Тайна крови (СИ)

— Мы уходим.
— Не так быстро, — фетрой убрал руки за спину, скрепя сердце игнорируя оскорбительный жест фета Сайонелла. — Фета Аллевойская — подданная девятого дистрикта. Моя подданная. Защита рода Сайонелл предоставляет иммунитет от правосудия, но не освобождает фету от необходимости подчиняться правящему.
— Каков приказ правящего? — с надменной ухмылкой поинтересовался Оуэн Голд. — Запереть Александрин в Аклуа Плейз до конца ее дней?
Судя по выражению лица Кайла, такая мыслишка ему в голову приходила. Стоп. Эта мысль из его головы и не уходила никуда! Мне очень захотелось на ручки к одному из этих, как их там… Божьих коровок, в общем. Ну, или хотя бы подержаться за эту самую ручку. Ручищу! Чтоб почувствовать себя в безопасности. Я не хочу в Аклуа Плейз, я не пойду в шар, ни за что! Пусть Харви подавится моей сумочкой и поперхнется планшетом, все равно не пойду!
— Ее дар важен для дистрикта.
— Ее дар важен для вас, — фет Сайонелл ткнул худым пальцем в сторону Кайла и рейгверды за его спиной дернулись, но были немедленно остановлены поднятой рукой правящего. То же проделали и божьи коровки, повиновавшись жесту Оуэна Голда. — Дистрикт лишился одного из фетроев. Пресса раздула скандал из-за Александрин и ваше счастье, если мы утаим действительную причину ее побега из Аклуа Плейз.
— Неповиновение правящему, — громыхнул голос Кайла.
— Нарушение основополагающих международных конвенций! Право на свободу передвижения, неприкосновенность частной жизни, телесная неприкосновенность! Побег с причинением ущерба стал результатом самозащиты гражданских прав.
— Вот этого не надо, — отмахнулся фетрой.
— Александрин нужна вам, чтобы доказать всему миру, что род Хартманов силен, как никогда и способен контролировать ситуацию, ведь не сегодня завтра красный и желтый драконы бросят вызов одному из вас. У них нюх на слабость. Поправьте, если в чем-то ошибаюсь, но освоение новых земель ради блага населения вовсе не является вашим приоритетом.
— Даже если и так. Смута и поединки лишь навредят подданным. Ландрин способна принести пользу обществу.
— Пользу вам! — жестко отчеканил Оуэн и его правое колено дрогнуло. Еле заметно, но я уловила этот знак приближающейся слабости и поспешила на помощь, взяла мужчину под руку, позволяя опереться о себя. Незаметно, но все же хоть какая-то поддержка.
— В словах фетроя Хартмана есть определенный смысл.
— Они не смогут заставить вас отказаться от свободы, Александрин, не переживайте. И не тронут вашу семью, иначе получат такой международный скандал, что смена власти в дистрикте станет неизбежной! — пообещал Оуэн. И я ему поверила. Но почему он готов за меня даже правящим глотки перегрызть?
— Давайте сядем и поговорим. Как взрослые люди. Обсудим все. Без угроз и шантажа. По-человечески, — предложила я, понимая, что тоже несколько перегнула палку. Стабильность власти Хартманов и в моих интересах, тут Кайл прав.
Фет Сайонелл посмотрел на меня с непониманием, Хартман — снисходительно. В его глазах словно бегущая строчка горела: «женщина и политика вещи несовместимые».
Тем не менее, все направились к столу. Фету Сайонеллу стоять становилось опасно. Он в любой миг мог упасть и разбить себе голову. К тому же, ему наверняка пора принимать витамины, но разве он станет в присутствии такой толпы?
— Этот вопрос необходимо решать на общем собрании, — обозначил Кайл.
— В таком случае, мы ждем. Связывайтесь с братьями. У меня не так много времени, фетрой. Я должен знать, что с Александрин все будет в порядке, когда придет мой час.
Я подарила фету Сайонеллу недовольный взгляд, который он, впрочем, проигнорировал, целиком и полностью сосредоточившись на ситуации. Великородный в действии. Вот почему мне кажется, что иметь дело с правящими для него совершенно не в диковинку? Он как рыба в воде. Не только спокоен, но еще и уверен в себе! Я им поистине восхищалась в этот миг и знала, что теперь точно все будет хорошо. Не знаю, каким чудом, но будет!
Коммуникатор в центре стола ожил, затем явил нам голографическую проекцию Харви. Через мгновенье появился Сэймир — младший из живых братьев. Тоже шатен, тоже красавец, тоже Великогад. Аркха не корми, чтобы это понять, и так видно! Оба сидели в кожаных креслах и оба смотрели на меня. Будто больше некуда.
 
Взгляд Харви, словно лазерный луч, меня насквозь прожигал, а жидкое олово отравляло кровь даже с такого расстояния. Как сейчас помню его стремительный полет через всю сферу и ловкий кувырок. Он чудом себе шею не сломал! Наверное, извиниться стоит? Впрочем, нет. Если бы он запер меня в сфере, как принцессу в башне, аркха с два бы меня фет Сайонелл нашел. Меня бы попросту похитили, а всем бы сказали, что пропала. Кто бы додумался в Аклуа Плейз искать? Да кого бы туда вообще пустили искать?! Нет, я правильно сделала, что сбежала. А этот пусть рад будет, что шея цела осталась и не смотрит на меня так, словно третий глаз во лбу увидел.
Лоби предложили подождать в соседней комнате с чашкой кофе и в дружелюбной компании рейгвердов. Когда дверь за ней закрылась, я негромко пояснила свою позицию:
— Фетрой Харви сказал, что мой дар способен помочь расширить границы дистрикта. Это, без сомнений, покажет вашим подданным, да и всему миру, что род правящих в нашем дистрикте стабилен и силен как никогда. Фет Сайонелл, — я повернулась к своему пациенту. Почему-то чувствовала необходимость объяснить ему, что для меня это тоже важно. — Это и в интересах населения, не допустить смуты и перемены власти, потому что любые перемены — лучшая возможность для красного и желтого драконов напасть и поработить наш дистрикт. Я потеряла родителей, мне не хочется лишиться еще и дома. Но при этом я не согласна отказаться от своей свободы, — обвела великогадов таким жестким взглядом, на который только была способна. Впрочем, он, что перышко против гранита, цели своей не достиг и скорее позабавил присутствующих, чем обозначил серьезность моих намерений. Со мной считались лишь потому, что за спиной стояли правящие пятого дистрикта. И зачем только фет Сайонелл вступился за меня? Это как же надо было накосячить перед моим отцом, чтобы вот так вот извиняться? Нет, я конечно не против, но чувствую себя в неоплатном долгу. — Есть ли способ, при котором я смогу помочь дистрикту, не находясь в шаре все время?
Глаза Кайла опасно сузились, и он пропел ласковой рысокотью:
— Первый месяц, пока идет настройка и расширение границ барьера, необходимо круглосуточное присутствие.
— Исключено, — жестко отчеканил фет Сайонелл, мне оставалось лишь кивнуть.
— Я согласна оказывать помощь дважды в неделю. В ночную смену, — у меня как раз освободилось время после увольнения из Флай Скай, к тому же днем я планировала уделять время ребятам и фету Сайонеллу, возможно, балету, вдруг получится, а поспать и в сфере можно, мне-то, по сути, какая разница. Там кровать даже лучше, чем у нас дома. Высплюсь хоть, если всякие приставать не будут. Бросила взгляд на всякого, который по-прежнему смотрел на меня. Жестко. Властно. Так, что кровь в венах вскипала. Этот своих желаний не скрывает. Привык брать, что нравится. Чудом удержалась, чтобы язык не показать. Со мной так не получится. Я не товар в супермаркете, просто так с полки не возьмешь.
— Первый месяц — четырежды в неделю это минимум, — громыхнуло Ползучее Великородие.
— Александрин, вы не представляете себе последствий нахождения в шаре, — мягко произнес Оуэн.
О, нет, я как раз отлично их себе представляла. Дрожащие ладони сильного мужчины, бледность на лице Харви… Он и сейчас выглядел не ахти каким здоровым и бодрым. Да и до кровати-то вчера дошел только с моей помощью. А меня кто доведет? С этого Великогада станется посмотреть, как я плюхнусь на пол, переступить и пойти заниматься своими делами. Впрочем, наверняка он попросту плюхнется рядом и будем вместе ковер развлекать.
Хотя, с чего я решила, что со мной будет именно он, а не тот же Кайл или Сэймир? От этой мысли совсем подурнело. Ползучего я хотя бы знаю, а от этих чего ждать? Ну, Кайл, допустим, женатый и, предположим, удовлетворенный. А Сэймир? Мужчина с женщиной в замкнутом пространстве ночью… Во всей этой истории сдохла дюжина пустынных мертвоедов! Но как ни крути, я не могу остаться в стороне. Хартманы не оставят меня в покое при любом раскладе, а, если кто-то узнает о моем даре, то еще чего добро по голове дадут, скрутят по рукам и ногам, да в рабство пожизненное с извлечением из меня выгоды. Мне оно надо? Нет. Следует из любой, самой поганой ситуации извлекать пользу для себя.