Седьмой прыжок с кульбитом (СИ)

— Вы не так поняли, Сан Саныч. Моя теща Валида-ханым умеет колдовать в буквальном смысле. Пошептала, дала выпить отвара дикого мака с травами — и все прошло. Точнее, действий было больше, однако это детали.
— Как-то просто у вас, — покачал головой полковник, сдерживая улыбку. — И антинаучно.
— Антинаучно? Да, я тоже так считаю, — старик поджал губы и пожал плечами. — В старые времена советская пропаганда подобные вещи называла невежеством, мракобесием и эзотерическим бредом. По большому счету, медикаменты кажутся надежнее. Но всегда ли они помогают? Как видите, я здесь, а все остальные — там.
— Скажите, а чего же ваша теща остальных не оживила? — поднял Подопригора очевидный вопрос. — Страждущих и сирых полная больница.
— Старая она, и без того еле ходит. А тут все силы на меня положила, теперь сама лежит. Очень уж сильная порча оказалась.
— Порча? — переспросил полковник. — Хотите сказать, что вас кто-то сглазил цыганским образом?
— Да, если брать в первом приближении. Только сглаз — это цветочки в медицинском смысле. Такая неприятность, когда плохой человек на кого-то зыркнет недобро. А по нам ударили проклятьем.
— Хм, ударили проклятьем… — пробормотал полковник. — Какой-то фильм ужасов.
— Проклятьем называют особый наговор, который читает ведьма. При этом она желает лютого зла своим врагам. От наговора ведьмы враги приходят в ужасное состояние, десятикратно худшее, чем когда съели что-то несвежее. При этом их накрывает иррациональный страх, переходящий в страх анальный. И всё это вместе пробирает до кишок.
— То есть вас не отравили, а сглазили? — из каши слов полковник вычленил главное.
— Именно поэтому военные медики не обнаружили отравляющих веществ. И ничего химического не найдут, потому что нас отравили проклятьем, а не токсичным газом.
— Не на вас одного навели порчу, а прокляли всех?
— Да.
— Так-так, — задумался полковник. — Протестующие заболели у автосалона «Тойота», а турецкий бизнесмен совсем в другом месте, в гостинице. А вы, кстати, где находились в это время?
— Дома. Как и другие наши старейшины, которые тоже спали в собственных покоях.
Из этого сообщения вытекала интересная деталь: базарный истеблишмент не миновала чаша сия. Хотя на стихийном митинге их не было.
Подопригора побарабанил пальцами, а затем пробормотал:
— Очень интересно. Вас всех прокляли, как вы говорите, в один момент…
— Да.
— И кто, если не секрет?
Старик темнить не стал, ответил сразу:
— Мы разозлили старуху Джадды, когда направили свой гнев на тех стрелков в торговом центре «Тойота». И Джадды обратила нашу злость против нас. Странно, что сразу не убила.
Полковник напрягся, энергично листая страницы памяти. Ничего похожего на это имя там не выявлялось.
— Вам известно, кто такая эта старуха Джадды?
— Конечно, — признался старик, блеснув темными, совсем не выцветшими глазами. — Именем Джадды пугают маленьких детей. Она живет высоко в горах, держит коз, и варит из зерен пшеницы старинное пиво «боза». Джадды очень похожа на бабу Ягу. Но, в отличие от русской бабушки, эта старуха не кушает добрых молодцев. Она лишь отбирает непослушных детей у родителей, а потом торгует ими, получая взамен золотые монеты. Джадды угощает пивом джиннов, которые помогают ей воровать маленьких детей. А волков Джадды подкармливает козьим сыром, и за это серые охраняют ее в набегах.
На лицо полковника легла тень, и по мере рассказа его недоумение росло. И только воспитание не позволило взорваться.
Старик отпил чаю и хмыкнул понимающе.
— Не хмурьтесь так, Сан Саныч. Вы спросили, я ответил.
— Вы мне рассказали сказку, в которой баба Яга ворует детей!
И снова старик невозмутимо кивнул:
— Можно с иронией относиться к телепередаче «Битва экстрасенсов»…
— А к какому шоу можно относиться иначе? — кивнул полковник.
— … только реальная жизнь гораздо сложнее.
— Вот здесь согласен.
— В реальной жизни бывает всякое. Впрочем, это теория, — сказал старик, — а на практике нас прокляла Хильда Вагнер.
 
— Шведка Хильда Вагнер из сервиса «Тойоты»? — уточнил Подопригора.
— Я так думаю. Просто больше некому.
Полковник поднял руки — эта гипотеза не лезла ни в какие ворота.
— Послушайте, уважаемый Гасан Рамизович. Для начала вспомните: Хильда Вагнер — молодая женщина!
— Не молодая женщина она, а шайтан в юбке, — спокойно возразил старик. — Джадды способна прикидываться кем угодно! Когда речь идет о жизни, она молода и красива. А когда доходит до смерти, Джадды всегда приходит в образе старухи с косой. Не только у нас, у всех народов это истинное обличье смерти.
Полковник ухватился за последнюю мысль:
— Значит, до смерти еще не дошло?
— Пока нет. Ведьмы никогда не ищут лишнего внимания, им не нужны случайные жертвы. Видимо, Хильду Вагнер полностью устраивал сложившийся образ жизни в «Тойоте» — хорошая зарплата, приличный офис, разъезды по миру. И не она первая напала! Когда турецкий бизнесмен ударил ее автомобилем, она затаила обиду. Ведьму задавить невозможно, для нее это нелепая угроза. Но рассердить — запросто. Она подлечила себя и волка, а для наказания виновного вызвала адвоката. Она хотела справедливого возмездия, а не смерти, поэтому решила наказать турецкого бизнесмена легальным способом. Только вот помощники бизнесмена не поняли всей серьезности, восприняли это как слабость… Обычное заблуждение восточных людей. И всё пошло, как пошло — наперекосяк.
— Про случаи лечения сглаза я слышал, — пробормотал полковник. — И не раз. Но не видел. А можно переговорить с вашей тещей?
— В ближайшее время вряд ли. Валиде-ханым плохо, — сдвинув седые кустистые брови, старик поднял взгляд. — И сразу предупреждаю: если вы желаете узнать свое будущее, то гаданием моя теща не занимается. Таких талантов у нас нет.
Полковник жестом открестился от желания приподнять завесу тайны, чтобы узнать будущее:
— Нет-нет. Религиозно настроенные люди утверждают, что нельзя заглядывать за грань возможного. Даже пытаться не стоит — вроде бы это грех.
Старик кивнул и продолжил предупреждать:
— А если вы насчет лечения… Тут тоже всё просто. В больницу Валида-ханым больше не пойдет, за кого бы вы ни попросили. Там же и ваши лежат, верно?
— Хм, — смутился полковник. Видимо, такие мысли были. — Почему не пойдет?
— Там всюду витают миазмы боли и страха. Больница переполнена, и концентрация негатива предельна. Теща сказала, что еще раз такого не выдержит.
— Понятно, — вздохнул полковник. — Пусть Валида-ханым выздоравливает, дай бог ей здоровья.
— Уже поправляется. Слава аллаху, жена знает, что делать в таких случаях, выхаживает мать. Как говорится, «Mann und Weib sind ein Leib».
— Муж и жена одна сатана? — кивнул полковник.
Старик прищурился с хитрецой:
— Вот-вот. А у меня жена и теща — одна сатана. Только это между нами, хорошо?
Полковник понимающе прищурился в ответ:
— Семейная тайна?
— Не в этом дело, — отмахнулся старик, — хотя и это тоже. Знаете, у нас в семье никогда не было пострадавших от сглаза — теща за порядком следит и своевременно принимает меры. А в этот раз она сказала, что Джадды нельзя винить. Она защищалась. И неважно, что кто-то стрелял, а кто-то всего лишь ругался — Джадды услышала. И ответила. Стрелявшие в нее умерли, остальные заболели. Ведьма в своем праве, мы сами виноваты.
— Хм, — крякнул полковник.
— Когда я прошу вас оставить это между нами, то не опасаюсь огласки. Я не боюсь пересудов и смешков за спиной. Переживу. Как говорит молодежь, «пофиг»?
— Так и говорит.
— Дело в том, что я беспокоюсь за тещу. Людей без совести и достоинства полно, начнут бегать за помощью. Скажут: она же может лечить, ей не трудно… Пусть лежа лечит. И как отказать? А у нас куча своих дел. Если вы помните, я бухгалтер клана, Валида-ханым мне помогает. У нее до сих пор острый ум и, несмотря на преклонный возраст, эйдетическая память. Гений финансовой аналитики! А бухгалтерские проводки без компьютера помнит. Одна беда — ноги плохо ходят. Ищем хорошего врача, только где его взять? Шарлатаны уже утомили.