Ловчий смерти

– Действительно, – улыбнулся правитель, – но, может, передумаешь? Я советую тебе передумать. Все эти забавы не для благородного человека. Смотреть… почему бы и нет… но участвовать… Неужели тебе настолько скучно жить?
– Игрок нарушил законы Арджаса.
– Я знаю.
– Предлагаю договор.
– Мне?!!
– Тебе.
– А ты дерзок, – правитель шутливо погрозил Ловчему пальцем, – но мне это нравится. Что ты можешь мне предложить?
На всякий случай Вергун спрятал руку с перстнем в складках плаща.
– Я обещаю тебе, что пройду оставшийся путь до самого конца, ну скажем меньше чем за две минуты.
– Но это невозможно, – правитель громко расхохотался. – Ты, наверное, шутишь?
– Отнюдь. Я говорю вполне серьезно.
Владыка Арджаса перестал смеяться:
– Что ж, попробуй, и я лично спущусь наградить тебя.
– Золото мне ни к чему.
– Тогда чего же ты хочешь?!!
– Если я пройду Колесо Судьбы до конца, отпустишь нарушившего правила игр чужака.
Правитель внимательно разглядывал дорого одетого незнакомца.
– Хорошо, – наконец изрек он, – ты сам сказал: две минуты. Дойдешь до конца, и я отпущу этого мерзавца. Хлебни для храбрости!
Сын Карны благодарно кивнул, принимая кубок.
Вино было превосходным.
Середина пути, пять сегментов. Всего лишь пять… Колесо поспешно перестраивалось, тасуя комнаты-ловушки. Из пятнадцати сегментов были оставлены лишь наиболее крупные, чтобы было где развернуться предстоящей бойне. Вергун быстро добрался до Красного Риона, спустившись вниз к сидящему у стены Алариху. Наемник вымученно кивнул.
– Ну как ты?
– Жить буду.
– Вот и отлично, сейчас за тобою придут.
Затем Ловчий повернулся к трибунам. Правитель величественно кивнул. Сын Карны усмехнулся. Железная решетка со скрипом ушла вверх, выпуская его на круглую арену. Нового игрока уже ждали. Десять «загонщиков». Десять разных видов оружия, десять смертей. Какую же выбрать? Забава для настоящего кровавого гурмана. Вергун медленно оглядел соперников и… растворился в воздухе.
Зрители вскочили со своих мест. Правитель от неожиданности выронил золотой кубок. «Загонщики» падали на посыпанную опилками арену, словно деревянные истуканы. Брызгала кровь, ломались клинки, вспарывались начищенные до зеркального блеска доспехи. Последний из убийц еще только оседал на колени с перерезанным горлом, а Вергун уже был в следующем сегменте. Помещение еще не успели подготовить, настолько стремительным было продвижение игрока. Испуганная обслуга бросилась врассыпную от огромной клети с гигантской неповоротливой тварью. Ловчий не стал здесь задерживаться, полосуя ревущему хищнику сухожилия на передних лапах. Серая туша содрогнулась и, завалившись на бок, развалила невыдержавшую клеть.
Следующий сегмент был пустым.
Звенели натянувшиеся цепи, деревянная комната неспешно погружалась вниз. Но обслуга не успевала ее заменить. Вергун все-таки проскочил. Полминуты. Вот он, предпоследний сегмент. В массивной каменной стене десятки бойниц. Неужели арбалетчики? Тут подготовиться, похоже, успели. Град Смерти – хорошая штука. Тут заканчивали свой путь самые лучшие, понимая, как жестоко их обманула судьба. На трибунах творилось что-то невероятное. Люди перебирались с места на место, давя и калеча друг друга, желая увидеть то, что происходило сейчас в проплывающем мимо сегменте Колеса. Волна быстро докатилась до того места, где сидел правитель. Охрана выхватила мечи. Вниз покатились срубленные головы. А исчезнувшая в дожде арбалетных болтов черная фигура уже благополучно пересекала пространство последнего сегмента, кажется, он назывался Огненный Бассейн. В любом случае так далеко не заходил ни один человек, поэтому Вергун не удивился, когда из дыр в полу так и не появилось пламя. Бутафория. Обман. К чему выдумывать что-то там, где ловушки уже бессмысленны?
В центре спирали на небольшом возвышении был установлен роскошный позолоченный престол. Сын Карны улыбнулся и, усевшись, положил ногу на ногу. Затем прислушался к внутренним ощущениям. Неплохо, он уложился в полторы минуты. У бедняги правителя наверняка будет сердечный приступ. Вергун с удовольствием потянулся, разминая плечи. Затем принялся безразлично рассматривать спешащего к нему перепуганного Стратега игр.
 
Алариха отпустили в тот же день. Рану на ноге обработали и даже вернули Северный Ветер. Вергун решительно отклонил предложение слуги правителя посетить дворец, чем наверняка привел владыку Арджаса в неописуемую ярость. Но никаких последствий дерзкий отказ не имел. Сыну Карны было интересно, выдал его Гроват или нет. По всему выходило, что не выдал. Видно, знает сотник, как любят и, главное, умеют мстить Ловчие Смерти.
Оставив Алариха в небольшой корчме, Вергун в одиночку принялся разыскивать постоялый двор, где мог заночевать благородный Славер. «Метреб» оказался закрытым, там недавно случился пожар. Поиски грозили затянуться на всю ночь.
Улицы Арджаса с наступлением темноты были по-прежнему людны. С одной лишь разницей: в праздно прогуливающейся толпе преобладали торгующие телом девицы и продавцы дурманящих снадобий. Снадобья продавались свободно, хотя и по ночам. По слухам, правитель сам любил туманящее мозги забвение, поэтому лояльно относился к подобным развлечениям. В Амастриде «торговцев грезами» вешали на позорных столбах. И впрямь мудра набившая оскомину истина: сколько городов – столько законов.
Героя Колеса Судьбы не узнавали. Не все могли себе позволить посещать игры, а Колесо было самой популярной забавой, соответственно, за вход брали дорого. Другое дело Золотой Песок или Поединки Отмеченных, где бились целые армии рабов.
Проблуждав около часа по ночному городу и не обнаружив даже следов людей Славера, Вергун медленно выехал к берегу озера. От воды веяло приятной свежестью. Противоположный берег скрадывала тьма, но его все равно не было видно даже при свете дня.
У причала дремали корабли.
Мощные угрюмые суда арденцев с обитыми железом острыми носами, изящные быстроходные лодки кринайцев, пузатые грузовозы арджуков и вовсе неизвестные Ловчему корабли, похожие своими очертаниями на хищных морских рыб.
Завтра они смогут нанять одно из этих судов, и кто знает, что ждет Сына Карны в далеких западных землях. Славер найдет там свою смерть. Непостижимая Мать уже пометила его своим холодным дыханием. Чужеземцу настал срок навсегда спуститься в Серую Зыбь. Вергун не смел предупредить его. Да и что бы это дало? Только бы навлек на себя гнев Матери. То, что должно случиться, непременно произойдет, и не в силах Ловчего вмешиваться в чью-то уже заранее предрешенную судьбу. Никто не смеет выбирать дороги. Дороги сами выбирают того, кто по ним пройдет. Думать по-другому – величайший самообман. Никакого выбора нет. Вергун лишился его много лет назад в странной, освещенной немеркнущим светом пещере. Он жалел и не жалел об этом. Так или иначе, но все было предрешено заранее, и одно это уже спасало рассудок, удерживало на грани, не позволяло сорваться в черный колодец собственного безумия.
Вечность?
Возможно.
Сотни, тысячи рассветов и закатов, бесконечная череда сменяющих друг друга времен года. Стрелы, летящие сквозь тебя. Соблазн был велик, и он сделал выбор. Но добровольно ли?
Вечность?
Но кому она на самом деле нужна?
 
9
Уже перед самым рассветом Вергун вернулся в корчму, где оставил Алариха. Седовласый наемник спокойно дремал за деревянным столом, тяжелый топор лежал у него на коленях. На столе кувшин с вином и грубая глиняная кружка. Сын Карны опустился на скамью рядом и заглянул в кувшин. Кувшин был пуст.
Не открывая глаз, наемник спросил:
– Ну что, отыскались наши?
– Нет, – ответил Вергун.
– Что будем делать?
– Пойдем на причал.
– Думаешь, Славер уже сегодня отправится в плавание?
– Я уверен в этом.