Дышу тобой (СИ)

Дёрнув за ручку двери решительно пересёк порог. И то, что я увидел, совсем мне не понравилось. Я моментально забыл, зачем пришёл и о чем хотел поговорить. Лика стояла полностью одетая, а рядом с ней чемодан. И по её растерянному виду я понял, что увидеть меня она сейчас не ожидала и, похоже, планировала уйти по-английски.
Меня захлестнуло новой волной гнева вперемешку с непониманием. Неужели она вот так решила сбежать?! Ничего не сказав и не объяснив. Хоть и осознаю, что вчера мы высказались сверх меры. Но эта картина отключила остатки разума.
– И что это? – указал взглядом на чемодан, который она держала за ручку настолько сильно сжимая, что пальчики на маленькой ладошке очень явственно побелели.
– Я уезжаю. – твёрдостью её голоса можно было резать метал. Только глаза выдавали грусть, боль и растерянность.
– Куда? – я уже и так знал ответ, но хотел услышать его от неё.
– Домой.
– Ты и так дома.
– Нет, Дамир. Дом – это то место, где любят и хотя бы пытаются понять. Это то место, где чувствуешь себя защищенно и спокойно. И это место, к сожалению, не здесь.
– Ты ошибаешься. Я люблю тебя. И ты нужна мне.
– В том-то и дело, что только я.
Опустив глаза в пол двинулась в сторону двери. Каждое её слово набатом отбивало в голове. Каждое иглами прошивало грудину насквозь, причиняя нестерпимую боль.
– Ты не уедешь. – перехватил её руку, держащую чемодан.
– Я. Уеду. Сейчас! – выделяя каждое слово выкрикнула мне в лицо.
Психанув, вырвал этот ёбаный чемодан из её рук и швырнул в стену. С глухим треском он повалился на пол, оставляя на стене характерный след.
– Ты не уедешь. – повторил тоже, что уже озвучил секундами раньше.
– Совсем с ума сошёл?! Да подавись ты этими вещами!
Сука, вся выдержка к чертям полетела. Своими выпадами я сейчас довожу ту, по отношению к которой это непозволительно. Мудак. Видя её отчаяние и рвущуюся наружу истерику, подлетел к ней и обнял, крепко прижимая к себе.
– Дамир, отпусти меня! – кричала, пытаясь вырваться. На спину обрушились удары маленьких кулачков, которые причиняли больше душевной боли, нежели физической.
– Никуда я тебя не отпущу, принцесса. Ни сейчас, ни вообще.
– Нет! – она уже плакала. Всхлипывала и продолжала меня колотить и отталкивать.
– Прости меня. Прости меня, моя маленькая. – обхватил её руками за лицо и начал зацеловывать каждую слезинку. – Прости, прости. Я не прав. Я так виноват перед тобой.
Она ничего не отвечала, только сильнее сотрясалась от рыданий. А мне хотелось удавить себя же голыми руками за то, что это всё из-за меня. За то, что именно я-причина её слёз.
– Всё, успокаивайся, маленькая моя. Всё будет хорошо. Ты права была, когда говорила о том, что я не смог тебя поддержать. Я виноват перед тобой и готов каждый день вымаливать прощение. Только умоляю, не плачь. – укачивал её в руках, как маленького ребёнка. Такая хрупкая, беззащитная, нежная и ранимая.
Надеюсь, я не пожалею о том, что планирую делать и на что соглашаюсь, но по-другому сейчас просто нельзя. Не имею ни малейшего права всё взваливать на её хрупкие плечи. Как бы хреново мне не было, ей в разы сложнее. Жаль, что понимание этого пришло ко мне не сразу.
Я давно потерял счёт времени. Понятия не имею, сколько мы так простояли, но я был готов стоять так вечность, лишь бы ей было легче. Постепенно её рыдания и дрожь начали сходить на нет. Аккуратно отстранив Лику от себя, вытер большим пальцами остатки её слёз, которые не успели впитаться в ткань моей рубашки и посмотрел в грустные и растерянные глаза.
– Что теперь будет? – прошептала всхлипывая.
– А что будет? Хорошо всё будет. Я обещаю тебе, что сделаю все возможное и не возможное для тебя и малыша. – опустил дрожащую руку на её плоский животик. Пальцы покалывало, дыхание перехватило, а горло словно спазмом стянуло. Лика же распахнула глаза на столько широко, что в них можно было утонуть и пропасть и, кажется, тоже перестала дышать.
Эта ночь не прошла бесследно. После долгих раздумий и размышлений, я принял решение, которое далось мне не без труда. Я ответственен за всё то, что сейчас у нас есть. И именно мне нужно брать всю ответственность на себя. Ни о каком аборте речи больше не идёт. Если для Лики эта беременность на столько важна, значит и для меня она важна тоже. Подниму все связи, найду лучших врачей, лучшие клиники. Землю вверх дном переверну, но сохраню самое ценное, что у меня есть.
 
Своей вчерашней категоричностью я раздавил Лику. Говорить на эмоциях и не додумав было моей ошибкой, которую теперь предстоит исправить. Главное, чтоб она дала мне такую возможность.
– Значит ты не против беременности? – в её голосе на столько сильно сквозило неуверенностью и страхом, что от себя тошно стало.
– Не против. Только пообещай мне, что пройдёшь полное обследование и будешь придерживаться всех рекомендаций и наставлений врачей. Хорошо? Я хочу быть уверенным, что мы максимально тебя обезопасим.
– Обещаю. Я бы и сама именно так и поступила. – из её глаз снова потекли слёзы. То ли от облегчения, то ли от счастья. Несмотря на измученный и заплаканный вид, она светилась изнутри.
– Тогда давай приступим именно сегодня? Ты немного успокоишься, придёшь в себя и мы съездим в клинику. Я уже договорился с заведующим гинекологии.
В ответ она молча закивала головой и зажмурившись крепко ко мне прижалась. Маленькая моя.
Спустя два часа мы уже мчали на обследование. Сегодня за рулём был водитель. Я после вчерашней попойки в одно рыло за руль садиться не рискнул. Хоть и был во вменяемом состоянии, голова ещё ощутимо гудела.
Всю дорогу в клинику меня не покидало ощущение, что я совершаю ошибку. Ошибку ценой в жизнь любимого человека. Но я принял решение и пообещал себе попробовать. Для начала нужно узнать мнение врачей. А дальше будем двигаться постепенно и если трудности и будут, будем решать их по мере поступления.
Пока ехали ни на секунду не отпускал Ликину руку. Хотя и она вцепилась в мою намертво. Не известно ещё, кто кого подбадривал этим жестом больше, я её или всё же она меня.
Пока проходили все назначенные процедуры Лика тряслась, как лист осиновый. Да и у меня руки ходуном ходили. Не знаю, что делать если нам скажут что-то неутешительное. Поэтому сейчас пытаюсь об этом не думать. Получается, к слову, так себе. Я привык всё контролировать, понимать, что могу на что-то повлиять. Здесь же, в случае чего, я полностью бессилен.
И вот сейчас, закончив со всем, сидели в ожидании вердикта. Отложив документы Лики в сторону, врач устало потёр глаза.
– Случай, конечно, не стандартный. Но есть плюсы, что на данном этапе с плодом всё в порядке. Развитие согласно срока, отклонений пока никаких не наблюдается, сердцебиение хорошее.
Сердцебиение действительно хорошее, отбивает только в путь. Я сначала опешил от такой частоты ударов, но когда меня заверили, что это норма, немного расслабился. До сих пор в ушах это «тук-тук-тук» бьётся. Именно в этот момент пришло окончательное осознание, что нас теперь трое. Главное, чтоб так и было дальше.
На все слова врача мы только молча кивали и внимательно слушали каждое его слово.
– Говорю сразу, о естественных родах не может быть и речи. Вы должны это понимать не хуже меня. Я так же не уверен, что сможете выносить весь положенный срок. Хорошо бы до семи месяцев дотянуть – уже будет чудом. Помимо этого нужен более тщательный контроль беременности, все же случай не простой. Никаких стрессов, напряжения. Очень аккуратно с физической нагрузкой. На более поздних сроках, скорее всего, возникнут сложности с позвоночником Лики, всё-таки нагрузка на его травмированный и оперированный участок не игрушечная. Как в последствии всё это скажется на нём, пока сказать сложно – будем наблюдать. Любые неприятные ощущения, тянущие боли, покалывания – сразу в больницу. Не экспериментируйте и не ждите пока «само пройдёт». Может и пройдёт, но эти риски ни к чему.