Замок на двоих (СИ)

– Слуги объявили протест?
– Нет, просто поужинать не успел.
С этими словами он взял большой теплый плед и укрыл мне ноги, заставив положить их на противоположное сиденье, а затем активировал артефакт. Приятное тепло моментально окутало все тело.
– Из-за меня?
– Из-за Авадона. Ты тут при чем? Держи, – протянул он мне бутерброд и чашку чая, над которой уже вился пар. – Ты ни о чем не хочешь меня спросить?
– Хочу, – призналась я, сделав глоток горячего напитка.
– Тогда почему не спрашиваешь?
– А получу честный ответ?
Я пристально посмотрела на его светлость, который с аппетитом уплетал бутерброд. За показным безразличием крылось беспокойство. Это было заметно по глубоким морщинам, залегшим у него на лбу, и слегка вибрирующему голосу.
– Будет зависеть от того, что именно ты хочешь узнать.
– Вы демон? – я не стала ходить вокруг да около.
Опекун поморщился и нехотя признался:
– Не совсем. Можно сказать и да и нет.
Я снова пригубила из чашки, чтобы смочить горло, и растерянно спросила:
– Разве такое возможно?
– Оказывается, возможно, – невесело хмыкнул он и начал рассказ: – Я родился самым обычным человеком, как ты, мои родители или кто-либо другой. В нашем доме часто случались ссоры, таков уж у отца характер. Он вечно был всем недоволен, хотя не думаю, что с годами он изменился. Любил всем указывать, как сидеть, что делать и даже кому что надевать. Отец распланировал мою жизнь едва ли не до последнего вздоха. Мне это, конечно, не нравилось, и в силу бунтарского возраста между нами часто вспыхивали конфликты. Практически каждый день, – герцог налил полную чашку ароматного чая, взмахом руки подогрел его и сделал внушительный глоток. – После вечерних ссор я закрывался в своей комнате, читал книгу или ложился спать. Ничего необычного, но в день моего совершеннолетия произошло кое-что из ряда вон выходящее. Мы ругались с отцом, как всегда, из-за мелочи, и внезапно я почувствовал, что кровь в теле буквально закипает. Казалось, мгновение, и она вырвется наружу. Ногти стали удлиняться, превращаться в когти…
– Это был оборот? – уточнила я, едва в карете повисло молчание.
– Да, боевая форма. Я не стал дослушивать гневные речи отца и рванул со всех ног в комнату. Когда добрался до нее и посмотрел на свое отражение в полный рост, ужаснулся. На меня накатила паника. Отец колотил в дверь, требовал, чтобы я открыл и мы закончили разговор, а я не знал, что делать. Спустя пару мгновений все закончилось. Я снова стал обычным человеком. Подобрав клочья одежды и накинув халат, впустил в комнату отца, молча выслушал, даже перечить не стал. Едва выпроводил его, появился прислужник Самаэля.
Я почувствовала, как у меня отвисает челюсть от изумления.
– Прислужник Самаэля?
– Представь себе! – герцог кивнул для большей убедительности. – Он сказал, что Его Величество приказывает мне немедленно явиться ко двору. Пришлось повиноваться. Несмотря на страх и риск больше никогда не вернуться домой, я отправился в подземное царство. Хотел понять, что происходит. Тогда и узнал, что пришло время платить по счетам.
– По каким?
– Оказалось, мой давний предок украл у верховного демона кое-что очень ценное.
– Как так? – озадаченно посмотрела я на опекуна, начиная думать, что он меня обманывает. – Разве его можно обворовать? И куда потом девать украденное?
– Сложно, но можно. Очевидно, чтобы тебе легче было оценить всю ситуацию, придется сделать экскурс. Когда человек умирает, его душа попадает в подземное царство. Есть чем платить – она остается там до определенного момента – до перерождения. Нет чем платить – она превращается в пыль. Должен заметить, что души убийц, независимо от ценности их подношений, рассеиваются мгновенно, без каких-либо разбирательств, а вещи возвращаются родным. Рассеиваются души и тех, кто трижды отказался от перерождения – Самаэль неусыпно следит за тем, чтобы в его царстве не было перенаселения, если так можно сказать.
– Есть и такие? – ахнула я.
– Полно, – ответил опекун и надкусил бутерброд, прожевав и сделав глоток чая, продолжил: – Тем, кто при жизни был выдающейся личностью: великим магом, ученым или уникальным воином – верховный демон нередко делает выгодное предложение: пойти к нему на службу. Замечу, что делается оно единицам, и отказываются только глупцы.
 
– В чем же выгода?
– Души вновь обретают телесную оболочку, старикам Самаэль возвращает молодость, одаривает богатствами. Люди получают шанс прожить еще несколько жизней в своем здоровом теле.
– И ваш предок получил подобное предложение, – пришла я к выводу, прокрутив в памяти услышанное.
– Верно. Он принял его в надежде однажды вернуться в наш мир. Десятилетия поисков увенчались успехом – ему удалось сбежать. Правда, он прихватил с собой кое-что ценное.
– Вам известно, что именно? – спросила я, не сумев совладать с любопытством.
Герцог смотрел на меня и упорно молчал. Я уже не надеялась получить ответ, как мужчина утвердительно кивнул.
– Известно, но не могу сказать. Даже не проси, Алексия. Этан строго-настрого наказал мне держать информацию в секрете.
– Получается, эта вещь по-прежнему хранится в «Черном драконе», – идея отыскать украденную у самого Самаэля драгоценность настолько захватила меня, что не заметила, как озвучила мысли. Ощутив на себе хмурый взгляд опекуна, спохватилась и поторопилась усмирить его бдительность: – Честно говоря, я так и не поняла, какое вы и ваша способность превращаться в демона имеют отношение к той давней истории.
– Как оказалось, я шестой сын того предка.
– Постойте! – нетерпеливо перебила я, окончательно запутавшись. – Хотите сказать, он до сих пор жив? Или это вы настолько древний?
Лорд Эткинсон рассмеялся, заливисто и добродушно. Тряска на дороге и хохот его светлости привели к тому, что в какой-то момент он расплескал на пол чай. Опекун вытер салфеткой руку и произнес с широкой улыбкой:
– Возможно, я уже не очень молод, но еще не стар. Мне всего двадцать семь.
– И давно вам двадцать семь? – выпалила, словно из пушки.
– Алексия, мне на самом деле столько лет, сколько и сказал. Ни больше ни меньше. А шестой сын, значит, что я четырежды прихожусь правнуком тому, кто заварил эту кашу. Самаэль позволил моему дальнему родственнику прожить еще одну жизнь в достатке, ни в чем себе не отказывая. Но он не простил предательства и решил взыскать плату с его потомка, с шестого сына, то бишь с меня.
Я ощутила, как в груди распускается огненный цветок гнева.
– Это несправедливо! Вы не сделали ничего плохого и не должны нести ответ за проступок невесть когда умершего родственника!
– Согласен, – по лицу герцога пробежала тень. – Поэтому первое время сильно негодовал и чаще всего ходил в боевой форме. Мне понадобился не один месяц, чтобы научиться контролировать ярость и предотвращать оборот. Но наши убеждения и демонов сильно разнятся. Они считают, что проступки родителей переносятся на их детей.
– И что Самаэль потребовал в виде платы? – мое сердце замерло в ожидании ответа.
– Сорок лет службы.
– Сколько?! – взвизгнула я. – Не слишком ли много захотел? Почему просто не забрал ту вещицу?
– Она ему не нужна, – пожал опекун плечами и сделал глоток чая. – Алексия, дело не в вещице. Мой предок нарушил клятву, предал доверие Самаэля, а в подземном царстве такое не прощается.
– Верховный демон мог смилостивиться и забыть о том случае, – во мне по-прежнему бушевало пламя негодования. – Или наказать виновника, но не вас.
– Он очень принципиален.
– Скорее, злопамятен. У вас была возможность отказаться платить по чужим счетам?
 
– Да. Но тогда бы я лишился шанса снова стать нормальным человеком, – увидев застывший в моих глазах вопрос, лорд Эткинсон взялся разъяснять: – Самаэль не стал тешить меня надеждами. Он сразу сказал, что если я не приму его условие, то навсегда останусь монстром. Первый оборот – это только начало кошмара, который меня ждал. В подземном же царстве я научусь контролировать оборот. Помимо того, за несение службы буду получать приличную плату. Когда он озвучил сумму за год, я несколько минут не мог произнести ни слова, насколько высокой она оказалась. И я поверил верховному демону, остался при дворе.