Одержимая (СИ)

Сторговавшись до одного процента, разошлись. Вернее, кузнец и гончар ушли, а мне никуда уходить не надо. Кажется, все остались довольны встречей. Я уж точно.
  
32. Бажена. Прогулка до реки
 
Сидеть и спокойно ждать торжков я конечно же не собиралась. Первым делом взялась чертить набор ножей, раз уж о них зашла речь. Запоздало вспомнила, что не спросила у кузнеца графит для карандашей. Но в случае с ножами обойдусь и пером. В конце концов, как их делать, тут прекрасно знают. Моё же дело запросить дизайнерскую форму, эргономичную ручку и размеры под разные задачи. Как говорится: без проекта нет объекта. Значит задание для кузнеца я должна обрисовать четко и во всех подробностях во избежание разногласий.
Трудности начались с первого же рисунка. Привычных мне мер длины тут не знали. Анчутка подсказал, что измеряют тут все в локтях и ладонях. Вещи покрупнее — в саженях. Я представила свою ладонь и ладонь кузнеца. С таким обозначением размеров мы точно к общему знаменателю не придем. Если нож для чистки овощей длиной в пол ладони кузнеца или моей значения не имеет, то в будущем для более сложных измерений такая система не пройдет. Решила рисовать ножи в натуральную величину. А на краю листа начертила линейку — так сказать, для будущих свершений. Ну и пусть, нет никаких гарантий, что она совпадает с линейками моего мира. Главное же, чтоб мы — я и люди, что будут воплощать в жизнь мои идеи — понимали, чего я хочу.
Пока рисовала следующее задание для кузнеца, думала о Велизаре. Даже так, отсутствуя, он мне очень помог. Одно то, что я могу использовать его имя для устрашения неверных, было очень кстати. Снова задумалась о том, чем бы могла его отблагодарить.
Суп-лапша уже был. У нас в мире для задабривания мужчин особенно рекомендовали котлеты и борщ. Для котлет у меня не было мясорубки — сделала пометку, что надо начертить этот во всех смыслах полезный агрегат. Благо, что её устройство знакомо мне еще с детства. Для борща не было картошки. Картошка была в Америке у индейцев. Хотела было накидать примерную карту расположения этих далеких мест, но остановила себя — ничего о географии этого мира я еще не знала. Где гарантия, что он не отличается от нашего? Куда быстрее сварить суп без этого заморского овоща.
Вернулась к ножам, заодно рядом нарисовала вилку. Ну а вдруг их тоже еще нет? Так хоть Тихослав знать будет, что мне надо. Едва закончила свой шедевр, вернулся Велизар. Он снова весь день пропадал в городе. Сказала бы, что от меня прятался, но мы вроде в последние дни ладили.
Вот и сейчас он подошёл ко мне и вдруг сказал:
— Пойдем. Свожу тебя к реке или в лес по грибы.
С его хмурым видом «в лес по грибы» звучало устрашающе. К тому же время шло к вечеру. Но я-то уже знала, что внутри Велизар очень даже мягкий и пушистый. А хмурый вид, наверное, держал для устрашения нечисти.
Смена обстановки была очень даже кстати. Если повезет, увижу наконец, как правильно в реке стирать одежду. Да и просто осмотреться не помешает. Не вечно же мне взаперти сидеть!
Ехать до леса Велизар предлагал на коне. В голову закралась мысль, что он решил меня вернуть в Березняки, откуда Бажена родом. А вдруг Тихослав ему на меня наябедничал? От кузнеца такого ожидать я могла. А от Велизара — нет. Поэтому смело протянула ему руку и позволила усадить себя в седло. Велизар сел, как и в прошлый раз, позади меня. И мы отправились в путь.
В прошлый и единственный раз я полдня просидела в седле с Велизаром. Но сейчас было всё по-другому. Нет, было так же неудобно, и казалось, что я вот-вот свалюсь вниз. Но появились и другие детали, которых тогда я совсем не замечала.
Например, ощущала спиной тепло его тела. Слышала над ухом тихое дыхание. Руки, которыми он обхватил меня с обеих сторон и держал поводья, казались теперь слишком близкими. А от голоса, которым он время от времени давал команды коню, по спине пробегали мурашки. Внезапно поняла, зачем он в тот раз просил сидеть смирно.
 
Чтобы отвлечься от этих мыслей, старательно осматривалась вокруг. Увидела и реку, огибавшую город. Она петляла среди полей и терялась за густым лесом. Пожалуй, ходить со стиркой до неё было далековато. Мне бы не понравилось. В полях паслись коровы и овцы. Дорожка, по которой резво бежал конь Велизара, вела к далёкому лесу. А я всё не могла не думать, о прижимавшемся ко мне ведьмаке.
  
32. Бажена. Прогулка до реки — 2
 
Когда Велизар остановился у лесочка, с облегчением выдохнула. Конечно, с ведьмаком мы уже почти сроднились — как никак столько живем вместе. Но к резким переменам в наших с ним отношениях я была не готова. Вернее, не была готова к тому, что его близость так скоро начнет меня волновать.
На моё счастье, Велизар об этом совсем не думал. Он помог мне спуститься на землю и первым пошел вглубь леса. Я поспешила за ним — оставаться рядом с огромным богатырским конём казалось опасным. Хотя самого коня гораздо больше, чем я, интересовала свежая травка под ногами.
Как приличный житель мегаполиса, о грибах я знала крайне мало. Но внезапно попавшийся под ногами белый гриб узнала сразу. Лес был нехоженый — жители города, видимо, редко бывали здесь. Грибов было много. Попадались и подберезовики, и благородные белые. Большие и совсем маленькие, еще даже как следует не расправившие по сторонам шляпки. Я срывала их и бросала в корзинку, которую нёс в руках Велизар. Вскоре так поддалась древнему азарту грибника, что не замечала ничего вокруг. И конечно вляпалась лицом в паутину.
Паутина… А значит на ней мог быть паук, который сидит сейчас где-то на мне.
Я взвизгнула и стала руками смахивать с себя и паутину, и её хозяина. Отскочила назад, повернулась и увидела перед собой еще одну тонкую липкую сеть.
— Ты чего? — тут же подошёл ко мне Велизар.
— Пауков боюсь, — призналась я.
— Сельская девка, а сама будто боярыня, — проворчал Велизар.
Но дальше шёл рядом и каждый раз, когда перед нами оказывалась новая растянутая между деревьями паутина, смахивал её. Конечно, Велизар уже защищал меня и от страшного воображаемого колдуна, и от невзлюбившего с первой же встречи Ярополка, даже от нежеланной свадьбы уберег, но такая мелочь, казалось, была намного значительнее всех этих дел. Я смущенно улыбнулась и опустила взгляд к земле. Правы были и Анчутка, и тётка Агафья — за такого человека, как Велизар, стоит держаться.
Вскоре грибов набралась полная корзинка. Велизар закрепил на ней плетеную крышку и прицепил к седлу. И, кажется, засобирался домой. День еще не закончился, хотя солнце склонилось к западу. Потому я напомнила:
— Ты еще реку обещал показать.
Велизар посмотрел на меня и, как обычно, ничего не ответил, но пошёл вдоль леса в сторону, где должен быть обещанный водоём.
— Далеко ли река? — спросила я. Молчание становилось некомфортным. Я уже привыкла, что Велизар немногословен, но сама молчать не могла.
— В двух верстах, — как обычного коротко ответил мой спутник и снова замолчал.
Попыталась перевести местную меру длины в метры, но чему точно равна верста так и не вспомнила. Ладно, если Велизар предложил идти пешком, значит не так уж далеко. Вскоре и правда показался край излучины реки. Берег здесь оказался высоким и обрывистым. Мы подошли к спускавшейся к самой реке лощине. Велизар снова оставил коня ждать нас на самом краю заросшей тонкими березками низины и стал спускаться вниз.
— Не убежит конь твой? — спросила я и оглянулась. Конь снова послушно жевал травку и никуда уходить не собирался.
— Приучен он ждать, пока я с работой своей управлюсь, — ответил Велизар.
— А как зовут его? — уточнила на всякий случай. А то я всё конь да конь.
— Буран.
— Можно я буду звать его Бурушкой? — я улыбнулась, вспомнила известный мультик*.
Велизар только посмотрел на меня, но ничего не сказал. Решила, что можно.
Возле самой реки воздух был свежим и влажным. Захотелось окунуться в прохладной воде. Останавливало меня, естественно, отсутствие хоть каких-то купальных принадлежностей. И берег здесь был илистым и заросшим высокой жесткой травой. Пробираться к воде по такому не очень приятно.