Время жить (трилогия) (СИ)

Заметив приближающихся людей, один из ящеров издал скрипучий писк. Вся группа из десятка существ разного размера бросилась в бегство, быстро перебирая длинными ногами с огромными расставленными в стороны тонкими пальцами, снова заставляющими вспомнить каких-нибудь болотных птиц, и в мгновение ока исчезла в лабиринте стволов.
– Ты заметил, как они от нас рванули? – мрачно спросил Эргемара появившийся рядом Млиско. – А между прочим, они совсем не мелкие по местным меркам. Или где-то поблизости встречаются и более крупные твари?
Эргемар молча пожал плечами, однако в этот момент он вдруг пожалел, что в свое время вооружился только легким пистолетом. Эти заросли, действительно, таили в себе опасность. Чувствуя себя не очень уверенно, он незаметно перетянул кобуру на живот и расстегнул ее – так было как-то спокойнее.
Через некоторое время вокруг стало немного светлее. В переплетении ветвей над головой появились проплешины, стволы-колонны начали попадаться реже, однако моховой ковер стал словно прогибаться под ногами, затрудняя ходьбу, в нем появились разрывы, где стояла черная маслянистая вода.
Вначале все обходили эти лужи, благо, они попадались довольно редко. Большие, мутные, неподвижные, они казались коварными и очень глубокими. Только Крагди, один из дружков раненого Буса, имевший на ногах крепкие сапоги до колен, похоже, не разделял общей боязни, и когда у него на пути оказалась небольшая, всего лишь метра полтора в поперечнике, лужа, он спокойно шагнул напрямик.
Раздался громкий плеск. Не успев даже вскрикнуть, Крагди рухнул в воду, уйдя в нее с головой. На мгновение все замерли. Будь Крагди налегке, вытащить его не представило бы никакой трудности. Но тридцатикилограммовый груз за спиной мог легко превратиться в смертельную ношу.
Через несколько томительно долгих секунд облепленная тиной голова Крагди появилась на поверхности воды.
– Помогите! – воззвал он, громко отфыркиваясь. – Здесь яма! Глубокая – дна не достать!
Эргемар, не раздумывая, бросился на помощь, сбрасывая на бегу рюкзак.
– Осторожно! – Млиско ухватил его за рукав. – Смотри! Это никакая не яма!
Барахтаясь в воде, Крагди поднял волну, и теперь было ясно видно, что моховой ковер, по которому они шли, был на самом деле всего лишь тонким покровом над трясиной, чем-то вроде корки льда над замерзшим озером. Лужи, подобные той, в которую угодил Крагди, были полыньями в этом льду. Пытаясь выбраться, Крагди цеплялся за мох, и тот отрывался кусками в его руках.
– Держись! – Млиско уже осторожно ложился на живот, разматывая веревку. – Хватай! Тяните его!
– Тяните же! – вдруг испуганно завопил Крагди. – Что-то коснулось моей ноги! Схватило за ногу!! А-а-а!!!
Ухватившись за веревку, несколько человек мощным рывком выдернули Крагди из западни, но вместе с ним из бурлящей воды появилось нечто вроде спутанного клубка щупалец, уцепившегося за его ноги. Щупальца были довольно тонкими, но длинными и с черными роговыми крючками на концах, а еще через секунду на поверхности появился их обладатель – белесый спрут с продолговатым туловищем около метра в поперечнике, на котором выделялись огромные выпуклые глаза. Из клубка щупалец высунулся длинный загнутый крючком клюв. Крагди, оглянувшийся назад, заорал совсем уже нестерпимо, зажмурив глаза и вцепившись в веревку.
Эргемар действовал, почти не рассуждая. Выпустив из рук веревку, он выхватил пистолет и открыл огонь, целясь прямо в отвратительные черно-серые буркала. Он, без сомнения, попал, из одного глаза спрута засочилась беловатая жидкость, но иглы, которыми был заряжен пистолет, очевидно, не причинили ему большого вреда. Несколько щупалец взметнулись высоко в воздух и, свиснув, словно плети, ухватили Крагди поперек туловища. Вода в проеме слова забурлила. Очевидно, подводный хищник был готов скрыться внизу со своей добычей.
Помешал ему Млиско. Оставив попытку перетянуть спрута, он схватился за свое штурмовое ружье и дал почти в упор очередь разрывными пулями. Тело чудовища разнесло буквально в клочья, во все стороны полетели серые ошметки, снова взметнулись в воздух и бессильно опали несколько щупалец, а тут уже подоспели на помощь Рантис и Даксель с плазменными резаками, и благодаря им Крагди удалось, наконец, освободить от смертельных объятий.
 
Лужа к тому времени превратилась во взбаламученный проем, где бултыхались куски оторванного мохового ковра, вырванные с корнем куски каких-то водных растений и останки разорванного в клочья спрута. Внезапно один из самых крупных кусков зашевелился и резко ушел под воду, очевидно, кто-то невидимый схватил его и утащил на глубину. Вода снова забурлила и пошла тяжелыми волнами, похоже, там намечалось новое пиршество. Несколько женщин вскрикнули.
Крагди оттащили подальше от воды, к одному из стволов-колонн. Это место казалось более безопасным; вблизи было видно, что от ствола отходят множество корешков, вплетенных в слой мха, словно металлическая сетка – в бетон. Однако теперь опасным казалось все: люди не решались подходить друг к другу, боясь, что моховой ковер не выдержит общей тяжести и порвется.
И все же, Млиско, Эрна Канну, Эргемар и еще несколько человек не побоялись собраться вокруг потерявшего сознания Крагди. Удивительно, но сапоги все еще были на нем, хотя штанины брюк и нижняя часть рубашки и куртки были разорваны в клочья. Щупальца спрута были покрыты несколькими рядами крючков с зазубренными концами, и даже отрубленные, они цепко держались за свою добычу. Ноги и ягодицы Крагди оказались покрытыми множеством мелких порезов и царапин.
Покрыв его раны заживляющим гелем и укутав одеялом, Крагди погрузили на гравитележку, и колонна немедленно продолжила путь. На этом страшном месте посреди опасной трясины никому не хотелось оставаться ни одной лишней минуты. Однако общая скорость теперь сильно упала. Все двигались с повышенной осторожностью, далеко обходя черные пятна проемов и, зачастую, пробуя на прочность моховой ковер, прежде чем сделать следующий шаг. Безоружные то и дело опасливо оглядывались по сторонам, вооруженные сжимали в руках пистолеты и иглометы, готовые открыть огонь при малейшем признаке опасности.
А еще через час такого пути опасное болото вдруг кончилось. По бокам сначала появились небольшие островки, опутанные корнями деревьев – на этот раз не тонких колонн, а огромных кривых стволов, моховой ковер стал, кажется, меньше пружинить, туман начал рассеиваться, а затем прямо впереди вырос невысокий песчаный склон с торчащими из него темно-серыми скалами. Вверху – это было уже хорошо видно – росла нормальная трава и тянули свои ветви знакомые синеватые "сосны".
Сил ни у кого уже не осталось, и все повалились прямо на песок, не позаботившись даже о том, чтобы снять узлы и рюкзаки. Многочасовой переход через болото вымотал людей до предела, оставалось надеяться только на то, что оно окажется таким же неудобным и для их преследователей, а может быть, даже заставит их потерять след.
С громким стоном Эргемар высвободил руки из лямок и принял сидячее положение. Долгий день подходил к концу, а это означало, что кому-то надо было позаботиться о месте для ночлега, сухих дровах, чистой воде и ужине. В данном случае, "кому-то" означало самого Эргемара и его отделение.
В первый же вечер, пошедший на решение организационных вопросов, вся группа беглецов была разделена на семь отделений по десять человек (Млиско, Даксель и Даугекованне не входили ни в одно из них, выполняя не совсем определенные, но явно руководящие функции). Два отделения занимались при этом только разведкой и охраной, третье, под командованием Лилсо, было хозяйственным, а остальные четыре по очереди брали на себя раскладку лагеря и поддержание порядка. Смена одного отделения другим происходила после обеда, и теперь дежурство на ближайшие сутки переходило именно к Эргемару и его подчиненным, одним из которых был, кстати, Крагди, так пока и не пришедший в себя, а другим – еще не оправившийся от раны Карвен.