Седьмой прыжок с кульбитом (СИ)

— А что не так?
— Когда обосрались все правоохранители, то и тебя должны постричь под общую гребенку. Это же наша национальная забава, дубиной махать во все стороны…
— Логично, — согласился Подопригора. И, допив компот, предложил: — Пошли, прогуляемся, свежим воздухом подышим.
Если бы в столовке присутствовала светская хроника, то в пресс- релизе написали бы так: «Обед прошел в теплой непринужденной обстановке, ровно и спокойно, с дружеским обменом мнениями самого общего свойства. Были затронуты вопросы дальнейшего взаимодействия, обмена опытом и совместных проектов. По завершению обеда стороны удалились в курительную комнату».
* * *
Первомайский парк хорошо известен горожанам, он стар и не особенно ухожен. По современным меркам это сквер, зеленая заплатка в центральной части города. А сто лет назад он и вовсе назывался городским садом, заложенным при Летнем коммерческом клубе. Зимой парк печален, но в это время года выглядит очаровательно, восхищая граждан яркими красками и классными ароматами. Здесь умеют разбивать цветники, и весной делают это с выдумкой. Свой привкус в весенний флер добавляют цветущие каштаны, акации и липы. Запах стоит такой, что с округи слетаются все пчелы, шмели и пенсионеры.
Здание коммерческого клуба сохранилось, теперь это Дом Физкультуры. Реальный спорткомплекс, и желающие здесь занимаются фитнесом. А вот кинотеатру «Первомайский» не повезло — его снесли. На этом месте строители возводят многоэтажный дом сложного экстерьера. Жилье в парковой зоне выглядит странно, но что поделаешь, когда богатые тоже хочут? А городские власти не звери какие-то, понимание имеют. Они много говорили о «реконструкции парка с привлечением сторонних инвесторов», видимо, это оно и есть.
Фонтан еще не работал, но собачек в нем уже выгуливали, результаты были налицо. Пустая ротонда, что возвышалась над парком, своим унылым и обшарпанным видом диссонировала с красочными клумбами. Когда-то здесь стояли столики и торговали мороженым, но это осталось в прошлом, как и местный пломбир на развес.
Прогулочным шагом полковники направились к столетней липовой аллее, однако путь преградил парень в плаще и темных очках.
— Мужчины! — обратился он с тихим трагизмом. — Помогите добраться до дома. На билет не хватает двадцать три рубля. Пожалуйста!
Неожиданный выход солиста заставил остановиться, а проситель приближаться не стал. Он даже не догадывался, что дистанция в три метра спасла его от неминуемых телесных повреждений. А также от нравственных страданий, возможных при поражении резиновой пулей.
— Не стрелять! — тихо буркнул Трубилин, склонив голову к воротнику. А затем повернулся к собеседнику. — Ты знаешь, Сан Саныч, я здесь бываю иногда. Так вот, на прошлой неделе этому жуку так же не хватало двадцати трех рублей.
— И ты их дал?
— Мелочи не было с собой. Речь о другом: какая-то мистическая цифра, не находишь?
Подопригора отвечать не стал. Грозный и циклопический, как священный бык Апис, он поднял правую руку. И за спиной у него моментально образовался неприметный человек в серой ветровке. У кого-то могло создаться впечатление, что полковник намерен благословить раскаявшегося грешника.
Но вместо молитвы Сан Саныч произнес в пустоту нараспев:
— Мальчик хочет в Тамбов, чики-чики-чики-та.
А Трубилин печально добавил:
— Но не летят туда сегодня самолёты.
Они двинулись дальше, а человек в серой ветровке остался. Расстегнув молнию, он сунул руку внутрь — в сумочку, что висела под курткой через грудь. Сумка эта была очень похожа на кобуру.
— Спокойно, мальчик, работает ОМОН, — произнес он тихим голосом. — Держи руки так, чтобы я их видел. Молодец. Поверни голову налево. Кивни, если наблюдаешь в конце аллеи патрульный бобик. Отлично. Идешь туда, представляешься. Ты же отстал от поезда, верно? И у тебя всё украли?
— Нет…
— Не бойся, в Тамбов отвезут бесплатно, в рейсовом автозаке. При попытке к бегству — расстрел на месте.
— Мне не надо в Тамбов, — прошептал посеревший шнорер.
 
— В Липецк? — предположил омоновец.
— Кто вам сказал? Я местный, — в глазах попрошайки мелькнула обида.
Такое же горе испытывали аборигены при виде стеклянных бус, когда их показали, но не дали.
— Ага! — догадался человек в ветровке. — Хочешь сказать, что отстегнул ментам? В смысле, патрульные свою долю уже получили? Тогда вам всем не повезло. Давай-давай, двигай ножками и стой там. Сейчас мне некогда, позже подойду.
Быстрым шагом человек в ветровке кинулся вдогонку гуляющим, а абориген не пошел к полицейскому бобику. Наоборот, таким же быстрым способом он рванул в другую сторону. Видимо, решил добраться домой пешком, без билета и без стеклянных бус.
  
Глава 32
 
Глава тридцать вторая, в которой niggers problems don` t fuck sheriff. Что в переводе означает: «Проблемы индейцев рассматриваются шерифом не в первую очередь».
Небо голубело, облака белели, солнце палку не перегибало. На редких лавочках беззаботные люди радовались теплому деньку. Кто с телефоном развлекался, а кто с пивом и сигареткой. И никто не стремился стрельнуть копеечку у прохожих. Видимо, зоны ответственности шнореров были поделены четко, как повелось со времен детей лейтенанта Шмидта.
Кстати, в переводе с идиш слово «шнорер» означает «нищий». Более точным было бы определение «халявщик», то есть заточенный на стрельбу незначительных сумм денег. Но, как цыплят по осени считают, так стреляные деньги считают в конце дня.
Меняя тему, Подопригора уже забыл об этом. И вопрос его был неожиданный:
— Ты в курсе, что в этом парке полно подземных ходов?
— Да, — осторожно ответил Трубилин. — А что?
— Вот, — Сан Саныч показал ему экран телефона. — Подробная карта. Когда-то здесь стояла крепость Святого Дмитрия Ростовского, и секретные выходы были очень важны. Позже под землей устраивали склады и разные захоронки. Вот тут, смотри. Подземные объекты выявлены в разных частях парка, у памятного знака «Редут Александра Невского», у фонтана, и под липовыми аллеями. Доказаны подземные ходы от ротонды к Летнему коммерческому клубу и к филармонии. В местах, помеченных красными точками, возможны клады. То есть прямо у нас под ногами! Инфа железная, подземелья обнаружены методом георадиолокационного обследования. А сейсмоакустическое зондирование эту картину подтвердило.
— Блин, прямо карта капитана Флинта с крестиками! — воскликнул Трубилин. — И зачем мне это надо?
Подопригора понизил голос:
— Твой шеф, полковник Уваров, занимается инвестициями. Он выделит немного денег, раскопает клады, и резко увеличит свое благосостояние. Ну и мне чего-нибудь от этого перепадет. А?
Трубилин не то чтобы обалдел, но удивился:
— Так ты меня за этим звал, начальник?
— Ну да, — кивнул Подопригора, скрывая улыбку.
— Посмотри через дорогу, — ухмыльнулся в ответ Трубилин. — Вон там, в пятой школе, я учился. Да я вырос в этом парке, Сан Саныч! И уже тогда отдельные хитрецы продавали здесь секретные карты с подземными ходами. Ищи лохов в другом месте!
— Не хочешь, как хочешь, — сохраняя прежнее выражение лица, Подопригора сменил тему: — Тебе о чем-нибудь говорит такое имя, Казбек Бероев?
— Говорит.
Собеседник принялся листать страницы, а затем повернул к Трубилину экран телефона.
— Вот фото.
Артем Борисыч пригляделся:
— На экране вижу бородатого человека, очень похожего на Казбека Бероева.
— Твой сотрудник?
— Мой.
Стандартный прием по отвлечению внимания провел Сан Саныч. И он достиг цели, сердечко ёкнуло. Размякла воля от прикольной темы, хотя невозмутимый вид сохранить удалось. И ведь ничего нового, обычная психология: сначала легкий треп, а потом резкая смена вектора. Провел, как мальчика…
А Подопригора усилил натиск:
— Можешь устроить мне встречу?