Незримый клинок. Хребет мира. Море мечей

– Но дворец гильдии охраняется солдатами, которые никогда даже не видели Артемиса Энтрери, – возразил чародей.
– У дворца гильдии есть свои тайные слабые места, – негромко ответил убийца.
– Но на двери, – продолжал Ла Валль, – есть… были и другие ловушки.
Энтрери напустил на себя скучающий вид, и Ла Валль не стал больше допытываться.
– Ну что ж, – сказал маг, проходя мимо нежданного гостя в кабинет и жестом приглашая его за собой. – Если хочешь, я могу заказать сюда отличный обед.
Энтрери сел напротив Ла Валля и покачал головой:
– Я пришел не есть, а узнать кое-что. Уже известно, что я в Калимпорте.
– Многие гильдии это знают, – подтвердил Ла Валль. – Да, и я знал. Я увидел тебя в хрустальном шаре, как, несомненно, и другие чародеи. Ты не слишком-то таился.
– А надо было? – спросил Энтрери. – У меня здесь нет врагов, насколько я знаю, и у меня нет ни малейшего желания наживать новых.
Ла Валль рассмеялся над нелепостью этого заявления.
– Нет врагов? – переспросил он. – Да ты только и делал, что приобретал их. Это ведь побочный продукт твоего темного ремесла. – Однако его смех быстро оборвался, поскольку убийца, очевидно, не находил в этом ничего забавного, а волшебник внезапно осознал, что потешается над самым опасным человеком в мире.
– Почему ты следил за мной? – спросил Энтрери. Ла Валль развел руками в знак того, что ответ и без того очевиден:
– Это моя работа в гильдии.
– Так, значит, ты доложил главе гильдии о моем возвращении?
– Паша Квентин Бодо стоял за моим плечом, когда твое изображение появилось в хрустальном шаре, – сказал Ла Валль.
Энтрери молча кивнул, и чародей беспокойно заерзал.
– Я, конечно же, не думал, что это будешь ты, – начал оправдываться он. – Если бы я знал, то снесся бы с тобой заранее, прежде чем доложить Бодо, чтобы узнать о твоих намерениях и планах.
– Какая похвальная преданность, – холодно бросил Энтрери, и от чародея не ускользнула двусмысленность этого замечания.
– Я не притворяюсь и не даю никаких обещаний, – ответил он. – Тем, кто хорошо меня знает, известно, что я не делаю почти ничего, чтобы повлиять на распределение власти, и служу тому, чья чаша весов перевесила.
– Что ж, довольно трезвая позиция, – согласился Энтрери. – И все же только что ты сказал, что известил бы меня, если бы знал о моем приезде. Ты же дал обещание, чародей, – обещание служить. Но разве ты не нарушил бы обязательства по отношению к Квентину Бодо, предупредив меня? Пожалуй, я знаю тебя не так хорошо, как думал. Наверное, твоя преданность не стоит доверия.
– Я по своей воле сделал для тебя исключение, – пробормотал Ла Валль, ища выход из логического тупика. Он ничуть не сомневался, что Энтрери постарается его убить, если решит, что ему нельзя верить.
– Одно твое присутствие перевесит чашу весов в пользу того, кому ты служишь, – нашелся он наконец. – Поэтому я никогда добровольно не буду предпринимать что-либо против тебя.
Энтрери молчал и лишь пристально смотрел на Ла Валля, который снова беспокойно заерзал. Но на самом деле Энтрери не думал причинять вред Ла Валлю, и у него было мало времени на подобные игры, поэтому он сразу разрядил образовавшееся напряжение.
– Расскажи-ка мне о нынешнем положении гильдии, – сказал он. – Расскажи мне о Бодо, о его лейтенантах и о том, насколько разветвлена уличная сеть гильдии.
– Квентин Бодо очень милый человек, – с готовностью начал Ла Валль. – Он не убивает, если только его не вынуждают к тому обстоятельства, и не грабит тех, кто не сможет оправиться от потери. Однако многие его подчиненные, а также некоторые другие гильдии считают, что подобная мягкость – недостаток, а потому его правление не идет гильдии на пользу. Мы сейчас далеко не так могущественны, как при паше Пууке или при тебе, когда ты отобрал власть у хафлинга Реджиса. – Он углубился в подробности состояния гильдии, и убийца только поражался, как сильно уменьшилось бывшее хозяйство паши Пуука. Улицы, которые он контролировал прежде, теперь были далеко за пределами территории гильдии, а проспекты, разграничивавшие зоны влияния, переместились значительно ближе к его дворцу.
 
Энтрери не особенно заботили процветание и упадок гильдии Бодо, он интересовался ими лишь ради себя самого. Убийца пытался сориентироваться в текущем распределении сил в подпольном мире Калимпорта, чтобы ненароком не накликать на себя гнев какой-нибудь гильдии.
Ла Валль продолжал рассказывать о командирах, высоко отозвавшись о возможностях молодого Челси и очень серьезно предупредив убийцу о Псе Перри, хотя Энтрери это вряд ли могло встревожить.
– Будь настороже, – не отступал Ла Валль, видя, что убийца слушает его, откровенно скучая. – Пес Перри стоял рядом со мной, когда мы за тобой следили, и его не очень обрадовало возвращение Артемиса Энтрери в Калимпорт. Одним своим присутствием ты подрываешь его положение, потому что он считается довольно дорогим наемным убийцей, и так думает не только Квентин Бодо. – Энтрери по-прежнему не реагировал, и Ла Валль подлил масла в огонь. – Он хочет стать вторым Артемисом Энтрери, – прямо заявил он.
Тут Энтрери негромко засмеялся. Не потому, что сомневался в способности Пса Перри осуществить свою мечту, и не потому, что почувствовал себя польщенным. Его позабавило то, что этот Пес Перри не понимал: то, что ему было нужно, надо искать в другом месте.
– Он может воспринять твое возвращение не просто как досадную помеху, – продолжал Ла Валль. – Скорее как угрозу или даже… шанс.
– Тебе он не нравится, – не преминул заметить Энтрери.
– Он убийца, не признающий дисциплины, и почти непредсказуем, – ответил чародей. – Как стрела, пущенная слепцом. Если бы я доподлинно знал, что он за мной охотится, я бы не особенно боялся. Но всех нас несколько… беспокоят его неразумные действия.
– У меня нет никаких притязаний на место Бодо, – заявил Энтрери после довольно долгой паузы. – Напороться на кинжал Пса Перри у меня тоже нет ни малейшего желания. Так что это не будет предательством по отношению к Бодо, если ты, маг, будешь держать меня в курсе событий – по крайней мере хоть этого я вправе от тебя ожидать.
– Если Пес Перри решит напасть на тебя, ты об этом узнаешь, – заверил его Ла Валль, и Энтрери понял, что он не лжет. Этот Пес Перри, зеленый юнец, выскочка, надеялся упрочить свое положение одним-единственным ударом кинжала. Но Ла Валль понимал, кто такой Артемис Энтрери. И хотя чародей опасался разозлить Пса Перри, возможность прогневить Энтрери повергала его в ужас.
Энтрери посидел еще немного, раздумывая о странностях своей славы. Он много лет был наемным убийцей, и из-за этого многие желали бы уничтожить его. Но по этой же причине те, кто боялся его, готовы были на него работать.
Само собой, если бы Пес Перри убил его, преданность Ла Валля Энтрери сразу приказала бы долго жить. Маг переметнулся бы к новому королю наемных убийц.
На взгляд Артемиса Энтрери, все это было лишенной смысла мышиной возней.
– Ты просто не понимаешь своей выгоды, – недовольно проговорил Пес Перри, с трудом сохраняя спокойный тон, хотя на самом деле ему хотелось придушить этого труса.
– А ты слышал, что о нем говорят? – возразил Челси Ангуэйн. – Он убивал всех, от глав гильдий до боевых магов. Каждый, кого он решал убить, умирал.
Пес Перри сплюнул.
– Тогда он был моложе, – сказал он. – Он был человеком, перед которым благоговели многие гильдии, включая Басадони. У него были связи и надежные защитники, у него было множество влиятельных помощников. А теперь он один, его никто не прикрывает, к тому же он уже не так проворен, как в молодости.
– Все-таки стоит подождать, узнать о нем побольше и выяснить, зачем он вернулся, – рассудил Челси.
– Чем дольше мы будем выжидать, тем больше возможностей у Энтрери восстановить старые связи, – быстро возразил Пес Перри. – Какой-нибудь маг, глава гильдии, соглядатаи на улицах… Нет, если ждать, то мы не сможем выступить против него, не рискуя развязать войну между гильдиями. Ты же сам понимаешь, чего стоит Бодо, и не можешь не видеть, что такую войну нам не пережить.