Незримый клинок. Хребет мира. Море мечей

Робийярд еще раз взглянул на шар, а потом в задумчивости откинулся в кресле.
— Вы обнаружили капитана? — решился поинтересоваться Миканти.
— Да, — ответил чародей. — Иди сюда, посмотри-ка.
Миканти подошел к Робийярду, но в шаре теперь отображались не улицы Лускана, а какой-то корабль в открытом море.
— Там капитан? — спросил Миканти с тревогой.
— Нет-нет, — поспешил успокоить его маг. — Там Вульфгар или, по крайней мере, его чудесный молот. Я знаю это оружие, мне его описали очень полно. Я думал, что молот выведет меня на Вульфгара, и вот волшебный поиск привел меня на это судно, оно называется «Попрыгушка».
— Пиратское?
— Похоже, — ответил чародей. — Если Вульфгар действительно там, то мы скорее всего снова встретимся с ним. Хотя тогда рассказ Джози представляется несколько неправдоподобным.
— Вы можете связаться с капитаном? — по-прежнему с тревогой спросил Миканти. — И вернуть его сюда?
— Он меня не послушает, — усмехнувшись, ответил Робийярд. — Есть вещи, которые наш упрямый капитан Дюдермонт хочет узнать лично. Я буду неотступно следить за ним. А ты иди, позаботься о корабле. Удвой или утрой вахту и скажи, чтобы каждый был предельно внимателен. Если и в самом деле кто-то задумал убить капитана, он решит поискать его здесь.
Оставшись один, Робийярд вновь обратился к хрустальному шару, где воссоздал изображение капитана. И не удержался от сокрушенного вздоха. Правда, он этого ожидал, но все же расстроился, увидев, что Дюдермонт снова направился в небезопасную часть города. Он как раз прошел под указателем с названием улицы Полумесяца.
* * *
Если бы Робийярд мог получше осмотреть все вокруг, то заметил бы два силуэта, скользнувших по противоположной стороне улицы, по которой шел Дюдермонт.
Крипс Шарки и Ти-а-Никник торопливо прошли вперед, а потом, свернув в другой переулок, вышли на улицу Полумесяца как раз неподалеку от «Мотыги» и вошли в таверну. Шарки был уверен, что именно сюда и направляется Дюдермонт. Они заняли угловой столик справа от двери, прогнав двух сидевших за ним посетителей. Привольно рассевшись, они потребовали выпивку у Делли Керти. Когда же капитан Дюдермонт вошел в таверну и направился к стойке, на липах обоих появились гадкие ухмылки.
— Он не долго быть без Вульфгар нет, — заметил Ти-а-Никник.
Крипс, потратив, как обычно, некоторое время на то, чтобы понять, что он хочет сказать, кивнул. Пират хорошо представлял себе, где сейчас могут быть Вульфгар и Морик. Один его приятель выследил их в портовом районе чуть раньше.
— Не спускай с него глаз, — велел напарнику Крипс. Он взял приготовленную заранее сумку и двинулся к выходу.
— Слишком просто, — заметил Ти-а-Никник, имея в виду план, который разработал Крипс.
— В этом-то и прелесть, дружище, — ответил Крипс. — Морик слишком любит всюду совать нос, так что наверняка не выбросит. Нет, он ее возьмет, а тогда уж примчится к нам как миленький.
Крипс вышел на темную улицу и осмотрелся. Он без труда обнаружил нескольких мальчишек, сновавших по городу, исполняя чьи-то поручения или что-нибудь вынюхивая.
— Эй, мальчик! — окликнул он одного. Мальчишка, которому на вид было лет десять, не больше, внимательно посмотрел на него, но подходить не стал. — У меня есть для тебя работенка, — пояснил Крипс, показывая сумку.
Мальчик нерешительно приблизился, с опаской поглядывая на страшного пирата.
— Возьми-ка это, — сказал Крипс, протягивая сумку. — И не смей в нее заглядывать! — прикрикнул он, когда парнишка потянул за шнурок, чтобы досмотреть, что внутри.
Но тут же Крипс понял, что мальчишка может вообразить, будто в сумке лежит что-то ценное, и просто сбежит с ней. Тогда он вырвал мешок из рук мальчика и сам раскрыл его, показывая содержимое. Там лежали несколько коготков, вроде кошачьих, небольшой флакон с прозрачной жидкостью и какой-то невзрачный камень.
— Ну что, посмотрел? Теперь знаешь, что воровать здесь нечего, — сказал Крипс.
— Я не ворую, — обиделся мальчик.
 
— Ну да, само собой, — усмехнувшись, ответил Крипс. — Ты же хороший мальчик, верно? Так вот, знаешь парня по имени Вульфгар? Большой такой, с белыми волосами, он тут вышибалой работал?
Мальчик кивнул.
— А друга его знаешь?
— Морика Бродягу? — спросил мальчик. — Его все знают.
— Вот и хорошо, — сказал Крипс. — Они сейчас в доках или на пути сюда. Я хочу, чтобы ты их нашел и отдал вот это Морику. Скажи ему и Вульфгару, что капитан Дюдермонт хочет встретиться с ними в «Мотыге». По поводу большого молота. Можешь это сделать?
В ответ на дурацкий вопрос парнишка ухмыльнулся.
— А сделаешь? — уточнил Крипс. Сунув руку в карман, он показал ему серебряную монету. Однако не отдал, а, подумав секунду, вытащил еще несколько монет. — Пусть твои друзья ищут по всему Лускану, — сказал он, протягивая деньги вытаращившемуся на такое богатство мальчишке. — А ты получишь еще больше, если приведешь Вульфгара и Морика в «Мотыгу».
Паренек мигом сгреб монеты, развернулся и исчез в ночной тьме.
Вернувшись к Ти-а-Никнику, Крипс довольно улыбался. Он был уверен, что этот юнец вместе с ордой маленьких проныр вскоре сделают то, что он велел.
— Он просто ждет, — сказал Ти-а-Никник, показывая на капитана, облокотившегося на стойку и неторопливо потягивавшего вино из стакана.
— Терпеливый, — протянул Крипс, обнажая в ухмылке желтые зубы. — Если бы он знал, сколько ему осталось жить, он бы, наверное, время не тянул. — И он сделал приятелю знак уходить. Вскоре они забрались на одну не очень высокую крышу, откуда был хорошо виден вход в таверну.
Ти-а-Никник достал из-под рубашки на спине длинную трубку, затем вынул из кармана кошачий коготь с привязанными к нему перышками. Действуя с предельной осторожностью, дикарь встал на колени, развернул правую руку ладонью вверх и, держа коготь в левой, сдавил маленький конвертик, спрятанный за браслетом на правом запястье. Он давил все сильнее, пока пакетик не лопнул и оттуда не вытекла капля густой жидкости. Большая часть ее попала на приготовленный коготок, который он затем вставил в духовое ружье.
— Ти-а-Никник тоже терпеливый, — осклабившись, сказал дикарь.
  
Глава 8
 
НЕЖНЫЕ ЧУВСТВА
 
— Боже, ты только посмотри! — воскликнула Биаста Гандерлей, помогая Меральде надеть новое платье, которое прислал ей лорд Ферингал. Лишь сейчас, когда девушка сняла сорочку с присборенным и плотно охватывавшим шею воротником, которую носила весь день, ее мать увидела все синяки и кровоподтеки, покрывавшие шею и плечи, намного более крупные, чем те два, что виднелись на липе. — Ты не можешь пойти, нельзя, чтобы лорд Ферингал увидел тебя такой, — запричитала она. — Что он о тебе подумает?
— Тогда я не пойду, — с готовностью согласилась Меральда, но Биаста только еще больше засуетилась. На изможденном лице женщины, так неумолимо напоминавшем девушке о болезни матери и о единственном способе ее спасти, появилось озабоченное выражение.
Девушка больше не поднимала глаз, а Биаста между тем перебирала содержимое буфета, гремя ящиками и склянками. Она нашла пчелиный воск и лаванду, масло и камфарный корень, потом поспешно вышла из дома за светлой глиной, которую следовало добавить в смесь. Вскоре она вернулась в комнату дочери, держа ступку и энергично работая пестиком.
— Я скажу ему, что это вышло случайно, — предложила Меральда матери, принявшейся замазывать се синяки и ушибы. — Если бы он сам нечаянно свалился с каменной лестницы в замке Аук, у него были бы такие синячищи, что мои в сравнении с ними ничего бы не стоили.
— А это действительно вышло случайно? — с подозрением уточнила Биаста, потому что дочь уже сообщила ей, что задумалась и налетела на дерево.
Девушка прикусила губу: ей не хотелось говорить матери правду и сознаваться в том, что любимый, обожаемый отец избил ее.