Эритопия (СИ)

С другой стороны — рунология. То, что мне показали, это лишь малая часть возможностей и, возможно, мне было бы интересно научиться добавлять статы к вещам. Рунолог всего один, так что моя помощь может понадобиться. То же самое касается изучения новых технологий — интересного много, а заниматься некому. Нет специалистов — нет прогресса. Эх, как же не хватает людей, а особенно — знающих. Тех кто и теорию знает и практиковался несколько лет.
Но что же делать сейчас? Нужно выбирать — остаться в деревне, отправиться на разведку, уничтожая опасные зоны, зачищая данжи и получая за это книги навыков или отправиться к башне и прокачиваться по мере уничтожения противников?
  
Глава 28
 
— Что ещё я пропустил? — спрашивал я Олега, после того как они со Ставром увели меня в другую комнату.
— Да ничего такого, — почесал голову первый, — просто обсуждали положение в деревне.
— Ага, — дополнил его Ставр, — как бы сделать накопители маны да защитить частокол от магии, сделав подобие купола, что использовала нежить во время осады.
— Это да, — задумался в свою очередь я. А ведь действительно, эта фигня не пропускала магию, даже в физическом воплощении. Камни земляных магов обращались в пыль, а ледяные глыбы просто испарялись при соприкосновении с барьером, внутри барьера магия не действовала и все попытки активировать ловушки не увенчались успехом. Мы так и не поняли, что это было — заклинание или артефакт. Уж больно неожиданно эффект пропал. — И что решили?
— Решили переложить этот вопрос на лапров, — усмехнулся Олег, усаживаясь на диван, в противоположном от меня углу. — Всё равно они сейчас почти ничего не делают, готовятся к посевной.
— Нужно было бы Омусла позвать, — сказал Ставр, развалившись в кожаном массивном кресле, принесённом из инста, расположенном напротив дивана, а я попытался вспомнить кто же этот Омусл, пока не дошло, что о Лаприкантах речь, значит кто-то из них. Точно — он там главный. — Может и он что дельное мог бы предложить.
— Кто? Я? — ворвался в комнату Конрад, услышав видимо только последнюю часть предложения.
— Да не ты, — поморщился маг земли, — о лаприкантах речь.
— А-а-а-а, — протянул парень и, улыбнувшись, плотно прикрыл двери, подбежал к нам и присев на диван рядом со мной, шёпотом спросил: — Ну и как они?
— В смысле? — опешил я.
— В прямом! — выпалил он. Увидев недоумение на моём лице, добавил: — В постели.
— Да иди ты, — отмахнулся я, а парни засмеялись.
— Что такого смешного я сказал? — не понял Конрад. — Красивые девчонки спят в одном доме с тобой. Не так же просто поселились! — вскинул он брови и быстро добавил: — Вот, у тебя уже гарем начал образовываться: Марка, орчанка, две лапры.
— Понимаешь, — ответил я, — тут такое дело. Девушки конечно при формах, но ты не забыл какого роста лапры?
— Нет, а что?
— Они ростом по пояс, — продолжил объяснять ему. Вот вроде человеку уже восемнадцать, а ведёт себя как маленький. Не понимает элементарные вещи... Или это у него гормоны играют? — Для меня они выглядят как дети и при мыслях о сексе с ними возникает ассоциация с педофилией, к которой у меня стойкая неприязнь.
— Ладно, а что с орчанкой? — не давая мне перевести дух, с нетерпением спросил парень.
— Да ничего, — устало вздохнул я. — Даже объяснять не буду.
— Получается ты ксенофоб?
— Сам ты ксенофоб. Нет у меня к ним неприязни, как впрочем и к нашим девушкам, — тяжело вздохнул я и тут же добавил, чтобы избежать лишних вопросов: — Хоть я и не импотент, но пока воздержусь от подобных отношений просто потому, что не могу отойти от выходки своей пассии.
— Понятненько, — выражение лица стало преобразовываться в грустное, он окинул взглядом стол и не найдя там ничего съестного, встал и направился к дверям. — пойду я тогда пожалуй, пока Светка все орехи не стрескала.
На это заявление Ставр только рассмеялся, а мы с Олегом улыбнулись. Действительно, девушка нашего земляного мага очень любила орехи с мёдом, чем и воспользовался бывший разведчик, завоёвывая её сердце. Как оказалось, не только у мужчин путь к сердцу лежит через желудок.
 
— Кстати, а что по оркам, — спросил я, когда дверь за парнем закрылась. — Чем они будут заниматься?
— Тем же, чем и раньше, — ответил Олег, — мужики инсты проходить, бабы хозяйством заниматься, — тут он усмехнулся, вспомнив что-то весёлое. — Тут некто предложил Бругу установить защитные тотемы вдоль стены, так тот только расхохотался. Их тотем — просто статуя богу, которому они поклоняются. Ни о каких защитных функциях речи тут не идёт. Даже их шаманы по сути обычные люди... — запнулся он, — то есть орки, просто более опытные и знающие больше других.
— Кстати, вы заметили, что среди орков в основном распространена магия касающаяся их оружия? — произнёс Ставр. — А среди орчанок очень много хилов.
— В общем-то да, — спустя пару секунд ответил Олег.
Мне оставалось лишь кивнуть. Не признаваться же, что не интересовался данной темой, хоть и нужно бы.
— Я тут прикинул, — продолжил Ставр, сев в кресле прямо, — получается каждый получает те навыки, которые наиболее близки именно ему. Птаха получил инвиз за двести ловкости и очень полюбил уничтожать монстров со спины. Кинжалом. Хотя, стоит признать что и стреляет он лучше многих. Олег — владение тела и сменил роль ДД на танка. Я предрасположен к магии земли, — улыбнулся он, — всегда нравилось строить замки из песка.
— Ага, — поддержал его Олег, — а Дестр тоже не зря берсерка в навыках получил. Всегда стремится влезть в драку, не задумываясь о последствиях и ему пока что везёт.
Мысленно хмыкаю. Один раз поведал о своих навыках и надо же, запомнили.
— Знаешь, — прищурившись сказал Ставр, — а ведь в этом что-то есть. Точно! Дестр псих. Я читал как-то давно статью о солдатах во время реальных боевых действий. Там что-то такое говорилось о том что четверть перед боем ссит, а то и испражняется. Представляю, что бы тут творилось, если бы не игровые условности с некоторыми физическими потребностями. Но не это суть, — нахмурился он и на пару секунд прервался, вспоминая или подбирая слова. — Суть в том, что среди солдат всего два процента способные убивать.
— Да ладно, — недоверчиво воскликнул Олег. — Всего два процента способны убивать?
— Да. Именно! — продолжил маг. — Убивать, сознательно целиться во врага, точнее в другого человека. Остальные просто стреляют в ту сторону, где расположен противник.
— Ладно, — согласился Олег, а я просто хочу дослушать почему меня обозвали, и не вмешиваюсь в разговор. — И причём тут психи?
— Вот тут-то на первый план выходят исследования американских психологов, которые по заказу Пентагона разбирались почему так происходит, — поднял он вверх указательный палец, показывая что на это нужно обратить внимание. — Они четко и аргументировано показывают, что эти два процента — психопаты. У которых и до призыва в армию были серьезные проблемы с психикой.
— Но тогда получается, — вмешался я, — что мы все тут психи. С другой стороны, это исследование проводила американцы и на русских данное правило может не распространяться.
— Вполне возможно, но опрос они проводили в том числе среди российских ветеранов Афганистана и Чечни — кивает Ставр, снова откинувшись на спинку. — Суть исследований в том, что сама биология человека, его инстинкты против того, чтобы убивать себе подобных. В то же время, эти два процента психопатов, являются стопроцентной ударной силой войск в тесных боях. В гражданской жизни они, как правило, сидят в тюрьмах.
 
Похоже заразил я своими словами-паразитами местных. Вон «суть», «не суть» зачастил.
— Почему именно в тесных боях? — вдруг спросил Олег, нахмурившись, видимо что-то из рассказанного его зацепило.
— Потому что не видя противника, как говорится «в лицо», эффективность уничтожения возрастает, поэтому наиболее результативны, в плане уничтожения, бомбардировщики и артиллерия, — грустно улыбнулся Ставр и дополнил: — В нашем случае — ещё и маги.