Нарушая заповеди (СИ)
В моих руках снова оживает мобильный утопленник и я принимаю вызов:
— Да, папуль.
Папа обещает вернуться только завтра и интересуется, всё ли у меня в порядке. «Настроение бодрое, идём ко дну» — это как раз про меня, но я боюсь, что папулечка может не оценить шутку.
Вокруг меня даже птицы чирикать перестали. Все замерли, а Ангелина в предобморочном состоянии вцепилась в братишку так, словно провожает его в последний путь. Пока я бодро уверяю папу в том, что у нас всё отлично, народ почти не дышит, и лишь когда завершаю разговор, в окружающем пространстве вновь нарастает гул голосов. Видок у меня, конечно, ещё тот — намокший сарафанчик задрался, перекрутился и тяжёлым жгутом опоясывал тело, сабо потерялись ещё в полёте, но в них я сейчас выглядела бы ещё более нелепо.
Тем не менее я весело улыбаюсь и призываю народ продолжать заниматься своими делами. Я объясняю людям, что мы шутили и прошу прощения за то, что им пришлось так всполошиться. По большей части никто не удивлён, вряд ли после моего возвращения они надеялись на тишь и благодать. Шамиль подозрительно щурится, но тоже возвращается к себе. И только Васю не проведёшь — она знает, что я лгу и очень злится. Василиса собирает обломки длинной деревянной ложки для обуви, которую обломала о спину Маркуши, и громко грозится обо всём сообщить отцу. Не без труда мне удаётся её успокоить и спровадить.
— Слава богу, Ева! — выдыхает Ангелина и обессиленно падает в шезлонг. — Марик иногда заигрывается, но, к счастью, ты адекватная девочка и способна понимать шутки.
— Шутки? Вы это серьёзно, Ангелина Львовна? — я специально перехожу на официальный тон. — А разве у Вашего брата были основания для шуток со мной? Он с первой минуты вёл себя так, словно это я гостья в его доме. Подумайте о том, как нам всем повезло, что я умею плавать.
Ангелина грустнеет, а Марк пытается что-то возразить и даже включает гонор…
— С раскрытым ртом Вам к стоматологу, Маргаритович, — прерываю я готовую вырваться гневную тираду, — или к моему папочке. Но тогда, боюсь, услуги первого Вам больше не понадобятся.
Я уже скрываюсь в доме, когда до моего слуха долетает гневное шипение Львовны: «Какой же ты придурок! Ненавижу!». А моё настроение взмывает вверх — как же дома хорошо!
11
После душа я переодеваюсь в джинсовые шорты и открытый топ и радуюсь, что больше не надо корчить из себя благовоспитанную леди. Я в родном доме, среди близких и по большей части любящих меня людей, и собираюсь вести себя привычным образом, с поправкой на возраст, конечно. К чёртовой бабушке этих Львовичей!
Мобильник — к счастью, живой! — разразился тревожным воем сирены. Катюха! Именно с сиреной она у меня и ассоциируется.
— Ев, что за дела?! — оглушает меня злая Котя. — Это так ты встречаешь любимую подругу? Совсем охамели, буржуи недорезанные! Отобрали пол-леса у бедных животных, да ещё и дорогих гостей не пускаете!
Если бы! Самые дорогие уже прорвались.
— Коть, не бузи, я тебя сейчас встречу, — пытаюсь усмирить подругу.
— А самой мне проехать не вариант?
— Нет, — выдыхаю, не желая вдаваться в объяснения, и вклинившись в поток отборной ругани, обещаю, — через десять минут буду.
В назначенное время Ян подвозит меня к воротам, и я выбегаю за территорию навстречу хмурой блондинке, подпирающей капот красного Peugeot.
— Котька! — я радостно раскидываю руки, но прежде чем успеваю заключить девушку в объятия, мой взгляд спотыкается о её круглый выпирающий животик. — Коть, ты что, беременная?
— Нет, обожралась с утра! Не видно, что ли? — ворчит она и, так и не дождавшись моих объятий, вешается на меня сама. — Бабайка моя!
— Коть, погоди, но как?!. — я слегка отстраняюсь, оглядывая фигуру подруги.
— Оу! А я расскажу тебе как это бывает, — хихикает она и пошло, совсем не по-женски, двигает бёдрами.
— Ты замуж, что ли, вышла? И почему я не в теме?
— Баева, ты совсем дурная? Ты точно из Чикаго вернулась, а не из монастыря? — язвит Катюха, но я отмахиваюсь.
— Но кто-то же это натворил… — я аккуратно тычу пальцем в её живот.
— А вот это нам с тобой ещё предстоит выяснить!
Со мной?! Даже так…
По дороге к дому Катюха трещит без умолку и выражает беспокойство по поводу брошенного автомобиля.
— Коть, не волнуйся, ребята сами её загонят внутрь.
— Ой, какие у вас тут сложные сложности! Да я, может, только и жду, когда её угонят, а батя, наконец, на новую разорится.
— Зачем? Отличная у тебя тачка и тебе очень подходит, — искренне уверяю я.
— Корыто, а не машина — каждый месяц ломается! Я задолбалась с ремонтом, меня уже в каждом сервисе знают. А папаша забил на мои проблемы. Знаешь, сколько я бабла в ремонт вбухала? Уже могла бы новую тачку купить.
— И ещё больше влупишь, — встревает в разговор Ян. — Найди одного нормального чела, который будет заниматься твоим корытом. Тебя же на… э-э… разводят, как лохушку.
— Слышь, самый умный, да? — кипятится Катюха.
— Ну, не дурак, это уж точно, — Ян улыбается и примирительно добавляет: — Ладно, мелкая, не обижайся. Ну хочешь, я тебе адресок подкину? Пацан молодой совсем, но руки золотые. Правда, и очередь у него огромная, но, возможно, для такой красивой девушки он найдёт окошко. На крайняк, пустишь слезу и пузико вперёд выставишь.
— Это я могу, — обрадовалась Катька. — А он симпатичный?
— Пф-ф! А я что его, разглядывал? Он же не баба… Ой, пардон — не девушка. Пацан как пацан, да и не видел я его уже давно.
— Так, может, он там больше и не работает, — разочарованно тянет Котя, а меня начинает уже напрягать этот разговор. Сервис, тачки… Она вообще к кому приехала?
— Не, точняк работает. Босс периодически ему денежных клиентов подгоняет, правда, сам не суётся и протекцию свою не афиширует. Так что, имей в виду, ты тоже не говори, откуда инфа прилетела.
Неожиданно что-то в этом разговоре цепляет мое внимание. Я ещё не вполне понимаю, что именно, потому что не слишком внимательно слушала, но какая-то фраза не даёт мне покоя.
— Так, может, Тимур Альбертович с его помощью устраняет своих конкурентов, а? — выдвигает гениальную версию Катюха. — Потому и сам не суётся.
За подобное, пусть даже шутливое предположение, мне хочется двинуть подругу по лбу, но я, обратившись в слух, не отвлекаюсь и даже не поворачиваюсь в её сторону.
— У босса нет таких конкурентов, девочка. И подобные шутки советую тебе держать за зубами, — непривычно строго произносит Ян, но тут же смягчается: — Думаю, босс просто хочет помочь пацану.
Нервный озноб проносится по моему телу и впитывается в мозг, наводя там полный шухер.
— А как его зовут? — неожиданно громко выпаливаю я, прерывая очередной Катюхин комментарий.
— Кого? — спрашивают отчего-то сразу оба.
— Деда мово! Автомеханика как зовут?
— Да я что с ним, знакомился, что ли?! — нервирует меня Ян, но под моим злым взглядом его память просветляется. — Ну, Роман, вроде…
«Ну, Роман, вроде…»… «…Роман, вроде…»… «…Роман…» Только так, и никаких вводных паразитов.
Это точно он! Не бывает таких совпадений… Я это чувствую по тому, как заходится в груди моё сердце. Оно всегда очень чутко реагирует на звук его имени. Только его имени…
— Так это что, твой Ромка? — быстро и совершенно некстати ориентируется моя умница Котя, а я беспощадно расстреливаю языкастую подругу взглядом.
— Какой твой? — ошарашенно спрашивает Ян, и пока он не начал выявлять причинно-следственную связь, я «напоминаю» забывчивой подруге:
— Коть, ты снова всё попутала с именами…
— Да? А, ну да… Что-то с памятью моей стало… — пытается она реабилитироваться. — Всё, что было не со мной, помню. А вот, к примеру, откуда у меня живот взялся, хоть убей, не помню. Нет, ну а что вы хотите!..
Судя по выражению лица Яна, от Катюхи он уже ничего не хочет, но хочет она: