Седьмой прыжок с кульбитом (СИ)
Брежнев развел руками:
— Их никто не нашел. Вы думаете, что комитет госбезопасности настолько всесилен, чтобы бегать за преступниками по Парижу? Нет, милые мои, чудес не бывает, летучего Бэтмена и Женщину-кошку ловить мы не станем. Мы займемся своими делами, а заботы об искоренении преступности оставим комиссару Мегрэ.
Конечно, Леонид Ильич слегка лукавил. Задача «догнать и обезвредить» перед КГБ стояла — ведь первоначальным хозяином денег был все-таки ЦК КПСС. Только вот говорить об этом вслух было бы неразумно.
— Вы сказали «торговали», Леонид Ильич. Выходит, теперь не торгуют?
— Нет.
— Послушайте, но они же коммунисты, наши товарищи! — воскликнула Марина. — И пришли в ЦК КПСС за помощью!
— Коммунисты? — нахмурился Брежнев. — Не уверен. Грабители украли то, что эти деятели утаили от партии. Собственно говоря, так же украли. И самое печальное, что французские товарищи не одни такие оказались. Ох, не одни…
— Не одни? А кто еще?
— Скоро узнаете, шила в мешке не утаишь, — Леонид Ильич помолчал. — Речь о другом: если кто-то и найдет украденное, обратно эти партийные деятели ничего не получат. Доказывать свое право официально они побоятся. А неофициально… Кто ж в здравом уме такие деньги отдаст?
* * *Конечно, на приеме нашлись другие люди, которых не заинтересовала рекламная компания московского ликеро-водочного завода. Такими оказались генералы Маркус Вольф и Валентин Иванович Мещеряков. Подтянутые, с седыми висками и в элегантных вечерних костюмах, они были чем-то неуловимо похожи. У них даже очки оказались однотипные — «Карл Цейс» в тонкой золотой оправе. Сейчас главные разведчики делали скучный вид у фуршетного столика, закусывая чем бог послал.
— Наши израильские коллеги просят о дополнительных консультациях, — негромко произнес Маркус Вольф, наливая себе апельсиновый сок.
По-русски говорил он чисто, практически без акцента. Умение, приобретенное в молодости, никуда не делось.
— Консультации? Теперь это так называется? — не сказать, что Мещеряков возмутился. Скорее, выразил недоумение. — Они провалили операцию в Бейруте!
— Красный принц оказался неожиданно ловким, — признал Вольф очевидное. — Из двух засад вырвался! Всё-таки на курсах КГБ хорошо учат бегать. Какой-то скользкий демон, а не Али Хасан Саламе. Буквально сквозь землю провалился, и поиски его безуспешны.
— Думаю, Принца уже нет в Бейруте. Сколько усилий потрачено… Сколько средств закачено в информаторов! — Мещеряков горько вздохнул. — И впустую.
— Мне тоже жаль, — сообщил Вольф без всякого сожаления.
— А что эти ваши израильские коллеги устроили в Румынии?
— Что? — Вольф пожал плечами. — Уничтожили группу террористов.
— Зачем?
— Так вышло. Во время передачи оружия неожиданно произошел огневой контакт.
— Наверно, я выразился неточно. Хотелось спросить: нахрена? — в тихом голосе Мещерякова звенел металл. — Мы договаривались иначе. Речь шла не о расстреле покупателей и продавцов оружия, а о захвате! Нам нужны признательные показания живых террористов на пресс-конференции в Тель-Авиве, разве нет? А ваши коллеги устроили бойню. Накрошили трупов, как в страшном фильме про войну! Секуритате рвет и мечет: вдруг вылезет, что арабские басмачи покупали оружие у румынских коммунистов? Слава богу, в прессу ничего не просочилось.
— Теперь и не просочится. Израильская группа отступила по запасному варианту, через Черное море. Ушли чисто, с концами.
— Хоть в этом не облажались… Но проблема осталась в том же взвешенном положении.
— Да, не очень хорошо вышло, — Вольф легко признал и это. — Проблема никуда не делась.
Будучи азартным человеком, Маркус Вольф умел сдерживать себя. И что не характерно для многих, был склонен к самокритике. Война не позволила ему закончить МАИ, чтобы стать авиаконструктором, но отсутствие диплома о высшем образовании не помешало возглавить разведку. А уж с логикой он дружил всегда.
Генерал бросил в рот очередную тарталетку с творожным сыром и черной икрой.
— Если помните, мы рассматривали несколько вариантов развития событий. И крайний сценарий со стрельбой не исключался.
Мещеряков кивнул в ответ.
— Надо работать дальше, — резюмировал Вольф.
— Конечно, надо идти дальше, — снова кивнул Мещеряков. — Глупо было бы сложить лапки в ожидании, когда трупы врагов проплывут мимо. Тем более что палестинские басмачи не намерены отступать. Они не отказались от захвата пассажирского самолета, следующего в Тель-Авив из Вены. Мы еще не поняли почему, но бандиты упорно ориентируются на бельгийский авиалайнер «Боинг-707» компании «Сабена». Так утверждает наш информатор.
— Скорее всего, палестинцы связаны с кем-то из членов экипажа, — предположил германский генерал. — То есть дата восьмое мая по-прежнему актуальна?
— Да. Очень уж день удобный, по мнению террористов.
— Удобный день, чтобы сдохнуть, — пробормотал генерал Вольф. — Израильтяне готовы встретить дорогих гостей в любом из прилетающих лайнеров. Группа спецназа «Сайерет маткаль» под руководством Эхуда Барака отрабатывает штурм на макете самолета. Прямо в аэропорту, в закрытом ангаре. Там и живут.
Мещеряков покачал головой:
— Тренировать штурмовиков, конечно, полезно. Но бармалеев надо брать раньше, до посадки в самолет в Вене!
— Именно об этом говорят израильские коллеги. Из Бейрута Красный принц пропал вместе со своей правой рукой Али Таха Абу-Санайна. И теперь израильские коллеги вышли на подручных этого Али. Судя по всему, это мелкие сошки, однако в кругу этих сошек ведутся разговоры о вооруженном захвате некого самолета. Конкретики нет, однако вижу ниточку.
Мещеряков удивился. В другой ситуации он бы обозначил свое восхищение парой хлопков, но рука была занята шпажкой с беконом, брынзой и огурцом. Поэтому воскликнул безо всякой иронии:
— Какие ушлые у вас коллеги! И кто же там такой грамотный?
— Начальник военной разведки Аарон Ярив. Но вообще-то сейчас там все заняты темой палестинского террора.
— Интересно, очень интересно, — покончив с канапе, Мещеряков почесал щеку шпажкой. — Значит, будем проводить консультации.
Глава 36
Глава тридцать шестая, в которой выясняется, что контрразведка ищет врагов внутри, среди своих. Разведке в этом отношении проще, она ищет друзей среди противников
— Наши коллеги начали боевую подготовку к Олимпийским играм, — сказал Вольф. — А мы выяснили, что полиция Баварии настроена крайне благодушно. В олимпийской деревне заканчивается стройка, но по периметру заграждения не видно. Так, сетчатый заборчик от собак. За порядком будут наблюдать дорожные полицейские со свистульками. Представляете, для них разработали специальную форму голубых цветов! Зевак и спекулянтов эти полисмены, конечно, разгонят. Но не более того. В общем, всё так как вы и говорили.
— Полиция Западной Германии работать не будет, — подтвердил свое мнение Мещеряков. — Это не гипотеза, это позиция. Организаторы игр смоделировали несколько возможных вариантов атаки на спортсменов. Ознакомили баварскую полицию, там заявили, что «озабочены и внимательно изучают».
— Отписка?
— Да ни хрена они не озабочены! По нашим сведениям, военная разведка ФРГ осведомлена о подготовке теракта. Но со своей стороны тоже ничего не предпринимает.
— Хочешь сделать хорошо — сделай сам, — пробормотал Вольф.
— Вот именно. Пусть израильтяне задумаются.
— Этим занимается лично генерал Цви Замир с группой добровольцев — отрабатывают на макете оборону жилых помещений. И перед играми бойцы поедут в Мюнхен в качестве туристов. Мы скрытно помогаем: предоставили данные о нескольких тайниках с оружием на территории ФРГ.
— Оружие немецкое?
— Не сомневайтесь. Старое, но проверенное оружие той войны: пистолеты Люгера, автоматы MP-40 и боевые ножи. Если израильтяне его применят и бросят на поле боя, следы приведут на армейские склады ФРГ, к вороватым кладовщикам.