Мой желанный мужчина

Он нервно дернул галстук.
– У тебя одна новость невероятнее другой, дочь.
– Мне особого выбора не оставили. Центр погряз в непонятных интригах, от которых я всегда держалась в стороне, – пояснила коротко, решив не вдаваться в подробности. – Но это уже… неважно.
Я вздохнула и стряхнула воду с пальцев, обнимая себя за плечи и чувствуя беззащитнее некуда.
– Я знаю, что вариантов у меня немного, – начала спокойно, уже обдумав этот момент. – Либо возвращаться на Землю или на какую-то ее планету-колонию и работать на правительство, либо остаться на любой другой планете, учиться контролировать дар и использовать его.
Отец все так же молча смотрел на меня, не перебивая и давая высказаться.
– В любом случае, где бы я ни оказалась, встает вопрос свободы. Возможно, к одаренной на той же Каллиастре отнесутся легче, чем на Земле.
Я взглянула на отца, ожидая, что он скажет. Он уже понял, что я сделала свой выбор и отступать от него не стану.
– Рано или поздно, Николь, земное правительство узнает о тебе. И они за тобой придут. Невозможно одновременно использовать дар и скрывать его. А не использовать не сможешь, иначе потеряешь над ним контроль, – тихо заметил отец, становясь серьезнее некуда.
То есть мой план – попросить отца добыть методики тренировок для одаренных и скрыть уровень способности – с треском провалился. В нем не предусмотрен вариант защиты от земного правительства, в руки которого я все равно попаду.
– Возможно, будь у тебя способности к менталистике, та же эмпатия или развитая интуиция, шанс скрыть это еще бы оставался, но дар к управлению стихией…
Мы с отцом одновременно посмотрели на выбравшуюся из стакана воду, обвившую мою руку.
– Я понимаю, что прятаться вечно не смогу, и все равно готова попытаться и сделать все возможное, чтобы не возвращаться на Землю, – выдохнула я. – И, если ты можешь помочь, раздобыть для меня хотя бы программы тренировок, я буду признательна. О большем я не прошу, понимаю, что это не в твоих силах.
Он устало откинулся на спинку кресла, потер виски и вновь посмотрел мне в глаза.
– У меня есть один знакомый, который, возможно, сможет помочь. Я свяжусь с ним, переговорю, а после его ответа уже подумаем, как быть дальше. Немного времени, чтобы определиться, у нас еще есть.
Это «нас» прозвучало совсем непривычно. Похоже, отец пытался меня поддержать и приободрить, и что удивительно – действительно вполне нормально воспринял мою новость о третьем уровне дара. Встревожился, конечно, даже испугался за меня, но не оттолкнул, считая монстром. И самое важное – принял мое решение поступить в этой ситуации так, как я считала для себя верным.
– Отдохни пока, я свяжусь с тобой чуть позднее, – сказал он, обрывая связь и не прощаясь.
Еще несколько минут я сидела в тишине, наблюдая, как капли воды скользят по руке, складываются в жгуты, собираются в крупный шарик, обволакивают пальцы, словно в забавной игре, а после стряхнула их и решила последовать совету отца. Принять душ, поесть и еще немного поспать. Надежда, что все получится, мне не придется лишаться свободы, пусть и маленькая, но все же оставалась.
Эрик Лантар
Звонок на лиаре застал меня, когда я только что завершил разговор с Иластаром, закончив короткий доклад о сделанной работе. Обсуждать дальнейшее сотрудничество с правителем планеты, впечатленного моими способностями, предоставил Маркусу.
Сам я едва успел расположиться на веранде, как на голограмме появился Эдвард Дайрон, мой давний знакомый, ученый-океанограф. Эдвард когда-то спас мне жизнь и не испугался тогда моего проснувшегося дара. Мы созванивались нечасто, так уж складывались обстоятельства – то у меня работа, то у него командировка, но дружескую связь поддерживали.
– Здравствуй, Эдвард. Рад тебя видеть, – ответил я, отмечая, что он явно чем-то встревожен.
– Здравствуй, Эрик. И я тебе всегда рад, – немного скованно улыбнулся ученый, проводя рукой по взъерошенным волосам.
– Что у тебя случилось? – спросил, понимая, что нет смысла тянуть, у него просто все чувства сейчас написаны на лице.
 
– У моей дочери внезапно проснулся дар третьего уровня, – выдохнул он, бледнея и потирая виски.
Несколько мгновений я осмысливал сказанное. От Маркуса и других одаренных на Ариате я уже был наслышан об отношениях землян к людям со способностями. Если у нас, на Ариате, правительство хоть всячески и давило на одаренных, зачастую вынуждая их подписывать договора для сотрудничества, но даже в этом случае относительный выбор и свобода действий все же оставались.
На Земле с этим было совсем жестко, у одаренных контролировался не только дар, но и личная жизнь. Никто из них просто не имел права на привязанности и чувства. И разница между ариатами и землянами здесь была велика. Да, и мы, и они использовали способность на благо общества, спасали чужие жизни, но земляне в разы чаще выгорали и погибали, не в состоянии справиться с откатами, и ситуацию их правительство менять не собиралось. Такой судьбы я не желал никому, тем более, дочери человека, который когда-то меня спас.
– Николь нужен наставник и защита от земного правительства, – добавил Эдвард, не сводя с меня пронзительного взгляда. – И ты, Эрик, единственный, кто сможет с этим помочь.
Я замер, смотря на Эдварда. Раз он пришел ко мне с вопросом о защите Николь, его связей в самых разных кругах, чтобы решить этот момент, не хватит. Но я в качестве наставника? Сложно и представить.
– Почему ты решил, что я сгожусь в наставники? – не удержался от просившегося вопроса, который мне был непонятен, и, опуская первую часть с защитой от земного правительства.
Он вздохнул, устало потер виски.
– Эрик, причин тому несколько. Во-первых, у Николь дар к управлению водой.
Даже так? Я удивленно уставился на Эдварда. Как-то так сложилось, что на Ариате случаи, когда у одаренных с третьим уровнем одна и та же способность, единичны, можно по пальцам пересчитать. Одинаковым дар быть мог, но имел грани.
– И она не может его сейчас никак контролировать. Я пока с ней по лиару разговаривал, к руке Николь из стакана тянулась вода, и остановить это моя дочь не могла.
Эдвард шумно выдохнул, нервничая и, похоже, не находя себе места.
– Это, в принципе, вторая причина, по которой я обратился именно к тебе. Уж кто-кто, а один водник, я уверен, может помочь другому с контролем над проснувшейся силой и с возникшим откатом.
Ну, с контролем, я действительно мог попробовать помочь, но с откатом… Я на миг прикрыл глаза, вспоминая, с каким трудом сам справляюсь с последствиями использования силы. Пока не случилось того проклятья, все было пусть не легче, но проще и понятнее. На меня вот даже секретная вакцина, разработанная «Звездным ветром», не действует. Но, если откат перейдет определенную грань, проклятье обретет полную мощь.
– И, в-третьих… Эрик, – сглотнув, посмотрел на меня Эдвард, не отводя глаз. – Я знаю тебя очень давно и уверен, ты не причинишь никакого вреда моей дочери. Тебе я могу ее доверить.
Я потер виски, обдумывая сказанное. Ситуация с его дочерью, конечно, незавидная. А, учитывая сейчас мои обстоятельства – постоянные командировки и проклятье, связанное с использованием способности, которые так просто не убрать и не разрешить, согласиться на наставничество – та еще идея. Но и отказаться… Помнится, Эдвард, когда бросился за одним мальчишкой в море во время шторма, даже тогда и не думал, что может сам погибнуть.
Бросить в беде дочь человека, который меня спас, я просто не способен, какими бы проблемами это мне не грозило. Долги я всегда возвращал.
– Я помогу, – просто ответил Эдварду, который благородно оставил решение за мной, не пытаясь давить и уговаривать, за что я его уважал.
– Спасибо! – выдохнул он, не скрывая своего волнения.
– Где сейчас находится Николь? – уточнил тут же.
Мне еще необходимо переговорить с Маркусом об изменении моих планов. Надеюсь, он поймет и поддержит, как это было все эти месяцы.