Антимаг (СИ)

На жутких кронах деревьев, он заметил чей-то силуэт, с каждой секундой, он приближался к нему ближе и ближе, как вдруг ветки зашевелилась и кто-то в темном капюшоне прыгнул прямо на его лошадь, ухватил Дорадос и повалил на землю, при этом что-то бормоча себе под нос и ужасно крича.
Удар пришелся на почки, от боли он завыл. Неизвестный приставил нож к его горлу, как вдруг что-то неведомое пронзило нападавшего, острой стрелой. Кровь хлынула на одежду мужчины. Он стремительно отбросил чудовище, и увидел перед собой того мужчины из трактира.
— Кто это был? — Мы зовём из Драгуинами, это верные солдаты Энтерии, она их собирает по кладбищам, и воскрешает. — Не плохо так мертвецы по деревьям лазят. — Это точно, — рассмеялся чародей.
— А кто ты? — раздался голос Антонио во тьме.
— Одавир, я главный страх Энтерии, главный ее враг.
— Похоже приятель, у тебя появился конкурент.
— Да ну? — подав ему руку, проговорил Одавир.
— Вот так вот, она забрала у меня любовь, я заберу у нее жизнь.
— Мне нравится твой настрой, так ты едешь в Храм Дреймора?
— Именно.
— Ты не боишься меня? Вдруг я человек Энтерии и сейчас тебя обманываю.
Антонио с подозрением заглянул под капюшон, а затем увидел там сияющие глаза, в которых виднелась ненависть к ведьмам.
— Мне терять нечего, если погибну, то встречусь с любимой.
— В таком случае поедем вместе?
— Ты тоже решил помещать этой ведьме? Похвально, в любом случае с бравым волшебником не так страшно, — ухмыльнулся Дорадос. — Вот только лошадь найти бы, она небось уже сбежала, испугалась.
Одавир ухмыльнулся, а затем проговорил, что-то на непонятном языке. В полной тьме виднелся силуэт лошади, она с визгом подбежала к ним.
— Ну вот и лошадка твоя.
— В добрый путь, — рассмеялся Антонио, посмотрев на волшебника.
  
Глава 35: Храм Дреймора
 
Мрачный ночной ветер гонял по лесам, под кронами жутких деревьев, что, покосившись, клонились к земле. Лошадь непрерывно мчала в сторону храма, что скрывался посреди густых кустов, вдали.
— Кто вы такие? — раздался голос Дорадоса.
— Мы чародеи Шаумбарата, — ответил хриплым голосом Одавир.
Тучи на ночном небе сгущались, казалось собираться дождь.
— Ну надо же, не слышал о вас раньше.
— О нас мало кто знает, легенды покрыли песком наши имена, многие забыли что мы вовсе существовали, а некогда именно наш орден спас весь мир от Дреймора, отправив его в то месте, где он сидит не первую сотню лет.
— Да вы герои, я погляжу, — рассмеялся Антонио, вцепившись руками в конную упряжку.
Впереди посреди лесной чащи виднелись остатки деревни. Дома казались заброшенными, разрушенными едва ли не до основания, а на земле, посреди разбитых телег, перекошенных заборов и поросшей до колен травы, лежали человеческие кости, остатки плоти, черепа.
— Ну надо же, сколько их здесь?
— Десяток, может быть больше, — взглянув на остатки людей, ответил Одавир.
Они остановились, чтобы напоить лошадь, к счастью прямо через селение проходила едва ли заметная речушка, покрытая мулом и травой. Одавир взял ведро, что стояло прямо под одним из заборов, а затем понес в сторону ручья.
— Ко всему чего касается рука Дреймора, то становится проклятым. Эта земля покрыта мраком, все вокруг храма вымерло, даже люди здесь надолго не задержались, как сам видишь. С закатом солнца здесь делать нечего, коль…
Не успел он договорить, как его прервал пронзительный стон, что доносился из-за сарая.
— Что это? Человек? Быть может стоит помочь, — испуганно спросил Антонио.
— Это друг мой, злыдень!
— Твой друг? — удивился Антонио, вздохнув с облегчением.
— Да нет же, я тебя другом назвал, ведь все кто против Энтерии, мне друзья. А злыдень, это монстр, что приносит разруху в усадьбы людей, если такой поселился в доме или деревне, считай что пропали все, кто здесь живет. Ну ты сам видишь, деревня пустая, одни скелеты валяются во дворах и то обглоданные, тварей здесь хватает, так что будь осторожен.
 
— Да уж, то что Энтерия и ей подобные сотворили с этим миром, дичайший ужас, — с трепетом в голосе проговорил Антонио, рассматривая остатки человеков.
— Похоже лес просыпается, слышишь, как поют ночные Атрии, этим ведьмам палец в рот не клади, отгрызут по локоть.
— Смотри ка, — завороженно прошептал Антонио, вглядываясь на синие свечение во тьме. Оно мерцало синим цветом, переливаясь с едва ли заметным желтым оттенком. Магический свет стал распускаться как огненный цветок, переливаясь в Филнарит.
— Да все в порядке, моя чародейка говорит, что уже на подходе.
— Ты здесь не один?
— Нас, много, очень много, так что будь уверен, сегодня мы вернемся с головой Энтерии.
— Или с головой Дреймора, — рассмеялся Антонио.
Одавир в то же время поил лошадь, которая все время куда-то поглядывала. Было видно, что кобыле не по себе в этом жутком месте, да и самим наездником было не шибко лучше, Антонио трясло словно малое дитя, в отличие от бессмертного Одавира, который топчет эту землю первую сотню лет, Антонио по-прежнему был смертным и страх присутствовал в его сердце.
— Ну это вряд ли, нам главное этого монстра не допустить в этот мир, а что будет с ним дальше, меня мало интересует, — проговорил Одавир швырнув ведро в кусты. — Вали отсюда блохастая Атрия, вот же ведьма болотная, затаилась в кустах.
— Кто такая, она эта Атрия? — поинтересовался Антонио.
— Ты какой-то странный, не видел их что ли ни разу? — удивился чародей.
— Да нет вроде бы, я пол жизни провел на Малахии, остальное время в Эльсильдоре, — соврал Антонио.
— А когда успел нажить Энтерию во враги? — с подозрением спросил Одавир.
— Когда она убила мою невесту, принеся войну в королевство, не так давно, — с ненавистью в голосе ответил инквизитор.
— Понимаю, она многих мучила, убивала, пыталась и меня уничтожить, отделался магическим шрамом на все лицо, с тех самых пор никак не могу избавиться от него.
— Ужас конечно, и что никак нельзя снять эти чары?
— Только лишив Энтерию силы, а это как ты понимаешь не возможно, во всяком случае пока, эта рана, она имеет немного другое свойство, чем увечье от кинжала или топора, — проговорил Одавир, забравшись на лошадь. — Садись друг, нас ждут великие дела.
Дорадос запрыгнул на рысака, на этот раз лошадь вел чародей.
— Я просто знаю туда дорогу, а ты нет, поэтому поведу я.
— Хорошо, веди меня чародей, — согласился Антонио.
Он доверился незнакомцу, ведь наверняка знал, что эта дорога ведет в один конец, из этого путешествия вернется одна из сторон. Силы добра победят или тьма поглотит этот мир.
Одавир скомандовал лошади ехать. Она будто очарованная его голосом слушалась и без остановок мчалась вперед.
— Скажи Одавир, чем ты ее напоил таким, что она уже битый час едет без перерыва.
— У нас чародеев свои методы, — рассмеялся мужчина. Они мчали среди темного леса, где не виднелся даже свет кровавой луны, что взошла над горизонтом, заставляя дрогнуть и больших и малых.
— Да чего же так темно? Почему солнце до сих пор не засияло над горизонтом или в этом месте всегда так? — спросил Антонио.
— Слышал, что самый темный час всегда перед рассветом? Так вот это вранье, сегодня солнце вряд ли взойдет, да и завтра тоже, покуда дух Дреймора не вернется в Фароус. Его власть закрывает солнце, а луна служит источником силы, для детей ночи, она наполнилась кровью, потому что так захотел Дреймор. Кровь символ его власти.
— Мы остановим его вместе.
— Хотелось бы в это верить, — проговорил Одавир. Как вдруг перед ними засиял свет, он издавался со стороны старого храма, что расположился впереди. — Ну вот мы и приехали.
Одавир спрыгнул с лошади и принялся осматриваться.
— Это обитель Дреймора? — спросил Антонио, с трепетом взирая на пожелтевшие каменые стены. Среди густой травы виднелись жуткие статуи.