Алиса в Замужикалье (СИ)
– Ну целуй же меня, Азар! – мысленно взмолилась я.
Но он лишь убрал упавшую на мое лицо прядь и сказал:
– Ты сегодня так великолепно танцевала! Ты невероятно красива, Алиса! – он взял меня за руку и поцеловал в раскрытую ладонь.
Откуда он знает? На меня словно ведро ледяной воды вылили.
– Откуда ты знаешь, Азар? Тебя ведь там не было! Или… ты был, да? Был? Скажи мне! Не молчи!
Но он не ответил. Лишь зарылся лицом в мои волосы. Потом отстранился, посмотрел мне в глаза, щелкнул пальцами, и… я снова оказалась в своей постели. Но на этот раз она меня не радовала и не успокаивала. Потому что где-то там, внутри, медленно поднималась волна холодной злости. Я ощущала запах Азара. Тепло его рук. Поцелуй на своей ладони. Но бурлящее бешенство не давало мне усидеть на месте. Я вскочила с постели и забегала по комнате туда-сюда.
– Он с тобой играет, – шепнул Доктор Чуйка.
– Знаю! – огрызнулась я. – Дура! Какая же я дура! Ну почему мне никогда не попадаются нормальные мужики?
– С кем ты разговариваешь, Алиса? – дракоша, свернувшийся клубочком на постели, проснулся и потер передними лапками глаза.
– С умным человеком, с собой!
– Да что с тобой, Алиса?
Что со мной? А и вправду, чего это я? В первый раз в жизни я влюбилась. Неужели я решилась признаться в этом самой себе? Да, решилась. Сколько раз твердила, что нельзя и вообще мне никто не нужен, и что любить нужно только список "Форбс" и себя саму. И вот расплылась, как дура. Словно мне подсунули приворотное зелье, как ректору. Стоп!
Я замерла посреди комнаты от ужасной мысли. А что если меня Азар приворожил так же, как я дракона? Еще при первой нашей встрече там, на огромном цветке? И подарил мне он цветочек аленький. А кто мне сказал, что это не какая-то дурман-трава спецом для таких дур, как я? Если есть приворот для дракона, то почему бы не быть привороту для нас, людей?
– Меня приворожили, Нистар. А скажи мне, пожалуйста, как можно снять приворот?
– Тебя? Это исключено! – дракоша сплел лапки на пузе. – Для этого у тебя есть я. Магический защитник для того и существует, чтобы тебя не смогли приворожить, околдовать и обмануть.
– У дракона тоже есть фамильяр! Но тем не менее, его зелье вон как разобрало! Своими глазами видела!
– Ну ты сравнила, – фыркнул дракоша. – "Драконий морок" выращивали лучшие маги как защиту от произвола драконов. Кому нужна такая защита от людей? Вы же слабые! Магией почти не владеете, кроме тех, у кого отец из фатумов, как у тебя. Так вас всех в академию забирают. И ради кого стараться? Фатальям и фатумам зелья не нужны. Ну для приворота людей так точно. У них другие инструменты. Так что успокойся. Никто тебя не приворожил. Просто… – он запнулся и замолчал.
– Договаривай! – потребовала я.
Он тяжело вздохнул и сказал:
– Твоя беда в том, что ты все пытаешься просчитать, выгадать и проконтролировать. Включая собственные чувства. А они ведь контролю не поддаются. Как бы ты не закрывала свое сердце от любви, в один прекрасный день она придет, сядет напротив тебя и предъявит счет. Длинный такой счет, со множеством нулей.
Нистар говорил очень тихо, спокойно и даже убедительно. Но моя злость не отступала. Любовь-не любовь, но крутить собой я больше не позволю! Я ему задаю вопросы, а он молчит. И Доля инфу выдает дозированно, как доктор слабительное.
– Вот вы у меня где все сидите с вашими играми престолов! – я рубанула ребром ладони по горлу. – С Долей ничего сделать не могу, а вот Азара заставлю всё рассказать. Хотите, чтобы я помогала? Положите все карты на стол. Если Азар видел мой танец, то он должен быть в академии. Что вполне логично. Как говорил один мудрый сенсей из американского боевика:
– Самое безопасное место при торнадо в его центре. Когда все сносит к чертям, внутри этой сумасшедшей воронки есть крошечное тихое местечко. Азар в академии, дракоша. Я чувствую.
– Я, конечно, не спорю, что влюбленные обладают повышенной чувствительностью и интуицией. К примеру, возьмем Шекспира, Ромео и Джульетту.
– Не грузи меня интеллектом! Иначе я тебя нагружу гравитацией! – зарычала я, надвигаясь на него, и замахнулась.
– Обойдёмся без травматизма! – взвизгнул Нистар и затрепетал крылышками, взлетая под потолок.
Я вскочила на кровать и подпрыгнула, а прыгаю я хорошо! Поэтому мне удалось зацепить его хвост и дернуть вниз.
– Ты меня завтра же проведешь в Зафеминье! Это единственно место в академии, где можно спрятать мужчину! В нашем Замужикалье они все на виду. А там он вполне может прикинуться студентом. Или ветошью.
– В Зафеминье? – дракоша закатил глаза и попытался хлопнуться в обморок.
Но я его хорошенько встряхнула и он быстро пришел в себя.
– Ни за что! – решительно сказал он и гордо вскинул подбородок, сложив лапки на груди. – Я не допущу, чтобы тебя наказали ссылкой в необитаемый мир на веки вечные! Ты забыла, что это строго запрещено? Все проходы между отделениями заблокированы, чтобы фатумы и фатальи друг в друга не влюбились по молодому делу, и не начался бы хаос в судьбах. И без влюбленных богов судьбы во всем Ковре Миров кавардак. Лучше убей меня сразу! Тогда обо мне будут слагать легенды и песни. Я войду в историю как пример неисчерпаемого мужества и преданности фамильяров. И, может быть, рыцари даже создадут Орден имени меня, – он всхлипнул и утер одинокую слезу, скатившуюся по щеке.
В этом маленьком существе было столько решимости защитить меня, что вся моя злость со свистом улетучилась, как воздух из проколотого надувного мяча. Я ослабила хватку, поцеловала его в нос и прошептала:
– Ты ж моя радость! Ну пожалуйста! На десять минуточек. Я наложу Грим Судьбы, как там, на экскурсии в мире ящериц, и никто не узнает.
– А если ты нарвешься на Недолю или Горала? – вскинулся дракоша. – Им Грим Судьбы нипочем!
– А я осторожненько и быстренько. И потом ты же будешь с мной. Я-то туда точно одна не проберусь. А ты подскажешь, посоветуешь, ты же у меня умница! – я пощекотала его животик.
– Нет! – он скинул мою руку с живота.
Ладно, пойдём ва-банк! Эх, пропадать – так с музыкой!
– А я книжки буду читать из того списка, что ты мне составил. Раз в неделю, честно-пречестно! Клянусь "Форбсом"! – я посмотрела на него самым правдивым взглядом из своего большого запаса на все случаи жизни.
Взгляд был опробован на московских коллекторах и промашки не давал. Дракоша колебался. Он искоса глянул на меня и сказал:
– Каждый день чтения, по полчаса перед сном. А чтобы исключить возможность жульничества, будешь пересказывать, что запомнила. Начнешь с Шекспира и прочтешь его полностью.
– Ибица сердце перестало… то есть, как же я напугана! Ты что меня убить хочешь? Одну книгу для ознакомления, и хватит.
– Всё собрание сочинений!
– Половину, – неохотно уступила я, тяжело вздохнув.
– Три четверти полного собрания сочинений, и дальнейший торг неуместен, – дракоша поджал губы, что у него означало крайнюю степень решимости.
– Ладно, садюга. Три четверти.
– Продано! – в лапках Нистара появился крошечный золотой молоточек, которым он стукнул по воздуху, словно заправский аукционист. – Нам нужен гениальный план действий.
Судьбоносный этикет считался самым скучным курсом в академии. До меня доходили слухи, что руководительница курса странная, но я не думала, что настолько. Столы в классе этикета были сдвинуты в круг. Я села между Дейной и Акавишей, стараясь на нее не смотреть. После отбора отношения между нами ухудшились. Я с трудом выносила ее. А она хлопала глазами, изображая невинность. И всё пыталась мне угодить. Знает, паучишка, чью муху пытается сожрать! Просто конфликтов не любит. В тихом омуте иногда зубастые крокодилы водятся.
Прямо напротив меня расположилась Шамтара в окружении подружек. Вся эта зеленомордая компания буравила меня взглядами и беспрерывно шепталась, громко и глупо хихикая. Я демонстративно скривилась и едва сдержалась, чтобы не показать рептилоидам язык.