Время жить (трилогия) (СИ)

Вдоль берега тихой речки… Среди лесов и полей… Подальше от разрушенной Ледины…
Это случилось километров через пять, когда дорога наконец набралась храбрости пересечь реку. Или наоборот, это речка, сделав поворот, поднырнула под мост. Просто из зарослей кустарника, шагах в двадцати перед Ворро и Неллью, появился высокий худой парень с автоматом наизготовку.
– Стой! – выкрикнул он, направив ствол в их сторону.
– Вот вляпались! – в сердцах сказал Ворро, и когда из кустов за спиной автоматчика на дорогу вышли еще трое, Неллью понял, что на этот раз его друг-пессимист не ошибся.
Чем ближе подходили налетчики, тем больше удивления вызывал их внешний вид. Все четверо очень молодые, вряд ли старше двадцати. Двое в поношенной, выцветшей солдатской полевой форме без знаков различия, один в грязном, обтерханном и в нескольких местах прожженном насквозь ватнике, четвертый вообще невесть в чем. Все грязные, оборванные, у всех худые изможденные лица с глубоко запавшими глазами. И нехороший блеск в этих глазах.
– Рюкзаки долой! – скомандовал главарь с автоматом. – Руки за голову! Ро, обыщи их, нет ли оружия!
Самый низкорослый из грабителей, тот самый, в лохмотьях, торопливо охлопал Ворро и Неллью по бокам, вытащил ножи из ножен на поясах и швырнул их к ногам главаря.
– Больше ничего! – крикнул он. – Чисто!
– Это хорошо, – недобро прищурился главарь, не опуская автомата. – А ну, тащи сюда их хурду! А вы – (это Ворро и Неллью) стоять смирно!
Трое молодчиков начали увлеченно потрошить рюкзаки. На дорогу посыпались заботливо уложенные вещи, брякнулся на асфальт котелок, покатились по сторонам консервные банки.
– Странно, – шепнул Ворро краем рта. – Сразу за вещами полезли, а деньгами даже не поинтересовались.
Главарь тоже был всецело поглощен процессом обыска, хотя время от времени позыркивал на пленников, и Неллью рискнул спросить.
– А у тебя что, есть деньги?
– Есть, – прошептал Ворро. – Грамм пятьсот золота в сертификатах. В кителе. Если будут лезть, я не выдержу, честное слово.
– Да что деньги? – пожал плечами Неллью. – Мусор. А еда – это жизнь.
– Вот как? – нахмурился Ворро. – Выходит…
– Братва! – один из налетчиков издал счастливый вопль. – Да тут жратвы полно! И бухало! Ох, пировать будем!
И тут один из свертков, небрежно запакованный Ворро, раскрылся и из него прямо на землю вывалились лепешки. Все трое набросились на них как хищники на добычу.
– Прекратить! – заорал главарь. – Вы!… Да прекратите же!
Те не реагировали, и тогда он сам кинулся наводить порядок, пиная и отбрасывая в сторону своих дружков, которые, не обращая на него внимания, ползали на коленях по земле, собирая и поспешно заталкивая в рот куски. Главарь ничего не мог с ними поделать.
– Прекратить! – в бешенстве орал он.
Схватив автомат за ствол как дубину, он был уже готов с размаху опустить его на голову ближайшего соратника, но тот вслепую отмахнулся и попал главарю по рукам. Автомат вылетел из главаря из рук и, перекувыркнувшись в воздухе, упал прямо между возящейся на земле кучей малой и Ворро с Неллью, все еще стоящими с поднятыми руками. В ту же секунду Ворро решился.
– Бьем их! – крикнул он Неллью, и оба рванулись вперед.
Главарь рванулся к автомату, но его опередил Неллью, с размаху ударивший его ногой прямо в лицо. Одного из любителей лепешек Ворро сразу же отправил в кусты мощным пинком под зад, второго, едва успевшего подняться, сбил с ног прямым в челюсть. Третий извернулся, вскочил, уже доставая из кармана кастет, но получил от Неллью по затылку прикладом и тоже рухнул на землю.
За считанные секунды ситуация изменилась на прямо противоположную. Главарь со стоном корчился, зажимая лицо ладонями, из-под которых обильно текла кровь. Парень в ватнике, которого ударил прикладом Неллью, лежал ничком и слабо постанывал, щупая пальцами голову. Еще один глядел на земле, опасливо глядя на Ворро, и продолжал осторожно подбирать с земли крошки.
В лицо четвертого налетчика, выползшего из придорожной канавы, уставился ствол автомата.
 
– Всем лечь! Лицом вниз! – скомандовал Неллью и тут же расхохотался. – Ли, они нас на испуг взяли! Автомат учебный, патронов нет, одна видимость!
Тем не менее, все четверо выполнили приказ. Сейчас они уже не казались опасными, скорее, нашкодившими мальчишками, грязными, жалкими, слабыми… и голодными. Только сейчас Неллью понял, почему они с такой жадностью набросились на лепешки, забыв сразу обо всем.
Но Ворро не был настроен их жалеть. Подняв с земли ножи и забрав у Неллью автомат, отправив друга собирать и заново упаковывать разбросанные вещи, он по-хозяйски прохаживался перед лежащими на земле незадачливыми налетчиками, в подробностях рассказывая, что он сделает с каждым из них.
– Готово! – наконец крикнул Неллью. – Все цело, кроме твоих лепешек, конечно.
– У, чертово семя! – выругался Ворро. Было видно, что он не знает, что теперь делать. – Ладно, мразь, пока я добрый, по одиночке вставайте и валите отсюда, чтобы я вас тут не видел! Ты первый, пшел!
Несильно, но метко пнув в копчик главаря, все еще держащегося за разбитое лицо, Ворро отошел в сторону, засунув, наконец, нож в ножны на поясе. Кастет, отобранный у парня в ватнике, он положил себе в карман. Затем, подняв рюкзак, он вместе с Неллью заторопился прочь. Хотя они и победили, но противник все равно оставался в численном большинстве, и от него хотелось побыстрее удалиться на достаточное расстояние.
На середине моста Неллью взял у Ворро автомат и, не говоря ни слова, швырнул его в воду.
– Ты чего?! – вскинулся Ворро. – Ты чего наделал, кретин?!
– А на кой черт он нужен, – кратко ответил Неллью. – Это же не оружие.
– Ну и что? Все равно пригодился бы! Пугнуть бы кого-нибудь, например.
– Ли, – прочувственно сказал Ворро. – А ты знаешь, какая разница между человеком с оружием и человеком без оружия? В смысле, как к ним относятся окружающие.
Ворро задумался.
– На этот раз ты, кажется, прав, – нехотя признал он. – Когда у незнакомого человека в руках автомат, люди начинают нервничать. А какой-нибудь особо нервный может и стрельнуть на всякий случай. По нынешним временам это запросто. Признаю свою ошибку. Так что гордись, герой.
– Чем гордиться? – невесело хмыкнул Неллью. – Я вот только что парню все лицо разбил. И нос, наверно, сломал. Я с детства не дрался… А сейчас был готов его убить. Голодного пацана… Как нашло что-то…
– Голодного пацана с автоматом, – жестко поправил Ворро. – И наше счастье, что с ненастоящим автоматом. Пойми, Кисо, мы сейчас живем в совершенно другом мире. И если в этом мире мне придется убивать, чтобы выжить самому, я убью! Честное слово… И вообще, не отставай. Я уже, черт возьми, устал как не знаю кто, а до этого чертового Чонори еще километров с десять будет! Это же топать и топать!
Окрестности Чонори уже не производили впечатления безлюдной пустыни. По бокам дороги появились обработанные поля, на огороженных лугах паслись коровы и мохнатые белые овцы, на фермах вился дымок из высоких кирпичных труб. Однажды на дорогу метрах в трехстах перед ними выехал крестьянин на телеге, запряженной парой быков. Неллью приветственно помахал ему, надеясь, что фермер остановится и подождет их, но тот не ответил, хотя и оглядывался, и продолжал ехать, постепенно удаляясь.
Солнце медленно клонилось к закату, время от времени скрываясь за ползущими по небу клочьями облаков, а они все шли и шли и наконец пришли в Чонори.
– С ума сойти! – Ворро даже остановился. – Я и не думал, что так еще бывает. И странно как! Один город разрушен до основания, а второй, такой же, совсем рядом, целехонек!
– Лотерея, – пожал плечами Неллью, пораженный не меньше.
Другого объяснения у него не нашлось, да и было ли оно, это объяснение? Городок лежал перед ними – маленький, тихий, спокойный и какой-то совершенно безмятежный, словно и не было войны, и не гибли вокруг люди от пришедшей с неба крылатой смерти.