Непокорная (ЛП)
Тех, кто считал, что их мнение правильнее, выдавал его громко, перекрикивая остальных, Эстер оставляла на растерзание владельцу ранчо Брэндону Андерсону и фермеру Джеймону Макдауэлу. В этих двоих оставалось достаточно гнева, чтобы опалить углеродистую сталь. На одном из шоу, где лейтенант Пирсон попыталась рассказать, что ее процедуры документирования выдачи продовольственной помощи были простыми и легко применяемыми, они порвали все ее правила в клочья, чуть было не порвав на куски саму лейтенанта. Последний гвоздь в гроб чуть было не вбил Спэнс, ставший на Олимпии бухгалтером миссии, разъяснив введенную им систему учета, что понравилась людям намного больше, и посоветовал желающим взглянуть на налоговую декларацию Крис за прошлый год.
Оппозиция была уже на грани, когда вдруг выяснилось, что обвинение вышло технически ошибочным, а потому, исходя их этого, его пришлось отклонить.
– Значит ли это, что я больше не работаю на преступницу? – поинтересовалась Эбби.
– Похоже, что так. Стало легче?
Эбби осталась довольной. Так что Крис прибыла на Верхний Вардхейвен в довольно оптимистичном настроении. Отсалютовав команде корабля, она повела свой небольшой отряд по сходням «Хэлси» и попросила Нелли выяснить, где сейчас ее семья. Вскоре Нелли все выяснила и доложила обо всех, закончив словами:
– ...а ваша мама в свадебном бутике мадам Бовейн.
– Что она там делает?
– Крис, Пенни, если не возражаете, мне нужно проверить состояние нашего корабля.
Крис только отмахнулась, а Пенни хоть разорвись, она хотела отправиться вместе с ним, но осталась ждать ответа Нелли. Внутри девушки зародился страх.
– Похоже, она там с мамой Пенни.
– Джек, Эбби, вы со мной. Нам нужно каким-то образом спасти Пенни от моей мамы.
– Разрешено ли использовать смертоносные приемы? – поинтересовалась Эбби.
Джек печально покачал головой.
Пока спускались по бобовому стеблю, внутри Крис замирало и холодело сильнее, чем когда она отправлялась спасать Томми и на разведку на Турантике. Да и десант на крышу полного террористов конференц-центра на Хикиле, когда она понятия не имела о том, что последние сто метров придется преодолевать под огнем противника, смотрелся сейчас намного легче, чем предстоящее.
Нет. Это ведь мама. Смерть – не вариант.
Спустившись вниз, остановили такси. Бросив на них взгляд, таксист стал выглядеть так, словно пожалел, что остановился, но, все же, отвез их к свадебному бутику мадам Бовейн.
– Подождите нас здесь, – приказала Крис. – Мы ненадолго.
– Надеюсь, – прошептала Пенни.
Крис быстрым маршем провела свою команду через парадные двери. Сделав шагов пять, замерли.
Мама рассматривала свадебное платье.
Белое, значит, должно быть свадебным. Фаты нет, но есть шляпка с большими, гибкими полями, наполовину скрывающую лицо манекена. Платья подобного фасона маме всегда нравились. Ткань закрывала грудь. И спину. Но только не бока. Еще манекен был одет в белые чулки, крепившиеся к белому поясу. Никакого бюстгальтера. Никаких трусиков. Все заработанные в боях шрамы и синяки будут на виду.
– Мама, Пенни ничего подобного не носит.
– О, Кристина, дорогая, здравствуй. Мне было интересно, когда ты вернешься. Я как раз рассказывала Памеле, что в Париже в этом году в моде именно такой фасон.
– Паула, – поправила еще одна женщина, мама Пенни.
Невесты на Нуи Нуи носили меньше одежды, но выглядели скромнее.
– Пенни такое не наденет, – сказала Крис и кивнула в сторону большой коллекции более традиционных платьев.
– Но они все в кружевах и оборках, – запротестовала мама. – Она будет больше похожа на торт, нежели на невесту.
– Скажу Лотти, чтобы не торопилась с глазурью, – рыкнула Крис.
Пенни со своей матерью, под градом словесного урагана, быстро пробрались к манекенам в традиционных платьях.
– Что ж, раз ты настаиваешь, чтобы невеста была в каком-то плебейском платье, я хотя бы одену подружек невесты во что-то более подходящее для такого случая. В конце концов, свадьба будет проходить в моем саду.
– Это свадьба Пенни. Она мой друг.
– Зато сад мой. А твой папа предпочел сбежать.
После нескольких повторов, что уже было больше похоже на детские препирательства, Крис со вздохом, которому тренировалась с тринадцати лет, сдалась.
– Ладно, мам, наряды подружек невесты должны выглядеть ужасно. Так какой будет твой выбор на этот раз? Он не может быть хуже тех, что висят в моем шкафу.
Крис ошиблась.
Платье, поданное модельером с подозрительно широкой улыбкой, очень напоминало ромашку. Отныне все, что нужно – думать о ком-нибудь, срывая лепестки один за одним. Любит, не любит, кинет, поцелует. Ну и когда срывается последний лепесток, на ней станется одежды меньше, чем в Лунный танец.
– Ма-ма.
– Дочка, ты сама сказала, что платье подружкам невесты выбираю я. Я выбрала.
И чтобы разорвать сделку в семье Лонгнайф потребовалась бы революция. Спину прикрывали только тонкие бретельки, расширяющиеся к низу, стоит надеяться, встречающиеся друг с другом до ягодиц. На Турантике в образе проститутки я была одета скромнее. И такое со мной проделывает моя же мама. Рыжие волосы и молочно-белый цвет лица должны потрясающе смотреться на фоне желтого платья. И ягодицы вытекать во всех нужных местах. Ну и сама Крис будет выпадать из него во всех неположенных местах.
Есть ли шанс убедить Томми и Пенни в том, что принцесса Вардхейвена может женить их просто вложив ладони друг в друга?
Или вернуться на корабль. Капитан корабля может женить людей. А капитан маленького катера?
Нет. Пенни с мамой увидели свадебное платье и со счастливыми глазами разглядывали его. Крис потянулась к своей кредитной карте. Пенни вместе с ней прошла через ад и много чего еще. А Томми даже больше. Оба стали ее лучшими друзьями и заслужили такую свадьбу, какую хотели. И кто вспомнит, что там носили подружки невесты?
Разве что пресса. Мама хочет, чтобы свадьбу освещала очаровательная Дора. Крис вздохнула. Она Лонгнайф, а Лонгнайф всегда делает то, что нужно делать.
Даже если это что-то не связано с убийством.
Глава 7