Я твое счастье (СИ)

— Плебейка, что ты сотворила с особняком, построенным в конце прошлого столетия?
Но от ответа меня спас супруг, он как раз выходил с огромной чашкой кофе из кухни и, по всей видимости, не слышал крик отчаяния деда. Я же поняла, что дела мои еще хуже, по растерянному и ошарашенному лицу мужа.
— Мне тут наверняка показалось, что… А впрочем, Арчибальд, ты что же, пьешь из такой дрянной посуды и на ходу? В этом доме, что, нет нормальной столовой?
— Эм-м-м. Мама? — оторопело произнес Арчибальд.
— Неужели не забыл? А я-то думала, что эта… — на меня высокомерно посмотрели, — опоила тебя, что ты уже и мать родную забыл.
— Да меня не опаивали, — озадаченно произнес супруг.
— Молчать! — взвизгнула его мать и мой супруг замер. — Мамочка спасет тебя от этой презренной. Собирайся!
— Но…
— Собирайся или же вызову жандармов!
— Вы бы не горячились, леди Лютеция, — хоть имя мамы Арчи я знала... — Все на самом деле не так, и нам стоит поговорить. Думаю, Арчибальд вам все расскажет, — предприняла попытку налаживания контакта.
— Замолчи, твое место в трущобе, а лучше в казематах. Будет наглядный пример тем, кто решит покуситься на славных мужчин первородных семей…
Но не успела дамочка закончить свою пафосную и пронизанную уничижительными словами речь, как мой супруг проявил себя. Очень необычно, надо признать. Вместо того чтобы заступиться за меня и рассказать своей матери о долге, что сподвиг его жениться на мне, он попятился, а потом убежал.
— Эм-м-м! — выдала многозначительно я.
Мать Арчибальда подавилась своими словами. Я ошарашенно уставилась вслед супругу, пропавшему в моей лаборатории. И как это понимать?
— Так, даю тебе час времени на то, чтобы ты забрала свои вещи и убралась из этого особняка, — мать Арчи быстро отошла от шока и уже ставила мне условия. Я повернулась к ней лицом.
— Это мой особняк, никуда я не пойду, — четко произнесла я и… закашлялась. Схватилась за горло и с ужасом осознала, что сделал Арчибальд.
— Какого хрена?! — заорала и снова закашлялась я, глядя на то, как супруг в противогазе выходит в коридор, распыляя газ из колбы.
— Ты еще и сквернословишь, как сапожник, — покраснела леди Лютеция и тоже зашлась диким кашлем.
— Беги, мама, — прогундосил Арчи.
— Что? Кто это? О… боже! Что… здесь… происходит? Где… мой сын? — и снова дикий кашель напал на дамочку, а потом… — Что это?
— Беги, мама. И поскорее.
Леди Лютеция, почувствовав все прелести моего изобретения на себе, рванула на выход, высоко поднимая пышные юбки своего платья.
— Ну ты и гад, — прохрипела я. Арчи довольно сдернул противогаз с себя, вдыхая пары газа.
— Я готов быть для тебя кем угодно. Люби меня, любовь моя. Не сдерживайся, прошу. Я весь твой, — он уронил колбу, распростер руки в стороны и спустил штаны до колен, оставаясь в просторных шелковых кальсонах в сердечко.
— Я тебя убью, — прошипела я и набросилась на эту сволочь.
Мы лежали в коридоре, на мне был только пиджак, на Арчибальде почти ничего. Мы переводили дыхание. Я села и натянула на себя белье, которое с трудом вытащила из-под его спины, потянулась за туфлями, желая всадить каблук ему в зад или в глаз. Но пришлось затолкать эти кровожадные мысли куда подальше. Встречаться с его мамочкой из-за кончины ее сына не было никакого желания.
— Зачем ты это сделал? — спросила я, надевая брюки. Арчибальд, довольно ухмыляясь, тоже начал одеваться.
— Ты просто не знаешь мою мать. Поверь, это было лучшим решением. Зато теперь, если нам повезло, то на ближайшие лет восемнадцать ей точно будет чем заняться. — Всегда хотел сестричку или братика. Да и отец скажет мне спасибо.
— Ага, это при условии, что она успела добраться до твоего отца, — проворчала я, понимая, в чем заключался коварный план супруга.
— Не подумал...
— Ага, но, так или иначе, мы не увидим ее в ближайшие дни, так что своего ты точно добился, — покачала я головой. Арчибальд уже облачился в штаны и застегнул рубашку, вступил в домашние туфли. Я же решила впредь действовать решительно. Я молча схватила его за руку, подвела к двери, распахнула ее и толкнула того на выход, гневно воззрившись на него.
 
— Не понял… — но я не дала договорить ему, просто захлопнула перед носом дверь. А потом поняла, что даже выгнать мужа взашей не могу. Что б эти приличия аристократов и их страх запятнанной репутации. Тут же представила его мать, которая мчится отчитывать меня, и распахнула дверь. Схватила опешившего Арчибальда за воротник и втянула его в дом. Набросила на его плечи камзол, который заботливо передал мне материализовавшийся хмурый Аристарх. Заботливо застегнула пуговицы, пригладила взлохмаченные волосы.
— Селена, — предостерегающе протянул Арчи, пока я сосредоточенно приводила его внешний вид в порядок. Спас от объяснения ситуации меня дед.
— Второй раз был явно лишним, внук. Девочке нужна была передышка. Так что я согласен с ней. Выметайся, — обиженно проговорил Аристарх, демонстрируя всем своим видом оскорбленную невинность от столь неподобающего поведения.
— Но…
Я не дала ему договорить, снова толкнула в распахнутую Аристархом дверь и закрыла, громко хлопнув, так и не проронив ни слова.
Очередной стук в дверь, раздавшийся немного погодя, разозлил меня. Я резко распахнула дверь и заорала:
— Что еще?!
— Ничего, — буркнула Валери и посторонила меня, вкатывая внутрь гламурный фиолетовый чемоданчик, на котором сидел ее Цветочек, корнями цепляясь за карманы. В другой руке у подруги была ее любимая Дора. Я растерянно проводила девушку взглядом и захлопнула дверь.
Отчетливо запахло… проблемами!
— Примешь меня к себе? — поморщилась подруга. — Этот выхухоль выплатил солидные откупные господину Радису, так что меня быстренько уволили. И выперли из комнаты. К нему я ни ногой, а идти мне больше некуда.
— Сволочь! — воскликнула я и протянула руки к поникшему Цветочку. Тот, спрятав все иголки, метнулся ко мне на руки и вжался своим красным тельцем.
— И не говори, — тяжело вздохнула подруга.
— Некромант еще пожалеет, когда его крема перестанут работать, — зло прошипела я и, подхватив чемодан подруги, повела ее в сторону кухни. Нам срочно требуется особенный чай! Самый крепленый!
— Я тоже так думаю, а еще лучше — я буду помогать тебе. Если ты не против, — присев за высокий стол, произнесла ведьмочка, сбросив с головы остроконечную шляпу.
— Вот еще. Конечно. Я-то уж свое не упущу, подруга, — я хитро сверкнула глазами и поставила на плитку чайник. Потом пристроила Цветочка на подоконник, чтобы тот погрелся на солнышке.
— Ну хоть ты ценишь меня, — промямлила ведьмочка и подперла рукой подбородок.
— Только не говори, что это брачный браслет... — протянула я.
— Не буду говорить, и так все видно, — сморщила носик подруга.
— Он заставил тебя? — нахмурилась я.
— Хуже. Он ославил меня на все королевство. Даю свою шляпу на уничтожение, если уже завтра все местные газетенки не будут сверкать заголовками и статьями о том, как я опоила родовитого жеребца и легла под него, чтобы затащить под венец, пока тот пребывал в пьяном угаре.
— И вовсе не в пьяном, — ошалело прошептала я.
— Лучше уж в пьяном. В то, что, надышавшись возбуждающего газа, в приступе неконтролируемой похоти я изнасиловала сильнейшего мага королевства, уж точно никто не поверит.
— Да. Об этом лучше пока помолчать. Все же это секретная разработка, — озадаченно проговорила я и развернулась, чтобы заварить ядреного сбора, и тут же услышала:
— Ты это... Давай только без фанатизма. Обычного чая попьем. А то я слегка боюсь.
— Да, наверное, лучше так и поступить, — пробубнила себе под нос. А то и вправду чего-нибудь на эмоциях сотворю не того.
Я развернулась с двумя чашками чая и поставила их перед подругой, потом достала вазочку с хрустящим печеньем и присела рядом с ней, не отрывая взгляда от брачного рисунка и тяжело вздыхая, искренне не желая, чтобы подруга проходила через то, через что прошла я.