Председатель 3 (СИ)
— Ну, не то что бы... — попыталась объяснить она, — нам сказали, что наш ремонт внесли в план для калужского строительного треста. Но срок, к которому они должны закончить, довольно далеко. Это вопрос даже не года... а помощь нам нужна уже сейчас. Я звонила несколько раз и спрашивала, когда они приедут, но мне всегда отвечали расплывчато и уверяли, что успеют вовремя. Но мы уже не можем ждать, — она вздохнула, — у нас и без того нехватка рабочих рук, и фондов выделяют мало, — так что крутимся как можем, стараясь продержаться до ремонта, чтобы тут совсем всё не развалилось.
Я кивнул и задумался. До меня сразу дошло что к чему. Строительный трест, конечно, тоже руководствовался своей выгодой, продвигая в том числе проекты нашего колхоза ближе в очереди. Какой им толк от ремонта детского сада? А вот дружба с богатым колхозом, которым мы постепенно становимся, уже другое дело. И жаловаться на наше плотное сотрудничество я уж никак не мог. Тем более, мне не хотелось навязывать Кольцову своё видение того, как быстро он должен приступить к этой задаче. Да и если уж по чесноку, я совсем не горел желанием откладывать наши проекты.
Но тогда выходит, что в плачевном состоянии детдома, виновен в том числе я сам. Да уж. Дела.
Нет, совесть всё оставить как есть мне не позволит. И решение пришло сразу же. Справимся своими силами. Наш колхоз возьмёт шефство над детским домом, и мы тут быстро порядок наведём. Едва ли понадобится больше пары недель. Может быть капитальный ремонт сделать и не получится, тут им придётся подождать трест, но залатать дыры, облагородить обстановку, да угостить детей свежими овощами, нам уж точно по силам. Решено.
А раз решено, то чего время терять?
Пока мы с директрисой всё осматривали, Маша решила пообщаться с детьми, рассказать им что-то про животных. Так что я не стал её торопить, а оставил пока здесь, сам же вернулся в колхоз, и быстро созвал людей на срочное собрание, где объяснил им ситуацию и объявил, что каждый, кто согласится обменять свой выходной на день работы в детдоме, получит небольшое денежное вознаграждение и большое моральное удовлетворение от сделанного доброго дела.
Я боялся, что желающих окажется мало, но ошибался. Очень многие были согласны поработать, и несколько человек готовы были поехать прямо сейчас.
Так что на этот раз мы поехали в козельский район уже на нескольких машинах, одной из которых был грузовик с термобудкой. Наше недавнее приобретение, в ней мы теперь возили на рынок продукты с подсобных хозяйств колхозников. И в детский сад мы поехали тоже не с пустыми руками, а загрузили туда бидоны со свежим молоком, телятину и овощи.
В другие машины мы уложили разные инструменты и стройматериалы из запасов, которые хранились у нас на складах. Банки с краской, мешки с известью и всякие другие мелочи. Конечно, их было не так много, и придётся многое докупать. Но для начала и этого хватит.
На всё это у нас ушло всего-лишь несколько часов, так что приехали в детдом мы к пяти часам вечера. Поздновато, конечно, но какое-то время до ночи у нас было.
Да и главное сегодня — это продукты. У Виктории Марковны, как и у нянечек с воспитателями, что тоже выбежали на улицу, глаза стали по пять копеек, при виде того, как мы всё разгружаем.
— Я даже не знаю, что и сказать. Спасибо вам, — поблагодарила меня ошарашенная директриса.
— Благодарить будете потом, а сейчас за работу!
Так прошли полторы недели. Каждый день я привозил в детский сад новую бригаду рабочих и довозил необходимые материалы. За это время мы поменяли покрытие в нескольких комнатах, разобрались с протечкой на крыше, побелили потолок и покрасили стены, установили новый забор вместо отжившего своё старого. И даже помогли с покупкой новой мебели.
К концу работ, детсад было не узнать. У нас среди рабочих нашёлся даже умелец, который сумел красиво разрисовать пару стен.
А ещё я несколько раз привозил из колхоза не просто рабочих, а ещё и наших специалистов, которые рассказывали детям об их профессии. Младшим детям особенно полюбилась Маша, которая всегда очень здорово рассказывала им про животных. Она приезжала сюда даже несколько раз, и сегодня тоже.
И, я был уверен, что жена захочет приехать сюда и снова через какое-то время.
Но сейчас мы доделывали последние штрихи и с чувством выполненного долга, собирались домой.
Наконец, колхозники уже расселись по своим местам и готовились к отъезду, а мы, с директором детского дома и несколькими воспитательницами, не спеша вышли из здания и направились к машинам.
— Что бы мы без вас делали, — обратилась ко мне Виктория Марковна, — признаться честно, мы даже и не надеялись, что вы так быстро ответите на нашу просьбу.
— А чего тянуть? Мы вон, чуть больше, чем за неделю управились.
— Верно про вас говорят, Александр Александрович, да и люди у вас хорошие в подчинении, ответственные и не тунеядцы. Всех благ вашему колхозу!
В этот момент раздался скрип резко открывающегося окна, и я посмотрел в сторону звука. Странный шум доносился со второго этажа детдома, через мгновение прямо из окна вылетела книга, приземлившись неподалёку от нас, ещё немного и непременно угодила бы в лужу.
— Что происходит? — нахмурив брови спросил я.
— Опять дети шалят, не обращайте внимания, — поспешила ответить воспитательница, поймав на себе недобрый взгляд директрисы.
Я продолжил всматриваться в окно, ожидая увидеть виновника, но хулиган и не думал выглядывать. Глаза ненароком упали на старую, пожелтевшую от времени книгу.
— Прикладная... механика? — взяв её в руки, я с изумлением прочитал название, затем вновь посмотрел в окно.
Откуда такой литературе взяться в детдоме? Да тут книг по пальцам сосчитать, лично все помещения осматривал. Никакой библиотеки, хотя она тут должна быть тут не было и в помине. Нет, тот кто кинул её, явно был взрослым, а может и вообще целился в нас. Странно это всё.
Воспитательницы заметно занервничали, будто чувствуя неладное.
Я передал работницам книгу, а сам хотел было развернуться к машинам, как вдруг через открытое окно второго этажа увидел пробежавший силуэт ребёнка, его преследовали два других, затем раздался громкий грохот, словно что-то упало.
— Что там происходит?
— Да говорю же, дети, что с них взять, — махнула рукой воспитательница, — опять носятся туда-сюда. Я пойму посмотрю, Виктория Марковна.
В эту секунду из окна высунулось испуганное лицо мальчугана. Сначала он принялся что-то рассматривать внизу, а только потом заметил нас и испугался. Директриса угрожающе покачала пальцем, как бы намекая — с глаз долой. Затем появились две пары рук, которые схватили парня за плечи и оттащили от окна.
— Иди-иди, — кивнула Виктория Марковна воспитательнице.
— Я пойду с вами, — мне очень хотелось разобраться в происходящем, судя по лицам работниц, они явно что-то недоговаривали.
— Что ж, пойдёмте все вместе тогда уж, — пожала плечами директриса.
Мы быстро поднялись на второй этаж и по длинному коридору направились в сторону комнаты, откуда прилетела книга.
— Спорим, ты её больше никогда не увидишь? — отрывками послышался злобный голос.
Чем ближе мы подходили к двери, тем отчётливее я слышал происходящее внутри.
— Он слабак! — раздался другой голос, следом за которым последовал смех.
— Быстро отдал, а то в окно полетит!
Я ускорился, оставив неторопливых работниц позади и распахнул дверь, через которую доносился шум.
Перед мной представила весьма ожидаемая картина, о которой я и подозревал. Два подростка, возрастом около пятнадцати лет, зажали у стенки парня помладше. Один настойчиво пытался выхватить из его рук книгу, которую темноволосый мальчуган крепко прижал к себе, а второй с удовольствием наблюдал за процессом.
— Вы что здесь устроили! — выкрикнул я, да так, что обидчики тут же отскочили от своей жертвы.
Я сделал шаг вперёд, а парочка хулиганов с испуганными глазами два назад.