По следам преступлений

Спекуляция заграничными вещами давала неплохой доход, но чем дальше, тем Степанянца она меньше устраивала. К тому же многих знакомых фарцовщиков арестовали. А зря рисковать Степанянц не хотел. Валюта — вот что засветило на его горизонте. Даже громкие процессы по делам охотников за золотым тельцом не пугали его. В судебных отчетах, которые публиковались по делу Рокотова и других, он жадно читал только одно: тысячи рублей, килограммы золота в слитках, в монетах, драгоценные камни.
Он стал искать встречи с иностранцами. Не с каждым. А только с тем, кто хотел заработать на валюте. Помогла знакомая девчонка Люся, с которой он когда-то дружил. Теперь она порхала как мотылек от одного иностранца к другому. Как раз подходящая фигура, чтобы нащупать нужные связи. Но она опередила: сама предложила купить у иностранца радиокомбайн. Степанянц вначале выяснил у знакомого продавца комиссионного магазина примерную стоимость стереофонического радиокомбайна, сообразил, что сделка может принести не меньший доход, чем спекуляция, валютой. И — согласился.
Дело в том, что в те годы наша промышленность еще не освоила выпуск радиокомбайнов. Степанянц выскреб все свои сбережения, а через три дня перепродал радиокомбайн любителю заграничной радиотехники. Солидные комиссионные, положенные в карман, возбудили у Степанянца волчий аппетит и одновременно сделали его осторожным. Деньги предприимчивый делец пустил в оборот. Он купил в комиссионном магазине «студебеккер», подержанную, но внешне еще шикарную автомашину. Теперь в «торговых кругах» он выглядел преуспевающим бизнесменом. Ему казалось также, что та жизнь, с обложек иллюстрированных журналов, сама слетает к нему на крыльях, обклеенных банковскими билетами.
Когда он проезжал в своем «студебеккере» с прижавшейся к его плечу красивой Люсей, многие оборачивались вслед, завидовали. Он был в этом уверен на сто процентов. Но машина представляла и большие удобства для всей его теперешней деятельности. Степанянц понимал, что чем меньше его видят с иностранцами, тем больше шансов уцелеть. О всех сделках он договаривался с Рашидом на станциях метро. Короткая мимолетная встреча, несколько слов — и все. Иногда это телефонный разговор. Он назначал цену и место встречи.
В условленное время к его автомашине подъезжало такси, контейнер перегружал сам Рашид с помощью шофера или появившегося у него помощника, небольшого Щуплого парня. Степанянц, в неизменных черных очках, молча передавал пакет с деньгами и немедленно уезжал. Покупателей он старался найти в других городах. Росли накладные расходы, но на бизнесе это почти не отражалось. Каждая удачная сделка (а они все были удачными) приносила ему весьма солидный куш.
Через Абделя Рашида Степанянц познакомился с другими иностранцами, у которых также стал скупать портативные магнитофоны, радиоприемники, японские транзисторы и другую иностранную аппаратуру.
Чтобы не утруждать себя поисками покупателей, он познакомился с мелким спекулянтом Петром Седых. Тот по его поручениям перепродавал магнитофоны, радиокомбайны и радиоприемники.
Наконец Рашид намекнул ему и о валюте, о золотых долларах. Степанянц только этого и ждал. Покупателей стал подбирать сам. Автандил Гогия собирался отправиться в туристский вояж за границу. Степанянц навел о нем справки. Человек верный, ищет валюту.
При встрече у метро «Парк культуры и отдыха» Рашид вручил Степанянцу пятьсот долларов, в обмен получил рубли. А вечером того же дня произошла вторая встреча — только на этот раз Степанянц встретился с Автандилом Гогия.
Доллары Рашида перекочевали в карман Автандила, а он уплатил Степанянцу в полтора раза больше.
Вскоре Степанянц получил заказ от другого охотника за иностранной валютой — работника потребкооперации Асатура Хачатуряна. Хачатурян даже согласился дать земляку крупный задаток.
— Для верности.
Хачатурян за границу выезжать не собирался и поэтому попросил достать для него золотые монеты. Эти монеты как раз оказались у старого знакомого — Абделя Рашида. Короткий телефонный разговор, и вот в один из майских вечеров Степанянц при встрече с ним на Бородинском мосту передал Рашиду советские деньги, а взамен получил золотые английские фунты (тогда они еще были в цене).
 
Золотые монеты были вручены Хачатуряну. Доход Степанянца только от этой сделки — триста рублей.
Еще дважды встречался Степанянц с Абделем Рашидом для того, чтобы приобрести у него новые партии золотых монет и перепродать их Хачатуряну. Скромный заготовитель потребкооперации спешил перевести «заработанные» при заготовке шерсти рубли в золото. В результате он заполучил около четырехсот золотых монет.
Спекуляция валютой приносила Степанянцу все более и более крупные доходы. На последней операции он положил себе в карман ни много ни мало — девятьсот рублей.
О масштабах бурной деятельности, которую развил Степанянц за эти годы, занимаясь спекуляцией валютных ценностей, красноречиво говорят цифры: он уплатил за валюту и золотые монеты различного достоинства и чеканок свыше ста двадцати тысяч рублей, получив, в свою очередь, от реализации несколько тысяч рублей дохода.
Матерый спекулянт, как водится, ищет только таких покупателей, которые в случае чего будут молчать как рыбы — ведь он хорошо платит им. Трое мелких дельцов такого типа, покупавших у Степанянца валюту, арестованы. Но это его не останавливает: его-то не трогают. Значит, они молчат. Только однажды он почувствовал себя неуютно. Позвонила жена Седых:
— Следователь описал радиокомбайн «Грюндиг».
Степанянц немедленно воспользовался этой оплошностью и тут же увез контейнер, посоветовав мадам Седых свалить все на незнакомых иностранцев.
Больше семидесяти тысяч составил в общей сложности доход Степанянца. Новенькую автомашину «Волга» он купил и отправил в подарок отцу.
Но ему было мало.
С каждой сделкой росла кубышка, которую он хранил в своем доме, а вместе с ней росли его жадность и страх лишиться всего нажитого.
О том, что придется отвечать за свою преступную деятельность, он не задумывался, а если иногда и приходили к нему на ум такие мысли, торопился отогнать их. На всякий случай у одного из своих поставщиков-иностранцев купил пистолет и сто патронов к нему. Зачем?
«Авось пригодится».
Лишившись своих помощников, он сам отправился на поиски покупателя и нашел его в Баку. Крупный расхититель государственной собственности, некто Михаил Гросберг, встретился с не менее крупным валютчиком Гургеном Степанянцем, и они довольно быстро нашли общий язык. Уже вечером Степанянц вылетел в Москву. Договаривавшиеся стороны пришли к соглашению. Гросберг покупал сразу пятьсот золотых монет. Все, что имелось у Рашида.
…Старого знакомого и неизменного клиента Абделя Рашида Гурген Степанянц увидел издалека. Как обычно, он шел навстречу не торопясь, незаметно оглядываясь, не следит ли кто. Оба остановились у витрины магазина на Кутузовском проспекте, где заранее договорились встретиться. Закурили.
— Принес, ага Рашид? — Степанянц поднес торговому партнеру зажженную спичку.
— Все пятьсот монет со мной. Сколько платишь?
— Как договорились. По шесть рублей тридцать копеек за монету. Деньги в пакете, держи…
— Обождите, Степанянц, — раздался за его спиной голос, заставивший его вздрогнуть. Он резко повернулся. Рядом стояли двое в штатском. Один из них молча показал удостоверение сотрудника КГБ, другой открыл дверцу тотчас подкатившей «Волги».
Скромный техник-смотритель жилищно-эксплуатационной конторы шагнул в автомашину. На этот раз в чужую. Сделка не состоялась…
На допросе Степанянц пытался извернуться. После того как его схватили на месте преступления с поличным, отрицать договоренность с Рашидом было глупо. Он понимал это. Последовало неожиданное заявление:
— Видите ли, я вовсе и не собирался приобретать монеты. Я пришел на встречу с Рашидом с одним-единственным намерением: помочь органам госбезопасности пресечь преступную деятельность этой банды валютчиков.