Седьмой прыжок с кульбитом (СИ)

  
Седьмой прыжок с кульбитом
   
Предисловие
 
Уважаемые читатели! Возможно, в этом месте появится краткое содержание предыдущих книг. Как покадровое кино — в виде дефинитива из картинок. Первый прыжок, двойной прыжок, тройной прыжок… И так далее. Собственно, а почему нет? На западе комиксы рулят, значит и у нас всегда найдутся любители. В смысле желающие не читать, а ограничиться кратким диафильмом длинной истории. Сюда же можно включить мангу седьмой книги, чтоб наверняка. Но когда это произойдет, не знаю. Видимо, позже.
И если шестую книгу вы дочитали до конца, то там был анонс главы пятьдесят третьей — как начало седьмой книги. Вынужден повиниться: вкралась опечатка. Не может новая книга открываться с пятьдесят третьей главы. Это продолжение шестой книги. Прямо здесь.
Глава пятьдесят третья шестой книги, в которой пятьдесят три грамма виски не только полезно, но и мало
Жизнь бурлит, не дает скучать. Она полна сюрпризов и нежданчиков, что редко проходит бесследно. Вопрос «когда же это кончится?» считается настолько риторическим, что вызывает лишь смех окружающих. Правда, ровно до тех пор, пока самих весельчаков не коснется подножка фортуны.
К любым вывертам судьбы следует относиться с опаской, для меня это давно не откровение. И если бы валькирия не попала под автомобиль, вряд ли мы встретились с ней снова. Ну а раз такое случилось, то лечение продолжилось со всем тщанием. Ничего не поделаешь, лиха беда начало. А каково начало, таков и конец.
— Нет худы без добры, — припомнила дева тогда, блеснув знанием народных мудростей.
А кто спорит? Добра у меня полно, зато зла вечно не хватает. И если мыслить более широко, то у всего есть конец, только у сосиски их два. Жизнь состоит из нюансов, и знающие люди уверяют, будто северные женщины умерены в сексе. Якобы северянки белы, дебелы, скромны и спокойны. Начитавшись Альфреда Адлера, эти эксперты избегают бытового термина «равнодушное бревно», а выражаются более мудрено: «она невнимательна к мужчине через себя». Может быть.
Не буду возражать мудрецам, изрекающим свои личные представления о женском темпераменте и сексуальном поведении. Не настолько я силен в риторике на эту тему, чтобы навязывать свое мнение. Жизнь короткая штука, маловато личного опыта. Только если кто скажет, будто скандинавки холодны как лед, не верьте. И даже если кто-то не говорит, а только думает, пусть плюнет себе в лицо. В результате наблюдений у меня появился собственный опыт, то есть сложилось иное мнение о северных женщинах, их жизни и моем конце.
Смерть в бою — вещь почетная, викингам за храбрость респект и уважуха. Но разве я воин? Не мне о дерзости судить, невелика птица. Боевым прошлым похвастаться не могу, автомат видел на службе нечасто. Армейская военно-учетная специальность досталась мне чисто техническая — механик по электрооборудованию тяжелых транспортных самолетов. Службу закончил специалистом первого класса, только вряд ли это поставит меня в один ряд с викингами. Или таки да?
Что касается боевых действий валькирий с карликами, то известная формула британских ученых «стерпится — слюбится» показалась мне жестковатой. В бою еще удавалось держать себя в руках, терпел изо всех сил, но потом наступил упадок. Если бы во времена викингов существовала реанимация, то после сегодняшнего сеанса именно туда меня следовало отнести.
Уж я-то знаю, как это бывает: сначала энергичное дыхание с целью насытить мышцы кислородом, учащенное сердцебиение, порывистые движения… Затем тахикардия, эйфория, переоценка своих сил. А в конце битвы частота ударов сердца резко снижается. Недаром сказано, кто в начале прытко берет, тот к концу язык высунет.
Да, любви все возрасты покорны, и посторонним людям мог бы ответить уклончиво — конечно, покорны, но с трудом. В моем возрасте подобные экзерсисы мало желательны, поэтому проснулся с ощущением определенной усталости. Но если признать честно, то в результате прошедшей битвы с валькирией руки-ноги ломило, а брюшной пресс просто отваливался.
 
У спортсменов такое состояние наблюдается после напряженной тренировки, когда адепт нелегкой атлетики сильно перестарался. А я еще и полный вагон разгрузил, если судить по ощущениям. Спортивная медицина синдром отсроченной мышечной боли называет крепатурой, и рекомендует лечить правильным питанием. Впрочем, если натруженные мышцы ноют — это не смертельная боль. Мы, последователи викингов, иногда впадаем в боевое безумие берсерка. А так мы люди терпеливые и старательные, нам суждено нести свой крест до победы.
Спальное ложе пребывало в печальном состоянии, напоминая сексуальный ринг, весь измятый и скомканный. Простыня съехала, подушки разбросаны, а одеяло вообще валяется на полу. Сила, которая снова выжала меня досуха, напевала чего-то на кухне. И еще оттуда неслись ароматы выпечки, яичницы и жареной ветчины.
Что на Западе считается классикой? В Англии это овсянка, в Америке — яичница. Овсянка в Швеции, видимо, не прижилась, а вот глазунья, с ломтиками бекона и прожаренными сосисками, оказалась в самый раз. А если готовить с помидорами и луком, то получится вообще сказочное блюдо. Хочешь не хочешь, а захочешь.
Я собрался, взял себя в руки, и пополз на запах. Однако в гостиной натолкнулся на пристальный взгляд с прищуром — Дик косился в мою сторону, скаля зубы. Явно недружественный жест, произведенный хоть и с опаской, но имеющий под собой некоторые основания. Вышло так, что совсем недавно хозяйка собачки стонала и вскрикивала за этой дверью, куда входить ему строго-настрого запретили.
Вильнув ответным взглядом, я просочился мимо. Овчарку понять можно, все участники романа еще не успели привыкнуть друг к другу. Ни цветочно-карамельного периода не было, ни походов в кино. Даже вздохов под луной не случилось! Как-то сумбурно все вышло. Переглянулись, улыбнулись, и без раскачки приступили к интенсивной терапии.
Теплый душ придал мне сил. С независимым видом я двинулся на кухню, полностью игнорируя собачью враждебность.
— О, привет! А я собиралась тебя будить. Будешь кушать? — радостно воскликнула валькирия, мимоходом целуя в щеку. — Яичница немножко готова.
Летая по кухне, Хильда цвела и пахла, глаз не оторвать. От такой красоты оживают сухие цветы! Есть еще женщины в шведских селениях… Порох в пороховницах тоже оказался. А более удивительной выглядела аура девы — и без того цельная, казалось бы дальше некуда, сейчас она налилась густым алым цветом. Это цвет активной жизни, войны и сексуальности. Таким людям угрозы не страшны, они готовы к вызовам. Если бы требовались доноры здоровья, эта дева могла стать первой.
Наблюдая за тем, как я сметаю угощенье, Хильда смущенно улыбнулась:
— Погуляешь с Диком немножко? А я тем временем пай допеку.
— Что есть пай? — прошамкал я.
— Это такой большой пирожок с лососем, луком и яйцом, — охотно пояснила она, с рыбацким размахом показывая размер пирожка. — Тесто здесь хитрое, на кефире. В Новгороде это зовется кулебякой, а в Гетеборге рыбный пирог величают «пай».
— То есть шведы заворачивают лосося целиком?
— Нет, — улыбнулась она. — Рыбу разделывают и кости удаляют. Это же пирожок, а не походная запеканка! Так что, погуляешь с собачкой?
— А почему нет, — прожевал я последний кусочек ветчины. — И рыбник уважаю, и Дика выгуляю. Только собачке объясни, что я не агрессор.
— А кто?
— Друг, товарищ и брат. И пусть не смотрит на меня волком!
Объяснение на немецко-шведском диалекте последовало незамедлительно. При этом пес жал уши и недоверчиво поглядывал в мою сторону. В завершение инструктажа мне вручили пристегнутый поводок.
У елочно-тополиной рощицы, куда целенаправленно тянул Дик, наблюдалось странное оживление в виде людей и машин. Уже известный «мерс» оказался не одинок на обочине жизни. Позади него пристроилась целая автоколонна: мрачно тонированный «ренджровер», белый микроавтобус с надписью «лаборатория» и полицейский бобик.