Хищный клан 4 (СИ)

Свет рассеивался, не слепя ни меня, ни проплывавших мимо рыб. А источником его была уже хорошо знакомая мне особа.
Длинные волосы развевались в воде. А толстые ленты водорослей прикрывали откровенные места, делая её похожей на дикарку.
Акула заметила мою улыбку и поманила к себе.
— Решила присоединиться к рыбалке? — спросил я.
— Нет. Мне это ни к чему.
— Тогда зачем пришла? Про твоё задание я прекрасно помню и уже внёс визит к морскому демону в своё расписание. Пришлось сдвигать экзамены, знаешь ли.
Насчёт последнего я шутил. И Акула это понимала.
Ведь ментальная связь хорошо отражала эмоции собеседника, даже если они противоречили сказанному про себя.
— Может, я соскучилась.
Я мысленно усмехнулся.
— Эти уловки на меня не действуют. Как и сказки про любовь богов к простым смертным.
— Ладно, признаюсь. Не будь моей выгоды, то век бы с тобой не встречалась, — усмехнулась она.
— И я был бы этому рад, — ответил я в той же интонации. — Так что заставило тебя прийти сюда? В опасный лицевой мир.
— Мне грозит опасность. Многим высшим сущностям не нравится, что я подминаю под себя океаны.
— Тогда умерь аппетит.
— Уже поздно.
— Что ты натворила? — насторожился я и посмотрел на богиню, как на нашкодившего котёнка.
— Ты же знаешь, что мне есть смысл подчинять лишь миры изнанки с разумными сущностями. А таких не столь много, сколько хочется.
— Буду знать. И сколько миров тебе осталось?
— Семь. Включая тот, где правит морской демон, или дьявол. Как ни назови, суть не меняется. Боги изнанки объединились против меня. Создали морскую коалицию.
Через нашу связь ощущалось, что Акула нервничает, отчего путает слова.
— Демон, так ты его называла.
— Да.
— И теперь мне к нему не подобраться? — уточнил я очевидное.
— Это будет сложно. Семеро оставшихся спрятались в одном из миров. И ждут меня. а я не уверена, что у меня хватит размаха сожрать их всех разом.
— Тебе нужен мой совет? Оставь эти миры. Успокойся на достигнутом.
— Нет. Амбиции богов не знают предела. Хах, а другие и не становятся высшими.
Она странно посмотрела на меня. Прищурила глаза.
— Но тысячи лет до этого тебя вполне устраивало положение тотема.
— Да, раньше мы не совались друг к другу. Была условная договорённость. Но ты её нарушил.
— Всё было не так. И ты это прекрасно знаешь. Хотела бы — доказала. Но ты не стала этого делать сугубо по личным причинам. Я не стану соваться к семерым сущностям высшего порядка. У меня нет суицидальных наклонностей.
— Не видать тебе титула убийцы богов, — сказала она, и уголок её рта дрогнул.
— А я и не стремлюсь его получить. Так что должность вакантна. Можешь подавать объявление и рассматривать новые резюме.
Она искренне улыбнулась. Акула так редко делала этого без насмешки, что я даже залюбовался ей. Ведь, как я уже говорил, в первую очередь она женщина, а уже потом богиня.
— Сергей, понимаешь, — ответила она, и голос её стал ласковее. — Я нарушила правила. И не раз. И теперь либо уберут меня, либо я уберу их.
— Либо ты спрячешься, пока мы будем искать решение проблемы, — предложил я.
— Где?
Я протянул ей руку.
— Человеком быть не так уж плохо.
— Нет. Я впервые за сотни лет испытываю страх. Это мерзкое чувство…
— Страх?
У меня это чувство напрочь отсутствовало. И раньше я думал, что это один из даров Акулы. Только вот тотем не может подарить то, чего не имеет сам.
— Мне это чувство неведомо, — продолжил я. — Почему?
— Не знаю. Ты изначально попал в тело нездорового человека. Кто знает, что ещё отличается в его мозгах.
Она посмотрела на протянутую руку. Долго не решалась, но в итоге приняла её.
Её кожа была прохладной и нежной. Я ощутил это несмотря на то, что контролировал температуру своего тела.
Она прижалась ко мне, и я тихо сказал в своих мыслях:
— Потуши свет.
И мы оказались в кромешной темноте. Вновь. Словно в бесконечной ночи.
К яхте мы возвращались, плывя близко ко дну. Не спеша.
По пути я вылавливал удильщиков по прежней схеме. И к моменту подъёма к поверхности насобирал десяток удочек со светящимися концами.
 
Я поднялся на яхту первым. Девушки уже ждали там. А Вика заменила Макса на поддержке заклинания.
Акула ступила на опущенную в воду лестницу, схватилась за поручни. И на последнем движении я подал ей руку. не чтобы помочь подняться, ведь с лестницей справится даже ребёнок. А чтобы таким образом выразить поддержку.
Она поднялась на борт под ошарашенные взгляды девушек. А у Макса от вида божественной красоты в земном теле и вовсе отпала челюсть. Пришлось снова прибегнуть к методу косого взгляда.
— Вам бы платьице, — неловко подметила Софи.
— Не откажусь, — ответила Акула.
Впервые она говорила не мыслями, а вслух. Голос ей достался явно от сирен, как и их острые зубы.
Марисса сразу поняла подвох. Она аккуратно подошла и поклонилась.
— Это большая честь видеть божество в мире живых, — произнесла она.
Акула взяла Мариссу и приподняла её голову.
— Никто не должен знать, что я буду с вами. Какое-то время.
Она говорила для всех, но на Мариссу это произвело большее впечатление.
— Я сделаю всё, чтобы о вас не узнали. Моя Святая.
Вика молча смотрела на эту картину, не отводя взгляда. Даже непривычно было видеть её столь молчаливой.
— Так, сколько удочек мы собрали? — громко спросил я, чтобы сменить атмосферу.
— Пятьдесят три, — сказала Софи, не забыв посчитать новый улов.
— Этого хватит. Возвращаемся к начальной точке и ждём портал.
— Я могу попросить Иванну ускориться, — предложила Акула.
— Будет замечательно. Как раз у тебя останется время, чтобы прошерстить гардеробы моих жён.
Она улыбнулась. Но только она. Все остальные оставались серьёзными. Особенно Макс. Судя по его выражению лица, парень вообще не понимал, что происходит.
Почти не разговаривая, мы и добрались до портала.
* * *
— Отпустите меня. Обещаю, я буду молчать! — молящим тоном просила Мария Викторовна Белладоннова.
— Нет, — грозно ответил мужчина в чёрной маске, скрывающей лицо.
Мария Викторовна приехала в поместье Белухиных, чтобы познакомиться с невестой, которую предлагали для её сына. Однако она не ожидала, что весь род будет лежать связанный магическими путами в гостиной. А вскоре трое неизвестных и её привязали к стулу.
Путы блокировали магию. Да и что она могла сделать? Слабая целительница, специальность которой заключалась в изготовлении ядов. В этом она была лучшей, но сейчас ей бы пригодилось умение убивать.
Марию Викторовну перенесли в отдельную комнату, отделив от остальных пленников.
— Отпустите, — повторила она, и на глазах выступили слёзы.
— Отпустим, когда приведёшь свою дочь, — сказал зловещий голос.
В руках высокого худого мужчины сверкал остро заточенный нож. Пыток Белладоннова не боялась. Но вот что им нужно от бедной Юли?
— Нет. Я не позволю вам её и пальцем тронуть, — со сталью в голосе процедила пленница.
При упоминании дочери в ней сразу проснулась решительность. Желание защитить ребёнка затмевало любой страх.
Только вот детей у Марии было двое…
И через минуту второй мужчина в такой же маске привёл в комнату её сына. Двадцатилетний беловолосый парень был также связан. С кляпом во рту. Поэтому он мог лишь стонать.
Похититель толкнул парня, и тот упал на колени.
Марии предстоял ужасный выбор для любой матери.
— Позвони дочери. Пусть придёт. Тогда мы всех освободим, — продолжил мужчина.
В его глазах мерцала чернота. Они едва не сливались с его маской, что выглядело очень зловеще.
— Нет. Я не позволю…
— Мы не тронем девочку. Просто поговорим, — он говорил спокойно, что внушало женщине ещё больше страха.
Второй похититель представил к горлу парня нож. Но он всё равно смог мотнуть головой, умоляя мать не поддаваться на провокацию.