Алиса в Замужикалье (СИ)

Я чувствую ее всю, до мелочей. Я знаю: она не уступит. Она будет дрожать и биться подо мной, если я вдруг, повинуясь минутному безумству, продолжу. Сжимаю ее запястья, чувствую бьющийся в венах пульс. Под тонкой кожей бурлит горячая кровь строптивицы. Тонкие запястья подрагивают под моими пальцами. Сжимаю чуть крепче – она едва слышно вздыхает. Вздох прокатывается по телу, отдаваясь в животе, к которому прижат мой "старший брат".
– Вы не имеете права! – визжит фамильяр. – Мы будем жаловаться в совет академии! Отпустите ее! Вы – не вершина власти!
Он прав. Я пока еще не вся власть. И мне приходится играть по давно установленным правилам. Изображать справедливость и равенство. Делить власть с советом. Делать вид, что меня интересует мнение Доли, Недоли, мытарей и других. Но это скоро изменится. И тогда я приду к тебе, девочка. Ты будешь первой, кого подомнет под себя новая Судьба. Подомнет в буквальном смысле. Ты будешь лежать подо мной распростёртая и никто не сможет нам помешать. Но фамильяр очень раздражает! Поворачиваюсь, на миг высвобождаю одну руку, щелкаю пальцами – мелкий наглец отлетает в стену, ударяется об нее со всего размаха и сползает под стол. Снова хватаю Алису за запястья двумя руками.
Нужно встать и освободить ее. Приличия и правила академии прежде всего! Но ее губы так близко! Они приоткрыты, а глаза распахнуты. Длинные ресницы подрагивают. Какой-то мудрый мужик как-то сказал, что самая красивая женщина – это та, что лежит сейчас под тобой. Воистину! А может быть, послать к троллям правила? Наклониться чуть ниже и одним быстрым движением накрыть ее губы своими? Пить эту сладость, не выпуская ее и чувствовать, как она дрожит?
Что с тобой, Горал? Неужели это морок? Я словно смотрю на себя со стороны и понимаю, что никогда не позволял себе такой неосмотрительности. Может быть, она меня околдовала? Может быть, это проделки Азара и он специально подсунул мне эту медовую ловушку? Или это козни оппозиции? Да все равно! К бесам правила! От одного поцелуя не развалится ковер миров.
Наклоняюсь к ее губам. Вдыхаю запах свежести. Почти касаюсь ее рта…
Фу, какая гадость! Этот рептилоид меня почти засосал! Честное слово, ушатай его, Китай! Да к черту его, губошлепа огнедуйного! Помогите мне, люди и нелюди! Мой бедный дракоша, который так меня защищал, беспомощно возится под столом. Я одна с этим извращенцем. Что делать? Треснуть его коленкой в гастроскопию? Так он мне, тля очешуевшая, ноги зажал. Нужно бороться! Сбросить его с себя. Не лежи, Алиса! Коленом сейчас упереться в него – ага, вот так, и дернуться изо всех сил. Нет, не выходит! Вот кабан здоровый! Отожрался на здешней магической еде –  маслобрюха ему в....  ухо!
И словно откликаясь на мою горячую просьбу о помощи, дверь распахнулась и в кабинет влетел Камцан. За ним скачками несся еще один леприкон в белом поварском колпаке и длинном белом переднике.
– Господин ректор, я поймал вора! – заверещал Камцан. – Этот мерзавец главный шеф-повар – забодай его единорог! – только что украл и спрятал десять штук отменных жирных маслобрюхов, два ведра икры холостых русалов и три ящика дикорастущего творога!
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ – Врешь! Не было творога! Это ты его украл, чтобы подарить своей кривоногой родне! Ты им все мешками таскаешь да горшками, а на нас сваливаешь, старый плут! – завопил повар, сорвал цилиндр с головы Камцана и вцепился в его огненную шевелюру.
– Ага! – победоносно заорал Камцан, отдирая повара от своих волос.
Он впечатал ладонь в лицо противника, отчего тот пошатнулся, сдернул колпак с его головы и дернул за рыжий чуб.
– Не было значит, творога, а во всем остальном ты признался! Слышали, господин ректор? Он признался! Я тебя поймал, воровская твоя рожа, разорви тебя тролль! Испепелите его, Горал! Нет, пусть сначала вернет наворованное, а потом испепелите  и развейте останки по воздуху над морским миром, чтобы прах его достался глубоководным диким рогатым кабанам! – он принялся хлестать повара по физиономии его же колпаком.
 
Горал молниеносно отлетел от меня. Я вскочила на ноги и бросилась под стол спасать дракошу. Но он уже сам выполз и запрыгнул мне на плечо. В этот момент повар изловчился, нахлобучил зеленый цилиндр на голову Камцана и резко дернул вниз, натягивая шляпу на лицо завхоза.  Поля цилиндра затрещали, высокая тулья разорвалась напополам, Камцан завизжал, волчком завертелся на месте и наобум пнул повара тяжёлым башмаком. Они сцепились в драке, и пока Горал их разнимал, мы с Нистаром молниеносно смылись из кабинета.
Дейна и Акавиша ждали меня под дверью. Они засыпали меня вопросами,  едва я вышла.
– Ну как? – Акавиша возбужденно запрыгнула на стену и забегала по ней, нервно нарезая круги. – Кричал? Орал? Расспрашивал? Хвалил? Что?
– Ну не томи, Алиса! – из глаз Дейны полыхнуло алым пламенем. – Мы тут извелись!
– Я это так не оставлю! – выкрикнул Нистар, сидя на моем плече.
Он нервно шмякнул крыльями по моему уху, и тут же огреб звонкую оплеуху.
– Молчи! –одними губами прошептала я. – Ни слова!
И громко добавила специально для девочек:
– Больно же!  У тебя крылья не шелковые! Держи их к туловищу поближе, ушатай тебя, Китай!
– А можно не выражаться, как тролль в брачный период после отказа невесты? – надулся Нистар, обиженно поджав губы.
– Нельзя! – отрезала я. – Душа просит.
– Знаешь что? – прошипел Нистар мне в ухо. – У нас с тобой назрел серьезный разговор о твоем поведении! После уроков поговорим! Сейчас слишком много ушей вокруг.
– Да, мама! – лениво огрызнулась я.
Да что же за день сегодня такой? Сначала дракон напал, теперь фамильяр по ушам ездит. У меня уже аллергия на драконов, больших и маленьких, честное слово!
От печальных мыслей меня отвлекла Дейна.
– Что ты так просто не оставишь? – Дейна округлила глаза. – Там, в кабинете,  что-то случилось?
– Да ничего, девочки! Ректор просто психанул, как всегда. Дурилка магический!
Они, конечно, девчонки, хорошие, и явно переживают за меня, но Доля ясно сказала: никому не доверять. Никому! Мне, конечно, очень хотелось сейчас пожаловаться им и всё в подробностях рассказать. И чтобы мы сидели на кровати с ведерками мороженного в руках и заедали мое горе большими ложками. Но нельзя. Пока никто ничего не знает, у меня есть шанс выжить. И что я им скажу? Что дракон со мной пытался познакомиться поближе таким интересным способом? Пожарный шланг ему в огнедышло! Постель – не повод для знакомства!
Поэтому я сделала каменное лицо, и, как ни в чем не бывало, сказала:
– Да ничего особенного! Расспрашивал, как я нашла вампира, то есть любовь, и есть ли в моей семье маги. Вот и все.
– А психанул отчего? – не отставала Дейна.
– От того, что в моей семье магов нет. А потому выходит, что я сама по себе самородок. А он уже у нас главный гений академии, вот его жаба и задавила.
– Какая жаба? – не поняла Акавиша.
– Перевожу с тролльего языка на общечеловеческий. Это Алиса в свойственной ей экспрессивной манере хотела сказать, что ректор позавидовал, – вмешался в разговор дракоша.
– Вот видишь? А ты боялась! – Дейна погладила меня своей мягкой лапкой.
– Молодец! – Акавиша спрыгнула на пол и тоже погладила меня шестой ножкой. – Только теперь давай поторапливайся. У нас следующий урок совмещенный у Доли и Недоли. Счастливое и несчастливое плетение. Бери книги и пойдем в другой класс.
– Живо-живо! – Нистар вспорхнул на мое плечо. – Перемена короткая. Доля, хоть и добрая, но ненавидит, когда опаздывают!
 
Мы побежали по коридору, заполненному студентками. Быстро нашли нужный класс. И вдруг я почувствовала, что у меня глаза слипаются. Вот прямо сейчас упаду и усну! Я села за последний стол. Рядом суетилась Акавиша. За столом перед нами озабочено листала учебник Дейна, что-то бормоча.
– Девочки, я вздремну ненадолго. Пять минуточек всего. Разбудите меня, когда Доля придет, – прошептала я, отключаясь.