Непокорная (ЛП)

     Вот только баки оказались сухими. Вся команда мостика сидела на своих местах и испуганно молчала. Они бросили все, что у них было, в атаку на линкоры... а линкоры словно ничего не заметили.
     Кроме одного, который достали Хизер и Чандра. И заплатили за это полную цену.
     Крис осмотрелась. Каждый присутствующий на мостике катера испуган. Они вложили все, что у них было, в атаку и отход. Корабельная форма пропиталась потом, а лица вытянуты от того, что приходилось идти на трех g. Крис видела потускневшие от усталости лица. Опущенные плечи. Есть что-то еще, что они могут дать?
     Как только катер стал ложиться на орбиту, Томми отключил боевую сеть и начал сам напевать что-то похожее на некую смесь ирландских мелодий. Пел тихо, еле слышно, но притихшая Крис слышала слова. Одна даже понравилась, про мальчика-менестреля. Только с третьего припева до нее дошло, что этот мальчуган погиб на войне. В голове конкретная каша.
     – PF-109, это буксир 1040, мы подходим к вам. У нас тут профессиональные спасатели любезно предоставленные фирмой братьев Йохансон, они готовы подвести к вам линии электропередачи, так что держитесь прямо.
     – Держимся устойчиво, буксир 1040. Как уже говорил, курс мы изменить не можем, даже если очень захотелось бы.
     – PF-109, хотелось бы, чтобы вы правильно нас поняли. У нас тут реакционная масса, которую нам нужно передать вам вместе с антивеществом. Еще у нас на борту несколько «Фоксеров», на случай, если у вас закончились. Еще есть двенадцать AGM-944 из тех, какими вы там разбрасывались.
     – Где вы их взяли? – оживилась Крис.
     – Завод прислал по бобовому стеблю так быстро, как только смогли. Последняя партия, прибыла как раз, когда мы уже задраивали люки. Ракет у нас на каждый ваш катер по двенадцать штук.
     – На сколько катеров?
     – На двенадцать, – тихо сказал капитан буксира.
     – Нас осталось десять.
     – Нам жаль.
     – Томми, не желаешь зарядиться?
     – Разве PF-104 и 111 не разрядились полностью первыми? Они были в группе Хизер и Чандры и выпустили все, что у них было.
     – А ты следом.
     – Свяжитесь с ними, они должны быть первыми, – сказал Томми.
     – Свяжусь. Посмотрим, смогут ли они лечь на орбиту, – согласился капитан буксира. – Так, на моем пульте сигнал, что соединение для питания установилось хорошо. Что у вас?
     Томми подтвердил хорошее соединение. Через минуту подтвердили хорошее соединение для перелива реакционной массы. Это заставило задуматься, а не открыть ли люк на квартердеке в открытый космос, чтобы команда буксира начала загружать разные лакомства.
     – Я хочу пить, – вдруг сказал старшина Стэн, расстегивая ремни. – Еще кто хочет?
     – Принеси скотч, только аккуратно, – сделал заказ Томми.
     – Я бы убила за «Маргариту», – сказала Пенни.
     – Пиво, – буркнул Мус.
     – И мне, – сказала Финч сквозь тень своей обычно солнечной улыбки.
     – Ты несовершеннолетняя, – буркнул старшина.
     – А разве мы все не постарели на десяток лет в последнюю неделю, – стрельнула в ответ Финч, идеально имитируя акцент Томми.
 
     Не обратив внимания на такой пассаж, старшина скрылся в сторону кормы. Пару минут спустя появился вновь и стал бросать присутствующим груши с напитками.
     – А тебе холодной минералки, – строго сказал старшина Финч.
     – Да, мамочка, – вздохнула рулевой, но от груши не отказалась.
     Крис глотнула обычной воды... а потом одним махом осушила литровую грушу за секунду. Даже не осознавала, насколько обезвожена, пока не сделала глоток. С другой стороны, если посмотреть на насквозь промокшую форму, откуда-то влага для этого бралась.
     – Выпьем и пописаем в них, – предупредила Пенни.
     – В невесомости, – вздохнула Финч. – Хоть бы кто-нибудь изобрел приличный унитаз для девушек, работающий в невесомости.
     – Или девочек, – сказал Томми.
     – Не уходи от темы, муж, – сказала Пенни.
     – Осторожнее, молодой человек, – сказал Мус. – Когда женщина использует данное ей богом право жаловаться на мужчин, не прерывай ее.
     – Крис, что нам делать-то? – спросил Томми.
     – Он тебя прервал. – Крис посмотрела на Пенни.
     – Хуже того, занялся делом. Думаешь, не дотянусь?
     Финч и Крис покачали головами.
     – Замечу, – сказал Томми, – капитан этого катера – я. И, в отличие от многих кораблей, украденных с пирса принцессой, этот военный корабль по честному пытается выполнить приказ защитить планету.
     – А я думал, мы на пиратском корабле, – сказала Пенни и обратилась к Мусу: – Вы разве не считаете наш корабль пиратским?
     – Вопрос не ко мне, мэм. Я простой, гражданский человек, шел по улице, занимался своими делами, когда меня заманили в нечто, о чем я и представления не имею.
     – Для того, кто представления не имеет, что делает, – Пенни похлопала Муса по руке, – я рада, что вы этим занимаетесь.
     – Всегда пожалуйста, мэм.
     Томми так здорово улыбался, расслабившись в капитанском кресле и наблюдая за любовью всей своей жизни. Крис безумно захотелось, чтобы это продолжалось вечно, чтобы команда продолжала шутить, но часы на пульте неумолимо отсчитывали время до отлета от Вардхейвена. К тому времени они должны что-нибудь придумать. Как бы ей ни хотелось залезть под кровать, послать вместо себя кого-то еще, она знала, что никто другой не в состоянии сделать то, что предстояло сделать ей.
     Либо она, со своей крошечной группой, либо никто.
     Но даже и это еще не все. На этот раз кому-то кого-то изображать бесполезно. Противник наверняка уже разобрался, что на флангах никаких линкоров нет. А значит, следующая атака будет жесткой. И никакого завтра.
     – Томми, включи боевую сеть обратно. Соедини меня со всеми. Нам нужно поговорить.
     Томми нехотя оторвал взгляд от Пенни, глубоко вдохнул, выдохнул и набрал команду на своем пульте. На мостике снова раздался припев песни: «Скольких из них мы заставим умереть!» Где-то снизу послышался тихий лязг, это на катер грузились ракеты, любезно предоставленные добровольцами из Клуба спелеологии Милны и Клуба охотников за мусором. Крис глубоко вздохнула и активировала коммуникатор.