Время жить (трилогия) (СИ)

Ш-ш-ш… Ч-ч-ч… Пич-ч-ч… Им-пич-ч-мент!
С самого утра парламент бурлит как закипающий котел.
– …А вы слышали?! Оказывается, всех авторов "Заявления Двенадцати" уже… того!… И притом, сразу!
– Да! Какой ужас! Нужно немедленно принимать меры!
– Уже, уже принимаются! Мы поставим вопрос на голосование сегодня же! Ваша фракция проголосует за?
– Непременно, непременно, коллега! Но мы требуем не менее двух мест в комиссии по расследованию…
– …Этот Кирстен просто уголовник! Да-да, настоящий бандит! Так расправиться с почтенными людьми! У меня летит весь бизнес!
– Не огорчайтесь, коллега. Нам, депутатам, всегда найдется, чьи интересы лоббировать. И притом, наконец, мы избавились от этого Движения!
– Причем тут Движение? Это, знаете, мухи отдельно, а котлеты отдельно! Кирстена все равно надо убирать! А то как бы и самому не последовать…
– …Господа, господа, вы не откажетесь поддержать мой законопроект?
– Нашли время! Куда вы лезете с вашим проектом?… Да и кому он теперь нужен, когда заказчиков-то – тю-тю…
– А из принципа!
– Тоже мне, принципы!… Вы вот лучше сегодня проявите разок принципиальность…
– Проголосуйте за импичмент…
– …А я бы на вашем месте не стал торопиться.
– Окститесь! А "Заявление Двенадцати"?!
– Ну и…?! По моему, их уже давно пора было…
– Господин генерал! Вам что, хочется на старости лет учиться играть по новым правилам? Вы депутат парламента, уважаемый человек, а хотите быть у Кирстена на побегушках?!
– Господа, вы забываете о пришельцах. В шторм капитана не меняют.
– Причем тут пришельцы?! Какое им дело, кому приказывать?! Скажите точно, генерал, вы подчинитесь решению большинства фракции?
– И до следующих выборов сделать президентом это жирное чучело, нашего, прости господи, спикера?!
– Генерал, прекратите ваши политические разговоры! Вы будете голосовать вместе с фракцией или нет?!…
– …Почему они, черт возьми, не начинают? Все уже в сборе!
– Как, вы не слышали, коллега? К нам едет Кирстен! Самолично!
– И что ему надо?
– У него какое-то послание. Хочет заболтать нас, не дать нам успеть принять постановление о начале процедуры импичмента. Вы же не забывайте, сегодня последний день сессии… Нельзя же откладывать такие важные вопросы еще на четыре недели!
– Это точно, он тут нашурует… Так какая проблема, будем заседать хоть до ночи, а примем все, что нам надо! За импичмент все равно большинство! Мы победим!
– Но где, все-таки, шляется наш спикер?…
Спикер парламента Дагир Хоннуок выглядел именинником. Заблаговременно проведенная подготовка дала свои результаты. Весь парламент пылает праведным гневом и горит желанием отстранить Кирстена от власти. А по конституции, до следующих выборов обязанности президента переходят к нему. К нему, благоразумно воздержавшемуся от прошлогодней предвыборной гонки ради гарантированного получения второго по значению поста в государстве.
Что же, иногда вторые становятся первыми…
– Господин Хоннуок! Президент Кирстен уже приехал. Он просит встречи с вами. Наедине.
Вот как, уже просит?! Это приятно. Но только капитуляцию, полную безоговорочную капитуляцию… Тогда он позволит ему уйти с минимальными потерями… Президент Хоннуок – это звучит, черт возьми!
– Доброе утро, Кирстен! Так что вам от меня нужно?
– Ничего.
– Это хорошо. Давайте тогда сразу перейдем к делу. Для начала, я требую…
– Простите, вы, кажется, неправильно меня поняли. Мне нужно, чтобы вы сегодня не делали ничего. Я выступлю перед парламентом, попрошу его принять необходимый мне закон, и вы все спокойно и с чистым сердцем отправитесь на каникулы.
– Это несерьезно. Умейте проигрывать, Кирстен. Уходите сразу же в отставку, и я вам обещаю, что расследование будет спущено на тормозах.
– Это все, что вы можете сказать?
– Да. И более благоприятных условий вам больше никто не предложит.
– Тогда взгляните, пожалуйста, вот сюда.
Долгая пауза.
– Это… что? Что за чушь?
– Это не чушь, Хоннуок. Если парламент проголосует за возбуждение процедуры импичмента, первая полоса завтрашних газет будет выглядеть именно так.
 
– Вы хотите сказать… что я буду убит?! Вы не посмеете, Кирстен!
– Посмею. Как посмел уничтожить зарвавшихся денежных мешков, поставивших себя выше государства. Вы не обращали внимание на то, что сегодня здание парламента охраняют десантники? Герои Музураша, искренне преданные своему президенту. У кого-то из них просто не выдержат нервы…
– Но я… сейчас же…
– А впрочем, это необязательно будет десантник. Может быть, пуля настигнет вас с балкона для прессы, или это будет вообще не пуля… Скажем, отравленная игла в вашем кресле… Или вам внезапно станет плохо, и милая улыбающаяся медсестра сделает вам укол в вену кубиком чистого воздуха… Поверьте, Хоннуок, существует множество способов убить человека, а я постарался заранее подготовить для вас несколько вариантов.
– Зачем… зачем вы мне угрожаете?! Это у вас не пройдет! У вас не выйдет стать диктатором!
– Что же, вы можете мне помешать. Если парламент проголосует за импичмент, я в тот же день уйду в отставку и отвечу за все… включая и ваше убийство. В нынешнее тяжелое время Горданой может управлять только президент, имеющий всю полноту власти. Но вас к тому времени уже не будет в живых и, по конституции, меня должен будет сменить первый вице-спикер Лудан. Он, однако, стар и не отличается крепким здоровьем, поэтому он откажется в пользу второго вице-спикера Ригена – единственного, кому я готов доверить страну в этот тяжкий час. Так что, выбирайте, Хоннуок. Вы можете спасти демократию в Гордане и предотвратить мою диктатуру. Но только ценой собственной жизни.
– Но что мне дает, если я начну играть по вашим правилам? – огрызнулся Хоннуок. – После таких откровений я становлюсь для вас слишком опасным.
– О, поверьте, я никого не убиваю без крайней необходимости. Вы превосходно выполняете свои обязанности спикера. Это ваше призвание, не понимаю вообще, зачем вам еще стремиться в президенты? Я рассчитываю, что через несколько месяцев вы займете пост главы законодательной ассамблеи Западного континента.
– А наш парламент, он, что…?
– Вам его жалко? Не беспокойтесь, вы не останетесь без своей трибуны. Так что выбирайте, Хоннуок – геройская смерть или жизнь и новый виток в вашей карьере… А сейчас нам, я думаю, пора идти в зал. Депутаты уже, наверно, заждались начала заседания…
Появление Лёрида Кирстена было встречено в сессионном зале глубоким недовольным гулом – так обычно встречают на стадионе выход на поле команды противника. Как опытные болельщики депутаты приветствовали мрачную решимость престарелого первого вице-спикера Лудана, спокойную уверенность второго вице-спикера Ригена, восторженно проводили занявших места в президиуме председателей фракций и вдруг встревоженно умолкли при виде спикера. Полный, румяный и агрессивный Дагир Хоннуок сегодня выглядел как проткнутый воздушный шарик. Он был необычно тих, не улыбался и как-то испуганно оглядывался по сторонам.
Многие депутаты уже знали, что Хоннуок и Кирстен только что встречались с глазу на глаз, и видимые простым глазом итоги этой встречи заставили их насторожиться.
Ничего, если надо, команда сыграет и без капитана. Вон сколько молодых игроков горят задором и готовы даже без сигнала пойти в атаку на злодея-президента. Фракции отмобилизованы, места в комиссии по расследованию вчерне поделены… Что бы там Кирстен не сказал, а сегодня ему крышка!
Президент спокойно, не торопясь, поднимается на трибуну. Он говорит, почти не заглядывая в текст речи, лежащий перед ним. В зале по-прежнему шумно, и Кирстену приходится время от времени повышать голос, почти выкрикивая отдельные фразы. Наверное, поэтому его речь воспринимается словно отдельными кусками.
– …Сегодня наша страна переживает, может быть, самый сложный период в своей истории… Появление пришельцев… Слом старой структуры международных отношений и строительство новой… Миллионы беженцев… Вскрытый нашими доблестными правоохранительными органами антигосударственный заговор… Все это ставит нас перед необходимостью принятия множества тяжелых и, самое главное, срочных решений…