Хоб (ЛП)

— Не уверена, что сумею адекватно ответить. Почему ты так спокойно обсуждаешь со мной другого мужчину?
— Просто скажи. Даю слово, что не буду осуждать тебя, — Робин затаил дыхание, гадая, каким будет ее ответ.
— Ты решишь, что я сошла с ума, — настороженность вернулась, как и страх.
— Нет, клянусь, — Робин без сомнения сумел бы развеять ее страхи. Он наклонился, коснувшись губами ее уст. — Робин Гудфеллоу так же реален, как и ты.
— Ты насмехаешься надо мной, но я это заслужила, — прошептала она, подняв голову и безмолвно умоляя о поцелуе.
— Ты хотела его.
Михаэла отстранилась. Ее глаза расширились, сверкая от слез, которые собирались скатиться по внезапно побледневшим щекам.
— Я…
— Шшш. Я не сержусь, — Робин убрал более низкие тона, которые использовал в личине Ринго, позволив проявиться своему истинному голосу. Его глаза мгновенно превратились из карих в голубые. — Я тоже захотел тебя с первого взгляда.
Она сглотнула и облизнула губы.
— Что происходит?
Страх начал вытеснять настороженность. Еще одна эмоция, которая никогда не должна была овладевать его парой. Хоб улыбнулся, обнажив клыки, а его глаза вспыхнули радужно-зеленым светом.
— Думаю, ты все поняла.
Михаэла издала самый очаровательный звук, что-то среднее между писком и иканием, который Робин когда-либо слышал. Она коснулась его клыка дрожащим пальцем и заскулила, когда поняла, что он был настоящим.
— Кто ты?
Робин продолжил изменяться, потеряв два дюйма роста и несколько фунтов. Теперь Михаэла находилась не так близко, как ему хотелось бы. Хоб притянул ее ближе и, черт возьми, чуть не застонал при виде своих волос, струящихся по рукам и кистям Михаэлы. Идеально, наконец он обнимал свою пару в истинном обличье.
— О… Мой… Бог, — она дрожала как осиновый лист. Ее руки зависли над его кожей, словно она умирала от желания прикоснуться, но боялась.
Он взял ладони девушки и поцеловал каждое запястье, наслаждаясь ароматом ее кожи, который проникал в его душу и становился ее частью. Робин посмотрел на нее сквозь ресницы, ухмыляясь в ответ на ее изумленный взгляд.
— Ну, как видишь, я Робин Гудфеллоу. А ты, моя дорогая, принадлежишь мне.
Глава 17
Ох, слава богу, с ее головой все в порядке. Михаэла прижалась к мужчине, уткнувшись лицом в его шею. Он крепко обнял ее в ответ, окружив теплом
— Господи. Это действительно ты. Я думала, что схожу с ума.
— Извини, — Хоб нежно поцеловал ее в макушку.
— Я мечтала о тебе.
— Знаю.
Она шлепнула его по груди.
— Где, черт возьми, ты был?
Он рассмеялся.
— Спасал мир, конечно.
— Хм, — Михаэле хотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что она не спит. Вполне вероятно, она просто задремала в автобусе и сейчас прижималась к какому-то бедняге, который пытался добраться до работы.
— Прости. Я и не подозревал, что опаздываю.
Она шмыгнула носом, надеясь, что он не чувствовал ее дрожь.
— Главное, чтобы это не переросло в привычку.
Робин рассмеялся и стал развязывать пояс на ее халате.
— Обещаю. Ведь я не хочу быть одним из тысяч, которые живут в страхе перед твоими могучими смертоносными кулаками.
— Ха, ты помнишь, — значит, она действительно имела дело с гребаным Робин Гудфеллоу. — Подожди-ка. Почему ты притворялся Ринго?
Он засунул ладонь в ее декольте и обхватил обнаженную грудь.
— Я же объяснял. Работа, — его голос звучал рассеянно, а взгляд был прикован к прорехе, в которой исчезла его рука. Легкое движение запястья и материал разошелся, оголив одну грудь, но все еще прикрывая вторую.
Михаэла ущипнула его через шелковую рубашку так сильно, как только могла.
— Ой! — Робин потрясенно уставился на нее. — Зачем щипаться?
— Потому что я хочу твоего безраздельного внимания.
Робин выгнул бровь.
— Оно было у тебя.
Она указала на свое лицо.
— Да, но мои глаза — вот здесь.
Он посмотрел ей в глаза и снова обхватил ладонью ее грудь.
— Как я уже говорил, все мое внимание приковано к тебе.
Михаэла фыркнула, заставив Хоба беззвучно рассмеяться.
 
— Мужчины. Все одинаковые, независимо от вида, — ее глаза расширились, когда голову девушки посетила внезапная мысль. — Робин? А сколько существует различных видов?
Он закрыл глаза. Его плечи затряслись от смеха.
Михаэла опять поменяла тему, но если она хотела услышать ответа, то ей стоило поторопиться.
— Робин?
Хоб мило улыбнулся и провел когтем по ее соску.
— Что на самом деле ты хочешь знать?
«Так ли велик монстр, упирающийся в мое бедро?»
Похоже у кого-то по прозвищу Пэк в штанах находилась хоккейная клюшка.
— Над чем ты работаешь? И как в этом замешаны Джейден, Рэйвен и тот жуткий парень?
— МакНил и пальцем тебя не тронет.
— Ой! — она ударила его по запястью, заставляя ослабить хватку, затем потерла грудь и пристально посмотрела на Хоба. — Отлично. Я точно не сплю.
Робин наклонил голову.
— Ты думала, что спишь?
Михаэла пожала плечами. Что он ожидал услышать?
— Такая мысль приходила ко мне в голову, — она провела пальцами по его ногтям, которые сейчас были необычной длины. Черные и смертоносные, загибающиеся от кончиков пальцев. — Мне нравится маникюр.
Он покачал головой.
— Ты тянешь время.
— Да ну? — она невинно захлопала ресницами.
— Пытаешься выиграть время.
Она подняла ноги и пошевелила пальчиками ног.
— Просто чуть устала.
— Михаэла.
— Что ты хочешь услышать? — она опустила ноги. — Мужчина из грез обнимает меня и ласкает мою грудь после утомительной смены, — девушка фыркнула. — Так почему я тяну время?
— Без понятия.
— Потому что хочу получить внятное объяснение, зачем Робин Гудфеллоу явился на человеческий бал в честь фей. Ну, кроме очевидных причин.
— Что ты подразумеваешь под очевидными причинами? — он снова начал гладить грудь Михаэлы, не отрывая взгляд от ее лица.
— Поиздеваться над идиотами, притворяющимися тобой.
— Я отказался от подобного столетия назад. Стало скучно. Есть столько всего, ах, черт возьми, чем я занимался, что в итоге привело к унынию и тоске, — Робин рассмеялся, увидев ее полный ужаса взгляд. — От обычного секса я не устал, моя дорогая, — он уложил ее на диван, прильнув к девушке всем телом, а затем полностью распахнул ее халат, открывая обнаженную плоть своему голодному взгляду. Михаэла вздрогнула, когда глаза Робина буквально засияли. — Хочешь, я докажу, что секс мне не наскучил?
Она открыла рот, чтобы ответить, но вместо этого лишь ахнула. Робин завладел ее губами, как герой-победитель с полным осознанием своих прав.
И он был прав. Она принадлежала ему. И если все происходило в реальности, если у нее действительно был шанс создать с Робином пару, то она не собиралась сопротивляться.
Михаэла мечтала о нем, и вот он здесь, занимается с ней любовью.
Робин нежно пробежался ладонью по ее бедрам. Когти были холодными на фоне ее разгоряченной плоти. Раздвинув влажные губы киски, он стиснул между пальцами клитор.
Девушка снова ударила его.
— Эй! — Хоб сел, глядя на нее горящими зелеными глазами.
— Когти, — она указала на свою киску. — Деликатнее, пожалуйста, — Михаэла погрозила ему пальчиком. — Либо останешься без шоколада и арахисового масла.
Он закрыл глаза, не зная, то ли рассмеяться, то ли разозлиться. Однако, он все же убрал когти, тем самым осчастливив Михаэлу.
Робин снова наклонился и поцеловал ее.
— Итак. На чем мы остановились?
Михаэла выгнула спину и застонала ему в рот, желая ощутить удовольствие, которое испытывала только во снах.
— Да. Извивайся, — Робин прикусил мочку ее уха и оставил дорожку из поцелуев на шее, добравшись до плеча. — Танцуй для меня, дорогая.
Хоб прикусил ее кожу, а затем начал посасывать отметину… и Михаэла принялась танцевать. Она извивалась от каждого прикосновения и ласки. Ее грудь терлась о шелковистую ткань его рубашки. Тот факт, что Хоб все еще был полностью одет, сильно возбуждал Михаэлу. Острые клыки чуть не прокусили ее кожу, добавляя оттенок опасности в их страсть.