. Даю на всё про всё двадцать четыре часа. Не успеешь ─ шмотки полетят в окно.
Маринка натянула халатик и улыбнулась.
─ Ты выгоняешь меня так, как выгнал Эда?
─ Он уже донёс тебе?
Жена кивнула.
─ Я уйду. Но готовься к громкому бракоразводному процессу.
─ Угу. Всегда готов!
─ Мои адвокаты сотрут тебя в порошок.
─ Увидим.
Надев чистый костюм, направился к выходу. Ишь, как заговорила, должно быть, Эдик обещал приютить.
Громко хлопнув дверью, я подошёл к лифту и поправил запонки на свежей сорочке. Завтра же прикажу юристам компании подготовить бумаги. Развод, так развод!
Глава 5
Переговоры прошли продуктивно. Совершенно расслабленные и немного пьяные, представители сторон пожимали друг другу руки и выражали надежды на долгое плодотворное сотрудничество. Ну вот и всё. Заказ мой. Можно и домой ехать.
Уже на улице вспомнил, что дома у меня нет, по крайней мере, на ближайшие двадцать часов. Телепаться на Подмосковную дачу не хотелось. Далеко. В отличие от меня, у Сашки была семья, жена-красавица и двое симпатичных пацанов. Рабочее время давно закончилось. Пора бы и отпустить парня. Может, в отель? Нет. Разговоров потом не оберёшься.
─ Куда едем, Глеб Викторович? ─ Сашка протёр лобовое стекло и уселся за руль.
─ В офис. Нужно кое-какие бумаги проверить. Да, завтра до обеда ты свободен.
Водитель кивнул, мол, надо, так надо. Рассекая туман, мы домчались до административного корпуса. Ничего, переночую на диване, а утром Римма сварит мне кофейку. Взбодрюсь и приступлю к делам.
Кивнув охранникам, поднялся на пятый этаж. Пустота и тишина непривычно давили на психику. Я практически добрёл до собственного кабинета, когда в конце коридора, из мужской уборной, донеслось чьё-то пение. Тонкий голосок профессионально выводил ноты до боли знакомой итальянской арии. Что за чудеса? Сделав разворот, направился к туалету.
Дверь в помещение оказалась широко открытой. Яркий свет играл на блестящем кафеле. Сделав два шага, остановился. Чудесное пение лилось из распахнутой кабинки. Я зачарованно побрёл на звук и увидел склонённую над унитазом девушку. Она натирала крышку так увлечённо, что даже не заметила моего присутствия. Пришлось кашлянуть.
Девушка вскрикнула и обернулась.
─ Ой! Вы кто?
Я широко улыбнулся. Светло-русые локоны, собранные на затылке, отливали золотом. В огромных голубых глазах светился, нет, не испуг, скорее удивление. Маленькие пухлые губки, аккуратный, чуть вздёрнутый нос и милые веснушки.