Учебное пособие (СИ)

– Только тебе после всего сотворённого может прийти в голову сказать подобное. Убирайся из этого дома. У тебя несколько часов.
Снежная королева выглянула из-под собственных рук, а увидев, что опасность миновала, выпрямилась и расслабилась, но при этом на её лице была такая улыбка…
– Ты всегда мог только угрожать, милый.
Даже так? Бывшая любовница? Но подождите-ка… Семьсот лет? Не, я понимаю, что он жив. Он под заклинанием был, но она-то…?
– Однако, именно сейчас ты, действительно, испугалась, – одной только интонацией усмехнулся эллариец.
Неужели они так долго живут? Если так, то сколько на самом деле им лет?
– У меня есть на то причины. Я достаточно давно тебя знаю и способна различить гнев от холодной злобы. У тебя есть повод злиться, но ты не выслушал моих объяснений, дорогой. Когда всё произошло…
Айсэттар молча взял мою руку и подтянул к себе, чтобы склонить голову, пристально посмотреть мне в лицо и мягко спросить.
– Голодная? – в помещении наступила тишина. – Я тут подумал, что тебя нужно хорошо кормить. Несмотря на наличие в тебе магии, вид у тебя всё же усталый.
Его острый взгляд требовал ответа, а потрясённая его поведением я, могла только кивнуть.
– Айсэттар! Давай поговорим! – взвизгнула девушка.
Мы оба обернулись и увидели такую мольбу во взгляде, что лично мне сложно было бы отказать, но эллариец был непреклонен.
– Нет, Иза. У меня едва хватает силы воли, чтобы не отправить твою подлую душонку к самому медлительному реинкарнатору.
Снежная королева замерла с приоткрытым ртом, хотела что-то ответить, но вокруг нас с вновь вскружили белые искры, скрывшие от глаз девушки. Когда белоснежная завеса рухнула к ногам, мы вновь оказались в спальне, где мне довелось проснуться, вот только за окном уже совсем стемнело.
– А…
– Не уверен, что хочу говорить о ней, –  ответил эллариец, за руку ведя меня к уже накрытому столу. Усадил, отодвинув стул, расправил и уложил на мои колени белую салфетку, отнял оуни, положив его на стол, а после, проследив за моим растерянным взглядом, убрал стакан, наполненный красным напитком. – Тебе нечего опасаться, пока я рядом. Вчера я просто преподал тебе урок, поскольку ненавижу, когда мне лгут. Я готов простить многое, но не это.
А я сидела, слушала и понимала, что мне на горло наступает маленький конец света.
– Вчера?
Айсэттар сел на своё место напротив и, вздохнув, вновь посмотрел мне в глаза.
– Ты только что видела то, чего не может любой из смертных на этой планете. Ваши мир давно закрыт от других, а магии едва хватает на нормальное существование… и всё, что тебя волнует, это потраченное время в моей кровати? Должен заметить, что принимала ты такой подарок судьбы с искренним наслаждением.
Нир там, наверное, с ума сходит от переживаний. Наверняка, уже и господину Такоде сообщил, пока искал! Силы небесные, да они же оба там, наверное, умирают из-за страха за меня.
Я нервно вскочила со стула, смяв салфетку и уже было сорвалась прочь, но холодное, как кинжал у горла «Стой» остановило меня ещё на первом шаге в сторону двери. Остановилась и с искренней мольбой во взгляде посмотрела на ледяного принца, чьё лицо едва ли могло выражать эмоции.
– Они знают где ты. Я отправил гонца с письмом, поэтому можешь не волноваться. Поешь спокойно и иди.
– Я и дома могу поесть, – взмолилась я.
– Ты. Поешь. Здесь!
Этот тон…
Села на место и вновь расправила салфетку. Однако, мне теперь кусок в горло не пролезет, в этом я была уверена.
– Или ты поешь, или останешься здесь на ночь, радость моя, – усмехнулся он, запивая кусочек мяса рубиновым напитком из бокала. – И да, я всё ещё жду вопросов. Правильных вопросов.
И они последовали.
– Что случилось? Почему наш мир закрыт от остальных?
Мужчина кивнул, отпил ещё из своего бокала, и я заметила, что серые глаза начали странно блестеть.
– Не отвечу в чём конкретно причина, но могу сказать одно: это последствия заклинания, которое ты разобрала.
Я удивлённо подняла брови.
– Из-за коротенького текста.
 
Мужчина рассмеялся. Впервые искренне рассмеялся, обнажив белые зубы. На щеках образовались ямочки, а лицо перестало быть таким холодным. Я даже замерла на мгновение, не в силах оторвать взгляда. Это было так… красиво, что дыхания едва хватало на удержание себя в реальности.
– В этот коротенький текст было вложено силы от целой империи, радость моя. Дело не в заклинании, а в магии вложенной в него.
Усомнилась ли я? Конечно!
– Но мне не потребовалось много магии, чтобы освободить Вас. У меня вообще её не было.
– Своей не было, – хмыкнул эллариец, отрезая кусочек мяса. – Зато моей с избытком.
– Но во мне не было никакой…
Айсэттар поднял взгляд, не прерывая нарезку.
– А как же: «Вибрирует. Так тонко, что на губах остаётся даже не ощущение, а вкус»? – улыбнулся, хищно сверкнув глазами. – Я могу передать свою магию с помощью поцелуев, прикосновений, занятий любовью…
Где-то после слов о поцелуях я начала краснеть, вспоминая, как сама целовала Айсэттара под заклятьем. Попыталась перевести тему, на более интересную.
– Тогда почему магия не вернулась в наш мир?
– Вероятно потому, что даже моих сил на это не хватит, пока я не соберу нечто крайне важное для бывшей империи.
Вот опять.
– Почему Вы постоянно говорите о какой-то империи?
Снова этот чарующий смех, пробирающий до глубины души. Ямочки на щеках, на которые невозможно не смотреть…
– Время стирает историю, а победители её переписывают. Не будем торопить события, – он посмотрел на нетронутую еду в моей тарелке. – Ты не выйдешь из комнаты, пока не поешь.
Я послушно взяла вилку и нанизала на неё кусочек картофеля, политым каким-то диковатым соусом. И только после этого действия осознала, что того жалящего страха перед элларийцем в моей груди больше нет. Нутро разрывает от противоречий, но страха нет.
– То место, где мы были… это Ваш дом?
– Когда-то им был, – Айсэттар вновь отпил из бокала и на выдохе добавил: – В нём же я и узнал цену верности близких людей, в нём же познал вкус предательства.
Усмехнулся, сверкнув глазами. Я только сейчас поняла, то мужчина пьянел, как любой обычный человек.
Опустив взгляд в свою тарелку, я обнаружила, что всё съела. Оуни укоризненно смотрел на меня своими большими голубыми глазами.
– Да, тебе пора. Но, на этот раз я не доставлю удовольствия тому тёмному встретить тебя на улице, – яркий свет озарил комнату, повернув голову обнаружила белоснежное пятно посреди пространства. – Ступай прямо внутрь, тебя уже заждались.
Трудно было представить себе более расточительного способа использовать магию, но мы уже знаем, что ледяной принц отличается от всех магов в нашем мире. Такой метод перемещения был мне уже знаком, поэтому я не раздумывая поднялась со стула, замерев только тогда, когда вспомнила про оуни. Обернулась, посмотрен на каменную черепушку.
– С собой, да, – оборвал мои сомнения Айсэттар. – Ему необходимы твои эмоции, он – привязанный к тебе эмпат. Неужели не распознаёшь собственную стихию?
Взяла карабкающегося по столу элементаля в руки, и проигнорировав откровенную насмешку в словах элларийца, двинулась к белому свету, даже не обернувшись.
– Стой, – донеслось хмурое.
Замерла, не поворачиваясь. Мне прекрасно было слышно, как отодвигается стул. Айсэттар неслышно подошел сзади и шепнул на ухо, кладя руку на моё плечо:
– Я кое-что забыл.
Медленно разворачивает меня за плечо и склоняется, не слыша, как громко грохочет сердце в моей груди. Касание горячих мягких губ и уже знакомое болезненное ощущение тысячи жалящих иголочек, расползающихся по всему телу.
Я дёргаюсь, пытаясь оттолкнуть, но он крепко удерживает за плечи, не позволяя прервать этот кошмар. И уже через секунду всё стихает. Просто чужие горячие губы, что позволяют себе нагло улыбаться. Просто чужие сильные руки, что обвивают плечи, даря какое-то странное ощущение тепла и поддержки.