Мраморный меч (СИ)

Вздохнув, Тера потерла переносицу. Она ненавидела чувство беспомощности, которое появлялось в такие моменты. Еще больше злилась на то, что люди боялись и ненавидели ее, основываясь на слухах и словах других. Они стремились ее убить и из-за чего? Тера не контролировала свой голод и до сих пор чувствовала вину за то, что убила человека. До сих пор просыпалась от кошмаров, ощущала его теплую кровь на своих руках.
В такие моменты голод возвращался, а она ощущала подступающую истерику.
Улыбнувшись, когда Мино подбежал к ней и поднырнул под руку, она медленно пошла в сторону дома. Уже почти стемнело, застрекотали кузнечики, от которых поначалу болела голова. Тера почти подошла к двери, когда услышала приглушенное рычание Мино.
Тера напряглась, остановилась на месте и всмотрелась в происходящее перед собой. Увиденное ее напугало.
Как они не заметили? Как не увидели приближение незнакомого человека, который сейчас стоял у приоткрытых дверей? Тера сжала руки в кулаки, ощущая собственное напряжение и напряжение Мино, который уже переминался на лапах, скалился и порыкивал, готовый в любой момент броситься. Этого хотела, и сама Тера, потому что относилась ко всем незнакомцам с подозрением и страхом, потому что ничего хорошего они с собой не несли.
Незнакомец их тоже заметил. Тера видела, как чужое тело вздрогнуло, голова повернулась в их сторону и внутри что-то оборвалось. Короткие, едва достающие до мочек ушей белоснежные волосы, которые, если верить слухам, считались редкостью. Даже феи, которые сами по себе являлись порождением магии никогда не рождались беловолосыми.
Такой была она одна. И эта странная незнакомка. Женщина, которая смотрела на нее без страха и сжимала в руках длинный ремень сумки.
− Здравствуйте. Я не причиню вреда, − сказала незнакомка спокойно, с опаской посматривая на все еще скалящегося Мино. Повела плечами. Вновь посмотрела на Теру. – Я хотела бы с вами поговорить.
***
Тера посматривала на сидящую напротив женщину с подозрением. Они почти не смотрели друг от друга, отводили взгляд, дышали медленно, прислушивались к происходящему вокруг. Напряжение между ними ощущалось почти физически. Тера не доверяла незнакомке, то и дело смотрела на Мино, отслеживая его реакцию, но тот молчал, принюхивался и иногда приглушенно рычал. От нее не отходил, нырял под руку, напрашиваясь на ласку, его шерсть сияла чуть сильнее, как и глаза.
Она до сих пор не понимала, что от нее хотела незнакомка. Они не говорили, сидели друг напротив друга и смотрели, дышали слишком громко и рассматривали друг друга. В теплом свете свечей они выглядели неказисто и, словно неправильно. Те же белоснежные волосы, голубые глаза и светлая кожа, как у нее самой, незнакомка слишком похожа на нее. И это настораживало, потому что все говорили о том, что Тера единственная в своем роде.
Ей либо врали, либо недоговаривали.
Женщина перед ней была реальной. Слишком реальной. Тера смотрела на нее с подозрением, рассматривала пристально. Была ли женщина такой же, как она, или просто имела похожую внешность? Этот вопрос стоял слишком остро, и Тера уже не знала, о чем думать. Но как начать разговор она тоже не знала, поэтому молчала. Ждала первого шага.
− Извините, что пришла так поздно.
От неожиданности она вздрогнула, смотря на незнакомку с подозрением и недоумением. Неловко разгладила складки на подоле застиранного платья и собрала мысли в кучу.
− Кто вы? – все же спросила Тера. Женщина удивленной не выглядела, лишь на краткий миг чуть насмешливо вскинула бровь, но тут же взяла себя в руки. Вновь серьезно посмотрела на собеседницу.
Наверное, она что-то увидела на лице Теры, потому что неожиданно расслабилась, склонила голову в бок, отчего волосы мазнули по щеке и улыбнулась мягко. Так, как ей давно никто не улыбался. Как улыбалась когда-то Лотти, которая потом всегда обнимала, незаметно отдавала ей сладости и смотрела как на единственное чудо света. Некстати подумалось, видела ли сестра ее письма? Предупредили ли родителей о ее исчезновении и какую легенду семья Пикфорд придумала.
 
Но все эти мысли быстро испарились из головы, стоило незнакомке заговорить. В этот момент Тера убедилась в том, что голос у той красивый, спокойный, тягучий и размеренный, словно женщина говорила с глупым и душевнобольным человеком. Такой Тера себя не считала, поэтому полагала, что так женщина говорила всегда.
− Меня зовут Зарина, я из небольшого городка Ксоур, находящегося на землях дома герцога Карнуэль. Подождите, сейчас покажу, − засуетилась она и потянулась к небольшой, тканевой сумке. Порылась в ней и достала грязный свиток, который незамедлительно протянула Тере. Та взяла свиток в руки, ощущая шероховатость бумаги, покрутила его, рассматривая со всех сторон, бросила настороженный взгляд на Зарину и все же раскрыла свиток.
Карта. Детальная карта мира, в котором она теперь жила. Тера видела Яму, изображенную россыпью кривых домиков, деревья рядом и горы с узкой полоской ущелья. Рядом с границей, где простым карандашом написано «герцог Карнуэль» стоял большой дом, несколько точек с названиями городов, высокая башня. Она видела тонкие линии границ, разделяющих пять земель. Яма находилась на ничейных землях, отделяемых горами с королевством фей.
Тера с трепетом и жадностью рассматривала нарисованные линии, понимала, какой большой мир перед ней вырисовывался. И от того грустнее ей становилось, что она сидела на одном месте, загнанная в угол. Вновь посмотрев на спокойную Зарину, она нашла Ксоур на карте и поняла, что расстояние между ними было большим.
Наверное, долго добиралась.
От этой мысли интерес к Зарине лишь возрос. Мало кто, движимый интересом, ехал так долго в незнакомое место.
− Я картограф. Это моя работа. Была. Пока не случилось это, − расстроенно закончила она и указала на всю себя. Тера на ее слова лишь вопросительно вскинула бровь, побуждая к продолжению. – Вы не разговорчивы, − заметила Зарина и убрала мешающие волосы за уши. Улыбнулась грустно и все же пояснила. – Я жила в Ксоуре сколько себя помню. Там выросла, напросилась в помощники к старому картографу и встретила своего мужа. Не могу сказать, что была счастлива, но и не грустила, ведь у меня была возможность зарабатывать деньги и рядом был любимый мужчина. Я так думала. Мы с ним вместе пять зим, это должна была стать шестой, но… Между нами случилось недопонимание. Да, наверное, это можно так назвать. Произошло недопонимание, ссора, его семья приехала и я, скорее всего, умерла.
От ее слов Тера невольно напряглась. Зарина говорила неуверенно и подбирала каждое слово, словно не хотела никого ни в чем обвинять, но настроение и то, каким тоном некоторые фразы сказаны − говорило об обратном. Она слушала внимательно, про себя думая, что у них с Освальдом с самой первой встречи возникло «недопонимание». Слова о смерти Теру насторожили.
Еще одно сходство.
Они обе умерли и, если она правильно все поняла, то по вине супруга. Дорогого человека. Для Теры Освальд любимым и дорогим не был, но теперь ее теория о том, что во многом было виновато странное лекарство – трещала по швам. Но об этом она подумает позже, потому что, собравшись с силами, Зарина вновь заговорила:
− Я проснулась неожиданно и даже не поняла поначалу, почему лежала в деревянной коробке. Уже потом поняла, что это был гроб и меня похоронили, зарыли на семейном кладбище. Я была в шоке, напугана, разочарована и просто не верила в происходящее. Вернулась домой, а он… − она вздохнула и резко замолчала. Поджала губы недовольно и отвернулась, собираясь с мыслями или пересиливая себя. – Он накричал. Прогнал. Святой водой облил и с серебряным крестом бегал. Такого отвращения я не видела давно. И, как-то так получилось… Господи! Он меня так испугал и разозлил этим, мне так было плохо и пусто внутри, что я просто… Я съела его, понимаете? Я съела собственного мужа и никому об этом не сказала. Жила в нашем доме несколько ночей.