Председатель 3 (СИ)

— Товарищ председатель, — покраснела она, — а я вот Рекса покормила, да решила и для вас что-нибудь приготовить. Угощайтесь пожалуйста.
— Это... очень мило, — удивлённо ответил я, принимая сверток.
— Здесь рыбный пирог. Мой дядя нарыбачил и угостил, и я вот решила приготовить.
— Ого, спасибо большое!
У меня аж слюнки потекли. Мне сейчас не часто удавалось полакомиться рыбкой. А тут ещё и пирог, который я обожаю.
Я сразу же раскрыл подарок и предложил Марии присоединиться к трапезе, но она только смущённо помотала головой и ответила:
— Я дома поела, но я ещё вот что хотела спросить. Сегодня снова танцы в клубе. Вы придёте?
Честно сказать, я не собирался. Но, глядя на Марию просто не мог ответить отрицательно.
— Конечно, — улыбнулся я ей, — и мы с вами обязательно потанцуем.
* * *
За несколько часов до начала танцев, вся троица собралась в доме. Аллочка словно фея порхала вокруг Марии, превращая красную помаду в румяна, а Лариса Ивановна недовольно косилась на бигуди, приговаривая:
— В них спать обычно принято. Не думаю, что четырёх часов хватит. Пусть и не кудри, но волнистые волосы тоже красиво!
От итога своих работ женщины ахнули. Молодая девушка скорее походила на принцессу, чем на обычного сельского ветеринара. Лёгкий макияж умело подчеркнул её пропорциональные черты лица, румянец идеально дополнял миловидный нрав хозяйки, а пышные тёмные волосы вились благородными волнами. Аллочка ещё раз прошлась помадой по губам девушки, затем одобрительно кивнула.
Когда в дом вошёл Андрей, девушки уже встречали его. От увиденного он и двинуться с порога не смог, его глаза, наполненные восхищением, рассматривали темноволосую красавицу.
— Узнаю твою помаду, — улыбнулся он Аллочке, — вам очень идёт, Мария.
— Вот видишь! — подхватила Лариса Ивановна, — Андрей не соврёт! Всё, можешь не волноваться, выглядишь превосходно.
Девушка робко улыбнулась в ответ.
Аллочка ещё раз убедилась, что всё в порядке, после чего одобрительно кивнула Андрею: — можем ехать!
* * *
Мария снова меня удивляла. Я никогда не видел её столь нарядной и не мог не залюбоваться.
Она и обычно весьма привлекательна, но сейчас на неё смотрел не только я, а, наверное, все мужчины в клубе. Я уже видел, как пара мужчин поспешили в её сторону, как только она вошла в зал.
Ну уж нет, я решительно двинулся к ней и успел первым.
Увидев меня она расплылась в улыбке и вложила свою ладонь в мою.
— Вы сегодня само очарование, Мария Ни... — начал я, но прервал сам себя, а затем предложил, — а давайте в неформальной обстановке отбросим уже наши отчества и будем звать друг друга только по именам. Буду рад, если вы станете звать меня Александром или даже Сашей.
— Конечно... — после секундной заминки она добавила, — Александр.
Мы кружились по залу, а я продолжал засыпать её комплиментами, от чего она так мило краснела, что я просто не мог остановиться.
Но вот музыка закончилась, и Мария, мило улыбнувшись, отстранилась от меня и сказала:
— Я скоро вернусь
— Так быстро убегаете? — посмотрел прямо в её зелёные глаза, — Я бы не отказался от ещё одного танца.
— Конечно! — радостно подхватила красавица, — по правде говоря, у меня голова закружилась, я посижу немного, а потом ещё потанцуем.
— С вами точно всё в порядке?
— Да... — смущённо кивнула она, — если честно, я впервые так наряжаюсь. Непривычно всё это, я просто переволновалась.
— Тогда и правда отдохните, если вдруг состояние ухудшится, то немедленно найдите меня, хорошо?
— Я порядке, правда! — Мария широко улыбнулась, затем поспешила покинуть меня.
Я отошёл в сторонку от танцплощадки, как вдруг рядом появилась Елизавета. Как всегда, изящно наряженная девушка, поспешила пригласить меня на танец.
— Александр, ну пожалуйста, не отказывайте мне! Это моя любимая песня! — она с надеждой взглянула на меня.
В этот же момент, словно по волшебству, песня сменилась на более яркую и динамичную, сменив за собой нежный мотив прошлой, что не могло не вызвать негодование на лице Елизаветы.
 
— Так даже лучше будет! — не растерялась она.
Я взглянул на Марию. Она оживлённо разговаривала с одной из девушек, видимо ей стало легче и это главное.
— Что-ж, ну давайте станцуем, — своими словами вызвал улыбку на лице собеседницы.
Во время танца Елизавета то и дело поглядывала на меня, соблазнительно улыбаясь. Даже дурак бы понял, что я ей нравлюсь. Посередине танца музыка резко стихла, что вызвало полное недоумение у людей. Мы остановились.
— Неужели сломалось что-то? — удивлённо сказала девушка.
— Пойду спрошу, — не успел я сделать и шаг в сторону аппаратуры, как из колонки послышались какие-то звуки, похожие на лёгкое потрескивание, после чего я отчётливо услышал знакомый голос.
«Не Лиза, а Елизавета! Не смей меня так называть, я вам не деревенщина какая-нибудь!»
Я повернулся к обладательнице голоса. Её глаза округлились от неожиданности, ноги слегка подкосились.
«Да это платье стоит как половина вашей зарплаты!» — послышалось следующие высказывание.
Люди вокруг ничего не понимали, но продолжили вслушиваться в слова нахалки.
«Что вам, колхозницам, вообще знать о хорошей одежде и рабочем этикете. Как же вы мне противны за все эти дни стали! Жду не дождусь возвращения в Москву!»
— Александр, это не... — тихо начала девушка, оглядываясь по сторонам.
Кто-то из присутствующих поглядывал на хозяйку голоса, другие же перешёптывались друг с другом, не понимая, что происходит.
Пусть большинство и не знало, чей это голос, но главное, что знал я. Всё это время девушка улыбалась мне в лицо, нахваливая колхоз и наши успехи. Я видел её ум, целеустремлённость и вежливое отношение ко всем людям, вот только...
Запись продолжилась. Голос Ларисы Ивановны был спокойный и сдержанный, но не Елизаветы.
«Не твоё дело! У меня, в отличии от вас, есть цель, а я привыкла добиваться своего!» — кинула в ответ помощница.
— И какая же у вас цель? — обратился к ней я.
— Я... послушайте, это всё неправда! Меня подставили! Вы ведь человек умный, сами понимаете, что я не нравлюсь бухгалтеру. Она была так недовольна моими замечаниями...
— Довольно! — я махнул рукой, — осуществлю ваше желание. Вы уволены, можете возвращаться в Москву.
— Нет! Подождите, я не это имела в виду...
— Завтра же найду для вас водителя, — перебил её, после чего направился к выходу.
— Подождите! — она ухватилась за мою руку.
— Я пошёл вам на встречу, от своего лица сделал помощницей в правлении и вот, как вы мне отплатили? — одёрнул руку, — а сколько ещё я не знаю? Вспомните, что вы мне говорили в первый день! Хотели заниматься чем-то глобальным, во благо страны и что же я вижу? Так оскорблять своих коллег и работников колхоза... что-ж, таким образом вы своей цели не добьётесь. А я терпеть не могу лицемеров. Всё, уходите с глаз моих! Нам такие работники не нужны!
На глазах девушки навернулись слёзы. Она прекрасно понимала, что уже поздно что-либо говорить, поэтому прошептала «Простите» и пулей выбежала из клуба.
На секунду я даже подумал не перегнул ли палку, но разве мог я иначе, когда весь колхоз слышал, как она оскорбляет дело, которым мы все здесь заняты и людей, которые трудятся на благо колхоза?
Но вот только... я строго взглянул на Аллу. Конечно, я благодарен, что она раскрыла истинные мысли девушки, но не так же это надо было делать!
Я вздохнул. Придётся снова провести воспитательную беседу с комсоргом, да и с бухгалтером тоже. Неизвестно кто кого надоумил.
  
Глава 17
 
Наумова уехала на следующий день чуть свет. Я даже не успел с ней переговорить, хотя, на самом деле, не очень-то и хотелось. Я действительно на дух не переношу людей, которые в глаза льют мёд, а их реальные мысли совсем другие. Какими бы ни были её цели и оправдания, но держать рядом с собой таких людей оправдано только в случае, если деваться некуда. А если есть выбор, зачем в коллективе, тем более в таком дружном, как наш, люди, которые постоянно вам врут и не разделяют ваши ценности?