Ненавидь меня (ЛП)

"Только подумай, как хорошо я сделаю это для тебя…", — он осекается, как будто не слышит меня, хотя нет никаких звуков, кроме нашего дыхания, далекого тумана и этого чертова непрекращающегося жужжания. Он тянет игрушку вниз, к внутренней стороне моего бедра, проводит ею по чувствительной коже, но так и не поднимается до конца. "Так хорошо, что ты возненавидишь себя за то, как сильно тебе это нравится".
"Единственный, кого я сейчас ненавижу, это ты". Пользуясь случаем, пока он смотрит вниз, я использую свою ограниченную подвижность и бью его головой в лицо.
"Черт побери", — рычит он, проверяя тыльной стороной ладони наличие крови. К счастью, кровь из носа не идет. "Я пытался быть милым".
"Надеюсь, он сломан, кусок дерьма", — прошипела я, не обращая внимания на пульсацию в голове от удара.
"Хочешь поиграть в грязную игру? Тогда давай поиграем". Его глаза, темные и недосягаемые, впиваются в меня, проталкивая жужжащую игрушку в мои трусики.
"Нет, нет. Финн, пожалуйста, не надо".
Я пытаюсь ударить его коленом в пах, но он хватает меня за ногу и беззлобно смеется. Я пытаюсь вывернуть икру из его хватки, но бесполезно, он просто отводит мое колено в сторону и смотрит вниз на мое голое бедро, как будто собирается укусить его. На секунду мне кажется, что так оно и есть.
Он сжимает меня, обхватывая мою ногу вокруг своего бедра, так что я вынуждена обнять его. Я пытаюсь отодвинуться, но он держит меня крепко. Его губы почти касаются моих, когда он говорит: "Ты знаешь, как сделать так, чтобы это прекратилось".
А потом он оказывается у меня между ног, прижимает вибратор к моему половому органу, и наслаждение становится мгновенным и ослепительным.
Мне хочется кричать от восторга, когда мое тело так бурно реагирует на игрушку, на веревки, на него. Но я не хочу отдаваться ему. Только не так. Поэтому я прикусываю язык и зажмуриваю глаза, стараясь отгородиться от чувств и не издать ни звука.
Я не понимаю, что плачу, пока он не вытирает большим пальцем слезу с моей щеки, а затем проводит им по моим задыхающимся губам.
Я ненавижу его. Я ненавижу его. Я ненавижу его. Я хочу его. Он мне нужен.
Он злобно ухмыляется, затем возвращается к моей попе и снова хлещет меня по горящим щекам лопаткой, при этом игрушка все еще вибрирует на моем клиторе в трусиках.
"О, Да…" Я сдерживаю стон, и мне становится все труднее и труднее сдерживать свои крики. Еще один удар лопаткой, и смесь удовольствия и боли заставляет меня быстро и сильно скакать к кульминации. Мне противны звуки, которые я издаю так свободно, но против своей воли. Я прикусываю губу, стараясь не выдать себя.
Он снова ударяет меня, и жгучее жало проникает в самое сердце, затем он обхватывает мою талию и прижимается к моему животу, его пальцы движутся все ниже и ниже, пока он снова не нажимает на игрушку. Я вздрагиваю от боли. "Вот так. Кончи для меня, принцесса. Скажи мне, как это больно".
"Пошел ты, Финн", — пыхчу я, пытаясь перевести дыхание, когда мой оргазм стихает, но с трудом, вибратор все еще пульсирует на моем набухшем клиторе.
"Ты можешь прекратить это в любой момент", — дразнит он.
Он продолжает ритм шлепков, затем сильнее прижимает вибратор ко мне, снова и снова, пока я не задыхаюсь от очередного оргазма. Я все еще так чувствительна, что не получила никакой передышки после предыдущего, и непроизвольно стону.
"Посмотри на себя, такая отчаянная маленькая игрушка". Он ласкает боковую поверхность моего бедра, и я понимаю, что подалась тазом вперед, ища облегчения, которое мне так не нужно. Затем, прежде чем я успеваю понять, что происходит, он отрывает игрушку и сжимает мое горло в своей руке. Я ощущаю тоску от того, что ощущения ушли, и желание их вернуть, но также и радостное облегчение от того, что все закончилось.
"Что. Ты. Ты. Планируешь?" Он крепко сжимает мою шею, с каждым словом сдавливая горло, и из-за ограничения кровотока голова почти мгновенно начинает плыть.
 
"Иди к черту", — прохрипела я.
Он возмущенно хмыкает и отпускает мою шею, а черные точки в глазах рассеиваются. "Я собираюсь сломать тебя".
И тут пытка — потому что это и есть пытка — начинается снова. Она чередует удары и игры с игрушками, пока каждый мускул моего тела не напрягается до боли, каждый сантиметр кожи не начинает гореть, а все мысли в голове поглощаются яростным желанием.
" Ты близко, принцесса? Я знаю, что да". Он снова вводит игрушку, и все мое тело дергается от прикосновения. Он проводит лопаткой по задней поверхности моих бедер и по коленям. "Твои ноги дрожат. На самом деле, все твое тело дрожит". Он прав, конечно, мои колени дрожат, и я бы рухнула, если бы не веревки, удерживающие меня.
Я тяжело вдыхаю, когда он отводит мои бедра назад, поднимает меня на цыпочки и скользит рукой по задней части моих трусиков. Я шиплю, когда его пальцы скользят по изгибу моей задницы и проникают между ног. Я пытаюсь вырваться из его рук, но он только крепче прижимает меня к себе.
"Не трогай меня там, Финн. Если ты это сделаешь, я возненавижу тебя навсегда".
"Ммм…", — стонет он, и я слышу, как он теребит мою киску. "Ты была бы намного убедительнее, если бы не была такой чертовски мокрой".
Он поднимает мои бедра еще выше и прижимает два пальца к моему входу. "Финн…" В горле пересохло и охрипло, и даже я не могу отрицать, что это звучит как мольба, а не предупреждение.
"Тише, Эф". Он вводит свои пальцы глубоко в мою горячую, жаждущую пизду. "И прими это, блядь". Он вводит и выводит их из меня, мое тело напрягается по мере того, как нарастает очередной божественный оргазм, вибратор заставляет мой клитор пульсировать, пока я не окажусь на грани.
"О Боже, о Боже, черт, Фи…" Он упирается в мою точку G, и я обрываю себя, отказываясь произносить его имя хоть с малой долей удовольствия. Другой рукой он обхватил мое горло. Я чувствую, как его пальцы сжимают горло, пока я не теряю сознание. Крик застревает у меня в горле, блаженство начинает расцветать во всех нужных местах — но тут он замедляет свои движения, так мучительно медленно втягивая и вытягивая пальцы.
Я хнычу, обезумев от этой светящейся потребности. "Не останавливайся, не останавливайся".
Он сухо хихикает за моей спиной: "Ты хочешь сказать? Не надо. Остановись. Или моя игрушка умоляет меня не останавливаться?"
"Будь ты проклят, Финн", — всхлипываю я. "Пожалуйста. Пожалуйста, не останавливайся, мать твою". Я чувствую, что ломаюсь, как трещина в ледяном озере. Хрупкая. Холодная. Необратимая.
Он снова начинает водить пальцами все быстрее и сильнее. "Тогда скажи мне то, что я хочу знать".
"Нет…"
"Я не блефую, Эффи. Я буду дразнить тебя до тех пор, пока ты не превратишься в сплошное месиво, а потом я оставлю тебя. Связанной. Одинокой. Желающей".
Я едва могу сосредоточиться на его словах, когда мое тело содрогается от желания освободиться, а он играет на моем теле, как на хорошо отрепетированном инструменте.
"Я знаю, как отчаянно ты хочешь кончить. Я чувствую, как твоя пизда душит мои пальцы. И я могу дать тебе это. Я дам тебе это, если ты только скажешь мне, что ты собираешься делать". Пальцы моих ног, едва касаясь пола, подгибаются, и острая боль пронзает сердцевину. "Что ты будешь делать, Эффи? Ты останешься мокрой и нуждающейся или будешь мочить мои пальцы, пока я заставляю тебя кончить?"
Мое дыхание торопливо втягивается и вырывается из легких, моя хватка за реальность ускользает, мой разум затуманивается. Я даже не могу найти слов для ответа.
"Что…" Шлепок. "Будет…" Он снова взмахнул лопаткой. "Это…" Черт, как хорошо жжет. "Будет?" Следующий удар посылает толчок удовольствия к моему клитору; я кричу.