(Не) детские сказки. Невеста черного медведя

– Да, нет, – я пожала плечами и, не удержавшись, хихикнула, – ничего.
Фав что-то пробурчал себе под нос и кивком указал на узкую лавку возле стола.
– Садись, покормлю. Голодный, наверное.
Ещё бы. Дважды повторять не пришлось. Бросив свою сумку на землю, я уселась, куда сказали, и схватила большую деревянную ложку. Мой взгляд заметался по огромным чугункам, стоящим у импровизированной печи: по сути, яма, накрытая металлической решёткой. Оттуда выглядывал весёлый огонёк, согревая пространство вокруг.
Здесь действительно было теплее.
Пока я обсматривала обстановку, передо мной поставили большую миску с мясом. Густой аромат тут же ударил в голову, вызывая обильные слюнки. Но, как только я заглянула в тарелку, мне сплохело.
Огромные жирные варёные куски мяса, жилы, кости.
Поковыряв в этой мешанине ложкой, недоумённо глянула на повара. Я, конечно, понимала, где нахожусь, что это полевая кухня и стейк под грибным соусом мне не подадут. Но, всё же.
– Извините, а бульона нет? – жалобно пропищала я.
Фав приподнял бровь, не понимая, чего мне не нравится.
– А что такое? – он развёл ручищами. – Коль назвался мужиком, так и ешь как мужик. Или ты, парень, не мужик?
– Да, мужик я, дядька, мужик, – обречённо вздохнула я. – Ну, может, вилка есть?
Лицо лося приобрело крайне задумчивый вид.
– Чего? – всё же уточнил он, так, видимо, и не сообразив, что от него требуют.
– Ясно, вилок здесь не водится: будем изобретать, – пролепетала я.
Мой мозг, смертельно уставший за этот бесконечный день, соображал, что делать. Есть хотелось жутко, но я не привыкла к столь жирной пище. Мне плохо станет. Даже если выберу постные кусочки, ну, не руками грязными их есть.
Кстати!
– А руки-то вымыть можно? – растерянно поинтересовалась я.
– А то, вон в ведре, – мне указали в сторону печи.
Вскочив, спешно подошла к ведру и тут же отступила на шаг.
– Так, грязная же вода. Там посуда замочена, – проворчала я.
И тут же осмотрелась: может, где ещё какой таз стоит.
– Так и ты не чистые руки мыть собрался, – недовольно пробубнил повар.
– Это же антисанитария, – возмутилась я.
– Энтикто? – косматая бровь уползла на лоб.
Ну, ясно. Никакого понятия о гигиене. Куда я попала?! Знала бы, ящик влажных салфеток с собой прихватила. Хотя, такую грязь, что была у меня на руках, только водой да мылом отмывать.
– Где чистая вода? – ровно спросила я, особо уже и, не веря, что найду такую роскошь.
– А в реке, – проворчал космач, – тебе надо – ты и иди.
– Хм, ну и пойду, – огрызнулась я. – Куда топать?
– Так вот прямо через кустарник, – огромная лапа взвилась перед моим лицом и указала путь – дорожку.
Гордо подняв подбородок, пошла, куда послали. Пролезла через кусты, исцарапала и без того разбитое от ударов лицо. Но чего уж там: с грязными руками не полезу я в тарелку, и всё тут.
Вышла на берег, скорее ориентируясь на звук.
Река?! Нет, это ручей шириною в три шага. По обеим сторонам росла высокая трава. Берег илистый: шагнув вперёд, тут же увязла ботинком в грязь. Почесав затылок, прошлась дальше и нашла-таки подход к воде – большие плоские камни.
Выбрав наиболее безопасное и сухое место, я пробралась к водной глади и принялась спешно отмывать грязь с ладоней: задрала рукава, и, отбивая зубами дробь, стирала разводы с кожи.
– Что ты тут делаешь? – громом грянуло за моей спиной.
От неожиданности я взвизгнула и села на пятую точку. Обернулась и встретилась взглядом с хмурым Иораном.
– Фух, – вздох вырвался из моих уст, – вы меня напугали.
– Я задал вопрос, – на его лбу чётко прорисовались хмурые морщинки.
– Руки мою, не видно, что ли?! – пробурчала я и отвела взгляд, который постоянно прикипал к торсу мужчины. – А вы тут все принципиально раздетые ходите?
– Я в штанах, – рыкнул он в ответ.
– Ну, хоть что-то, – миролюбиво проворчала и дальше принялась выскребать грязь из-под ногтей. От моего красивого маникюра не осталось и следа.
– Вытащи руки из воды, или уже не холодно?! – взревел медведь.
 
Никто никогда не смел так со мной разговаривать. У меня от возмущения, кажется, дыхание сбилось.
– Не надо мне указывать, что делать! – зарычала я в ответ ничуть не хуже него.
– Вынь руки из ледяной воды, – шипел зло он. – Лекаря пока нет, а от тебя кровью прёт. Я только не пойму, где рана. На лице следы ударов. Ещё и с лихорадкой слечь хочешь?
Доля правды в его речах была, конечно, но уступить сейчас и позволить собой командовать – да, не дождётся.
– От того, что я вымою руки, ничего не случится, – холодно произнесла я. – Ну, не грязными же есть.
– Там, что ведра с тёплой водой нет? – Иоран, ловко перепрыгнув с камня на камень, приблизился ко мне вплотную.
– Есть, но оно с посудой, – нервно пролепетала я.
– И что? – он склонился и, кажется, принюхался.
– Это неправильно – мыть грязные руки там, где посуда, – проворчала я, отползая от него подальше.
– Чистюля, значит. Какой у нас щепетильный мальчик, однако, – выпалил он и наступил на подол длинной куртки, не давая мне увеличить между нами пространство.
Я захлопнула свой рот и вдруг вспомнила о своей маскировке. Так, на эмоциях и проколоться легко. Вовремя он отдёрнул меня.
Сидя с мокрыми руками, я быстро соображала, обо что их вытереть. Платок у меня в рюкзаке, а вещи я оставила у костра.
– Держи, – кажется, сообразив, в чём проблема, Иоран протянул мне небольшую тряпицу и убрал ногу, позволяя мне встать. – Вытирай ладони и марш есть. Ещё раз увижу тебя здесь – Фав получит за тебя по полной. Ты ведь не станешь его подставлять?
– Подло играешь, медведь, – проворчала я, – на совесть давишь.
– На совесть, на жалость, на всё что угодно, лишь бы сработало, – хмыкнул он. – Быстро в лагерь. Чтобы через час сытым спал. Я проверю.
– А к чему такая опека? – не поняла я, всё становилось очень подозрительным.
– Не нравится, – рыкнул он, – так выкину обратно в лес, помирать.
А вот это уже другой разговор.
– Нет, – я развела руками, – меня всё устраивает.
Обогнув здорового воина дугой, переползла через камни и рванула обратно к столу, в руках так и сжимая тряпицу.
У полевой кухни, кроме Фава, обнаружилась и молоденькая женщина, даже на первый взгляд, крайне неприятная. Окатив меня презрением с ног до головы, она поморщилась.
– Вонь-то какая, что за замухрышек? – прогорланила она. – И точно пацан, а я уж думала, соврали местные сплетники, и бабу Иоран припёр. Мне соперница не нужна. Надеюсь, ту, что задела его сердце, уже сгубили, да и прикопали где.
Услышав такое, я буквально упала на скамейку и вылупилась на эту особу.
– Рот бы ты прикрыла, Крася, – рявкнул Фав.
– А чего? – она повела полными плечами, на которых кое-как держалась куртка. – Я самка слабая: зверь, считай, никакой. А Иоран сильный медведь. Я для него прекрасно подхожу.
– А зверь-то, поди, крыса?! – проворчала я.
– Нет, нутрия, – самодовольно поправила меня она.
– Ну, так и говорю – большая крыса, – усмехнулась я.
Кажется, у меня объявился персональный враг.
 
Глава 6
 
Мне всё-таки пришлось есть руками.
Никогда ещё я не устраивала такого свинства за столом. Ложкой орудовать было невозможно. Всё эти жилы, жир прямо кусками. Я старательно не приглядывалась, страшась увидеть в своей тарелке, что похуже.
Но голод был сильнее моей брезгливости.
Убирая в сторону тошнотворные куски и выбирая только самое постное, я всё время ловила на себе изучающие взгляды мужиков, проходящих мимо. Их обнажённые торсы давили на меня тестостероном.
Но хуже всего дело обстояло с их военачальником Иораном.
Этот наглый грубый медведь, вообще, пялился, не переставая.
Его тёмные очи прожигали дыры на моей спине и не способствовали аппетиту. Я тихонько закипала. Но поделать ничего не могла.