ТРИДЦАТЬ ЧЕТЫРЕ ЁЖКИ ДЛЯ КОЩЕЯ. В ПОГОНЕ ЗА ЖЕНИХОМ - 2

- Ладно, чего там у тебя? – участливо поинтересовалась я, втайне надеясь, что он ограничится короткой версией своих бед.
Домовой прошел к трюмо, стоявшему у стены. Одной рукой он вытащил стул и сел на него верхом. Другую, занятую букетом ромашек, положил на изогнутую деревянную спинку.
- Надеюсь, цветы не для меня, - испугалась я любвеобильности домового, предположив ненароком, что букет предназначался мне.
- Они для Красавы, - просветил меня Петруха и спрятал руку с букетом за спину.
На секунду мне показалось, я его придушу. Он, значит, вламывается ко мне среди ночи, а сам – цветочки зажал? Мне было плевать на ромашки. Меня разозлило то, каким перепуганным взглядом домовой смотрел на меня, опасаясь, что я буду выпрашивать у него цветы. Тоже мне, Ромео сыскался. Есть такая история у землян. Я несколько раз ее перечитывала.
- Помоги мне заполучить Алянку,- сразу перешел к делу Петруха, чем меня очень порадовал. За, что со скрипом в сердце и был прощен.
Я больше старалась не поражаться его жадности. На то он и домовой, чтобы все тащить в дом.
- У тебя нет ни единого шанса, - без сожаления предупредила его, чтобы бедолага поскорее отмучился. Петруха – большой мальчик, справится. - Забирай свой веник и иди ищи себе другую Джульетту.
- Где эта Джульетта живет? – немедленно поинтересовался домовой. Быстро он, однако.
Петруха смотрел на меня таким взглядом, будто ожидал, что я ему не только дорогу укажу (с подробным описанием улицы и дома), а заодно и ключик от ее сердца подарю.
- Она давно съехала, - обреченно отозвалась я, понимая, что земную классику кроме меня и Зиги никто в Межмирье не читает. То, что Джульетта съехала с катушек от любви к своему Ромео, уточнять не стала.
«Давай отправим этого доморощенного Ромео к русалкам, пускай там счастье попытает, - с азартом предложил мой внутренний голос. – Будем надеяться, они его на корм рыбам не пустят».
Я представила расстроенное лицо Зиги, скорбящего по домовому, и отправила идею с русалками в топку.
«Я не специально, - жалостливо шмыгнул носом мой внутренний голос, - Нет Петрухи – нет проблемы».
Ромашки в руках домового гордо смотрели в потолок. Их солнечные сердцевинки напомнили мне пшеничного цвета волосы Болонки, вечно подпрыгивающие при ходьбе. «Я знаю, кто составит пару домовому», - активировался мой внутренний голос. Уже в зародыше идея мне нравилась. Я мысленно улыбнулась.
С благословения моего внутреннего голоса я возвела себя в ранг купидона. Не нравится, как складывается жизнь? Нарисуй свою судьбу сам, начхав на правила.
- Я знаю одну дивчину, которая обрадуется твоим ухаживаниям, - зевнув, поделилась с Петрухой, собственноручно открыв охоту на Болонку. Поправив рукав-фонарик на сорочке, я немного подумала, изображая мнимое сомнение… и выдала местонахождение спальни Маришки, с трудом припомнила имя Болонки.
Стул был проворно отставлен в сторону и Домовой бросился к двери. Букет ромашек с его уверенной подачи приземлился мне на колени.
- Это мне? – приятно удивилась я, беря букет в руки. Цветы – моя слабость. Что поделать… Я не любитель ходить по лесам, да лугам, а тут тебе и глаз радуется, и ингредиенты для зелий. Иначе ведь никаких денег не хватит на закупку сушенных трав.
Петруха широко открыл дверь и обернулся.
- Я для своей зазнобы лучше букет соберу, - пафосно заявил он.
Я сделала скидку на его новую влюбленность и не стала обижаться. Не зря говорят: с кем поведешься, от того и наберешься. Петруха толком не успел познакомиться с Болонкой, а уже привередничает.
«Они созданы друг для друга» - умиленно вздохнул внутренний голос.
- Если Маришка тебя букетом по мордахе треснет, неси мне! - крикнула ему в закрывающуюся дверь. – Зачем пропадать добру. У меня запасы сухих трав кончаются.
Яростное рычание считается за «да»? Не могла же я совсем спустить ему с рук тот факт, что лучшее – Болонке? Лучшее - мне. Я оторвала лепесток у ромашки и начала гадать. Треснет… не треснет… треснет… не треснет… Треснет! Последний лепесток упал на покрывало. Можно было больше не экономить. Похоже, домовой пополнит мои истощившиеся запасы.
 
 «Это у тебя в одном месте треснет», - проворчал мой внутренний голос. Нет бы за меня порадоваться - так он спелся с моей совестью, выползшей из круглогодичного отпуска. И та хороша. Вместо того, чтобы уволиться ко всем чертям, она надумала жестко взяться за меня, напомнив: – «Вы тут вообще-то парня пытались пристроить. Друга!».
Хотела я крикнуть ей, что никакой он мне не друг, но опять же - совесть не позволила. Петруха и впрямь стал для меня своим.
Ладно. Я повторила гадание и оборвала оставшиеся цветы. Ответ высших сил остался низменным: «Треснет».
«Я понял. Букет у Петрухи неправильный», - разрушил мои надежды на новые запасы сухих трав мой внутренний голос. Что поделать. Пришлось смириться.
Одним взмахом руки я скинула лепестки на пол. Взбила подушку. Легла поудобнее, накрылась покрывалом и закрыла глаза, чувствуя, как сон подбирается ко мне.
В дверь снова постучали. Стучали громко. Уверенно.
ГЛАВА 17
«Они хотят перебудить всех Ежек в замке?» - возмущенно засопела я. Не собираясь отказываться от сна, я накрыла голову покрывалом. Меня нет. Я в домике.
Не нужна мне встреча с потревоженными горгульями. Пусть сами разбираются с Ежками.
В дверь стали долбиться громче.
 - Вы издеваетесь!
Понимая, что поспать мне не дадут, я откинула покрывало. Переваливаясь с бока на бок неваляшкой, приняла сидячую позу и неохотно разрешила:
- Заходите.
Даже мне самой мой голос показался подозрительно ласковым. За дверью, видно, неубиваемый зверь стоял, раз дверь без малейшего промедления отважились открыть. Хм. Со зверем промашка вышла. Ко мне Зиги пожаловал.
- Мне нужна твоя помощь, Мирослава, - закрыв за собой дверь, с порога сообщил он и бодренько прошел ко мне.
Матрас под его весом дрогнул. Подпихивая локтем, Зиги подвинул меня в сторону, отобрав нагретое место. Вытащив из-под спины друга свою подушку, положила ее рядом с собой.
- Послушай, а ты до утра не мог подождать? – пробурчала я, понимая, что друг обосновался надолго.
- До утра? – голосом лекаря с железными нервами спокойно переспросил он. - Не мог.
Даже жалобный взгляд не заставил его изменить намерения и оставить разговор до лучших времен.
Друг вынул из подушки, лежащей между нами, перышко и с видом внедренного агента межмирьевого патруля протянул его. Взятка? Где это видано?! Меня подкупают моим же добром! Зигуриус с бабушкой Акулиной переобщался. Как чуяла - не нужно было его брать на весенние каникулы к ней.
Не день, а один сплошной сюрприз. Надо поскорее помочь Зиги и выпроводить его, пока я еще не разучилась удивляться. С ночными визитерами, чувствую, к утру я не то что состязание провалю - и на метлу не заберусь.
- Ничего, что я спать собралась? – развредничалась я, дабы ускорить процесс разговора по душам.
- Царь лучше, чем холоп. Король предпочтительнее вассала, - не поняв моего намека, совсем уж издалека начал друг.
«Нам лекцию будут читать? - возмутился мой внутренний голос. - Мы начальные классы еле оттарабанили. Остальные школьные годы слились в сплошной кошмар. Давайте без пыток? Признаюсь! Это Мирослава подсыпала мушек в школьный котел с супом!». «Предатель! - шикнула я на него и припомнила. – Они кормили нас непонятными помоями. Благодаря мне узнали, что повар воровала мясо домой, а нам подсовывала… Ой, даже не хочу думать, что она там подсовывала. Вкус у супа был мерзкий, да и попахивал он не лучше».
- Давай ближе к делу, - забрала у друга перышко, чтобы не отвлекался.
- Я лучше Даниила, - спокойно заявил Зиги и привел весомые аргументы: - Я – король. Он всего лишь вассал.
Ага. Только нагрудной эмблемы не хватало: «Выбери меня».
И впрямь пора было подыскивать себе костюм купидона.