Иные (СИ)

Переписка всё равно не пролила точных деталей на ситуацию, но прорисовывалось всё так, будто бы у Уокера и некого мистического общества произошёл серьёзный конфликт. Лидия всегда писала будто бы не от своего лица, а ставя местоимение «мы» в каждом сообщении.
Не знаешь, что и думать, пришлось попросту пробить в картотеке Лидию Чемберлен, чтобы раздобыть личный номер её мобильного телефона. Таковых оказалось даже два, и я набрал для начала самый первый из высветившихся в городской базе.
— Алло? — послышался узнаваемый по недавней нашей беседе женский голос с того конца связи.
— Мисс Чемберлен? Это детектив Лэмбс, мы недавно общались. У меня возникли к вам новые вопросы… Понимаю, город в хаосе из-за тумана, но, быть может, мы могли бы всё-таки как-то встретиться и поговорить сегодня? — поинтересовался я максимально настойчиво.
— Ох, ну, если сможете добраться до музея… — проговорила она, нехотя, явно делая мне одолжение, — У нас, знаете ли, внутри тумана нет, туристы ходят по составленному расписанию. Через полтора часа у меня будет окно перед вечерней экскурсией, добраться-то сможете? Центр перекрыт, наземный транспорт не ходит, — предупредила она меня, — Добирайтесь через метро.
— Так и сделаю, — ответил я, представляя, какая сейчас там немыслимая давка.
Моё дело не настолько сверхважное, чтобы пытаться выбить у начальства вертолёт, к тому же приземляться в туман — такая себе идея. Правда, я уверен, что шум лопастей всю эту дымку снизу разгонит, площадку у музея будет неплохо видно, если уж на то пошло. Но я всё-таки решил прогуляться до ближайшей станции и подъехать к Музею Естественной Истории. Проблема в том, что от станции «Южный Кенсингтон» ещё нужно было минут десять шагать по туману в направлении музея. А от «Глостер-Роуд» шагать и того дальше, зато можно было бы выйти пораньше…
Так что я решил добираться по жёлтой кольцевой ветке, в надежде, что на станциях пересадок люди будут обильно выходить в направлении тех краёв Лондона, куда им нужно. На деле же людей наоборот всё прибывало, увеличивая толпу в вагоне с каждой станцией.
Жара и духота перемешивались с какофонией сладких ароматов духов, переплетаясь в таких немыслимых пропорциях, периодически смешиваясь ещё и с запахом пота, что дышать становилось ну попросту невозможно. Так ещё и давка такая, что в нужный момент попросту из вагона не вылезешь. Кругом брань, недовольство, постоянные склоки между пассажирами, втиснутыми в оправу вагонов, словно плотно уложенные в банку сардины.
Периодически к тошнотворному миксу ароматов ещё добавлялись запахи еды и соусов из фаст-фуда. От этого становилось только хуже, а желание вырваться на свежий воздух, пусть даже в непроглядную мглу воцарившегося тумана, возрастало в невероятных пропорциях.
Наконец, прибыв на нужную станцию и кое-как сумев вылезти из вагона, я поднялся наверх и выбрался на улицу из вестибюля «Саус Кенсингтон». Видимость здесь была ничуть не лучше. Словно это уже не туман, а какой-то дым, смог с горящих торфяных болот от дикой жары. А тот Лоусон так вообще приписывал такой дымке сверхъестественное происхождение, мол, всему виной колдовской ритуал.
Улицы были многолюдны, все куда-то спешили по своим делам, безопасно пересекая автомобильные дороги даже на красный сигнал светофора. Из-за дымки движение машин было сильно ограничено, а многие трассы и магистрали вообще перекрыты.
При таких условиях большинству городских жителей следовало бы вообще остаться дома, а не стараться всеми силами добраться до рабочих мест. Чрезвычайная ситуация всё-таки. Ничего не случится, если посчитать сегодняшний день за выходной, а потом назначить правлением какую-нибудь субботу рабочей. Почему до этого никто не додумался? Почему на улице царит кипишь и беспорядочное движение снующих туда-сюда граждан?
До музея я всё-таки добрался. Но стоит признать, что у участка видимость была изрядно дальше, чем сейчас, в этом районе, пока я шагал вполне знакомой дорогой к главному входу. На всякий случай взглянул на часы, чтобы успеть в назначенное время.
 
Нужно мэрии заказать какие-нибудь крупные вентиляторы да разогнать чёртов туман прочь, если такое продолжится завтра. Нельзя превращать Лондон в аномальную зону, тут за полдня рост преступлений достиг невероятного пика, страшно представить, во что обернётся привычный быт граждан, если эта мгла затянется.
Внутри здания же никакой дымки не было, кондиционеры работали на ура, делали своё дело, прогоняя чужеродный туман прочь из стен огромного исторического музея. Здесь было довольно людно, но в основном иностранцы, разглядывающие памятники древности и произведения античного искусства.
Я ещё раз набрал Лидию Чемберлен, чтобы уточнить место встречи. Может, она предпочтёт здесь какой-нибудь уютный уголок, конкретный зал, а, может, мы и вовсе отправимся куда-то из музея, чтобы посидеть за чашкой чая в ближайшем кафе.
— Алло? Это вы, детектив? — раздалось из телефонной трубки.
— Да, мисс Чемберлен, прибыл на место, где я могу вас найти? — поинтересовался я.
— Давайте, что ли, там же, где в прошлый раз, — предложила она встретится у ближайших экспонатов Синей секции.
Я согласился и направился туда, что ещё оставалось-то делать?! Музей я знал хорошо, идти тут к месту назначения было всего-ничего, единственное что, Синяя Зона всегда довольно многолюдна. В тот раз был вечер, мы стояли в одном из залов буквально вдвоём, а вот сейчас так уже не поговоришь.
А тема была у меня для разговора явно не для всеобщих ушей. Расспрашивать экскурсовода о колдовских практиках и её переписке с автором вампирских трактатов. Ну, и ну. Я даже не знал толком, с чего сейчас начать разговор, когда её увижу.
Она выглядела примерно также, как и вчера. Разве что на ней была другая обувь, тогда мне запомнились тёмно-красные туфли, а сегодня были чёрные. И, кажется, текстура чулок, выглядывающих из под плотной длинной юбки, мне показалась иной.
Волосы во взвинченный пучок, крупные очки любопытной формы, вздёрнутые острыми кончиками вверх, имеющие толстую красную оправу, яркие губы, строгий взгляд — всё как вчера, но сейчас она даже была не одна. Рядом с высокой женщиной ютилась маленькая полная старушка. Причём её небольшая голова казалась мне какой-то не пропорциональной к телу что ли. На ней была плотно застёгнутая на молнию спортивная по своей стилистике куртка, не смотря на ширь размера, такие же штаны в полоску по краям, заканчивающиеся незадолго до бледно-серых кроссовок.
Для её общей полноты, её голова отнюдь не обладала характерными щеками или традиционными для тучных людей чертами лица. Она смотрелась как-то нелепо, учитывая ширину плеч, и даже маленькие старческие пальцы морщинистых кистей с обилием выступающих вен, выглядели скорее худощавыми, нежели толстыми. Очень странная дама, но мало ли, чем бедняжке пришлось переболеть в своей жизни, что её тело приобрело вот такие пропорции.
Я приветливо кивнул им обеим, подойдя ближе к этой парочке возле экспонатов. Зал постепенно пустел — туристы уходили в обе стороны, насмотревшись на объекты древности и археологические находки, связанные с доисторической фауной и её разными представителями. Подождав в молчании пару минут, глазея по сторонам, чтобы остаться в достаточной степени «наедине», без чужих ушей, я, наконец-таки, первым нарушил воцарившуюся неловкую тишину нашей встречи.
— Сегодня я бы хотел спросить у вас о другом человеке, — проговорил я Лидии почти шёпотом, предупреждая, что теперь разговор уже не будет касаться её стародавней подруги.
 
— Мы с Эммой нашли свободную минутку, спрашивайте, о чём хотите, детектив, — заверила меня она холодным тоном, а старушка рядом только мило расплылась своими тонкими губами в подобие улыбки.
— Мисс Чемберлен, вам фамилия Уокер говорит о чём-нибудь? — начал я издалека.
— Возможно, о каком именно Уокере речь? — поинтересовалась она, явно занервничав.
— Даже не знаю, как и сказать. Один мужчина был найден убитым на кладбище, а за неделю до этого некая Лидия Чемберлен, вот с этого адреса электронной почты, — показал я ей скриншот со своего телефона, — Прислала ему какой-то непонятный текст, похожий на древнее, простите, заклинение. Как бы странно это не прозвучало.