Генерал-губернатор (СИ)
Японец не выглядел смущенным, как может выглядеть человек только совершивший подлость, совсем наоборот — он выглядел абсолютно довольным собой и полностью невозмутимым.
— Честь?
— Да, мистер де Лавардан. Мы могли бы выстрелить в вас исподтишка, когда вы только переступили порог моего дома, но вместо этого вступим с вами в бой на мечах — окажем причитающуюся вам честь.
— А в чем ваша честь? Убить вчетвером одного противника?
— Конечно же! — убежденно ответил японец. — Вся суть в победе, а не в методе. Вы очень хитрый, коварный и сильный враг — и я горд, что смог обмануть такого. Вам с вашим европейским лицемерием трудно будет понять. Впрочем, считайте, что это военная хитрость.
— Очень интересно. То есть, все было задумано заранее?
— Вы правы, мистер де Лавардан, — Омура отточенным движением еще раз поклонился. — Мои друзья прибыли в Америку специально, чтобы убить вас и ждали в моем доме, когда вы приедете со мной. Ранее, мы планировали устроить тайное покушение, но я убедил всех поступить по моему замыслу. Согласитесь, прекрасная и изящная задумка.
«Я в Америке уже полтора месяца и японам вполне хватило времени подтянуть сюда специалистов… — подумал я. — Вот только почему такой сложный и непрактичный способ? Почему мечи? Полный идиотизм, если честно. Разве что они принадлежат к какой-то неправительственной тайной организации самураев и убийство мечом какая-то дань тупой древней традиции? Либо просто сдуру решили поиграть в европейское благородство? А вот хрен его знает. Впрочем, не исключаю, что за стенами зала притаилась еще группа поддержки, которая при нужде исправит глупость этих идиотов. Надо бы порасспросить, пока есть возможность…»
И одобрительно кивнул.
— Да, мистер Омура, очень неплохо.
— Я рад что вы оценили, мистер де Лавардан, — серьезно ответил полковник.
— Вы принадлежите к «Кокурюкай» или «Гэнъёся»? Не откажите в ответе.
— Второй вариант, — вежливо ответил Омура. Остальные самураи при этом исполнили дружный поклон. — Но наша встреча начинает напоминать дешевую постановку. Пора приступить к делу.
— Я не против… — после секундной паузы, согласился я. — Как будет проходить поединок? Вы будете нападать по одному или…
— Мы нападем все вместе, — сообщил японец. — Не стоит затягивать действо. По традиции, я должен представиться вам… — полковник исполнил церемонный поклон. — Я Хейко Омура, мой предок Ёсие Минамото по прозвищу Хатиман первым взошел на стены неприступной твердыни Какуромото и прославился доблестью в веках. Я Хейко Омура равен тысячи, и я принесу твою голову императору Александр Любич!!!
Дальше пошло в том же духе. Самураи по очереди представлялись, упоминали своих доблестных предков и всячески бахвалились.
Из всего этого бреда, я только разобрал, что со мной кроме Омуры собираются сражаться Тайро Масакада, Хадзивара Кейдзо и Комакура Гогоро — тот самый молодой — все как один благородные и доблестные воины, имеющие не менее благородных предков.
Выслушав японцев, я тоже исполнил придворный средневековый поклон.
— Ну что же, позвольте представится и мне. Я заслуженный тренер России по фехтованию на сабле Александр Лемешев и штабс-ротмистр императорского пограничного корпуса Александр Любич, а также кавалер орденов Дракона и Золотого Руна, баннерет Бургундии, виконт де Лавардан и Рокебрен, граф де Грааве, пэр Англии граф Албемарл, сеньор де Молен, барон ван Гуттен и, наконец, граф божьей милостью Жан VI Арманьяк.
Мой первый отец — вошел в Берлин в числе первых и удостоился награды из рук самого повелителя Иосифа. Второй отец — храбро сражался с турками, покрыл себя славой и лично убил штыком Исмет-пашу — турецкого военачальника. Не уверен, что его именно так звали, но не суть, турков батя крошил знатно. Ну а третий отец — граф божьей милостью Жан V Арманьяк, в свое время воевал с королем Франции Людовиком XI по прозвищу Всемирный Паук и покрыл себя славой в веках. А я… ну да ладно, это сильно долго. А уж мне, совсем не составит труда уничтожить таких глупцов как вы. Все дело в том…
Японцы разом вытаращили на меня глаза. На плоских лицах помимо злости просматривалось откровенное недоумение.
— Дело в том, что вы идиоты… — продолжил я с ехидной ухмылкой. — Что вы, полные идиоты, приперлись со своими железяками на перестрелку, куда умные люди ходят с пистолетами…
В зале прогремело один за одним три выстрела. Фактически один строенный выстрел.
На месте переносицы Тайро Масакада образовалась кровавая вмятина и он медленно осел на татами. Хадзивара Кейдзо рухнул с аккуратной дырочкой точно по центру лба, а Комакура Гогоро опрокинулся, зажимая уже пустую глазницу.
Острый запах сгоревшего пороха и смрад крови перебил аромат курившихся благовонных палочек на алтаре.
Я великолепный фехтовальщик, можно даже сказать, выдающийся. Да что там — если скажу — гениальный — это тоже будет вполне соответствовать действительности. Я всем сердцем люблю холодное оружие, люблю трепетно и нежно, я отправил на тот свет с помощью острого железа сотни, а может даже тысячи людей. И отправлю еще, но бывают случаи… когда без пистолета не обойтись. Ну никак не обойтись. К примеру, вот такого, как этот. Маленький «карманный» пятизарядный «бульдог» производства бельгийской оружейной компании «Лепаж», увесистого.450 калибра, с двух с половиной дюймовым стволом и щечками из мамонтовой кости на рукоятке типа «клюв попугая». Словом, замечательное оружие!
Вот честно, я с удовольствием сразился бы с Омурой, для чего и взял меч с дагой. Но вполне предчувствуя, что косоглазые могут выкинуть какой-то фортель, перед отбытием позаимствовал у Мадины револьверчик. Да, на президентском балу строго запрещено оружие, но дам никогда не досматривают, чем я и воспользовался, напихав в сумочки своих девочек кучу компактного огнестрела. А когда переодевался, тайком запихнул револьверчик сзади за пояс. Кто молодец? Я молодец, три тысячи распутных монашек!!! Давно живу, много видел…
Едва самураи приземлились на пол, как за стенами тренировочного зала грохотнула басовитая очередь, следом еже одна, в промежутке между которыми бабахнул оглушительный дуплет.
Скрипнула дверь, сначала показался дымящийся ствол пулемета, а следом за ним громадная туша Луки.
— Вечно ты, Християныч, вляпаешься в какое-нить дерьмо… — укоризненно пробасил великан. — Я все понимаю, но косоглазым верить? Тьфу…
— Япона — блять! — коротко подытожил Тайто, протискиваясь мимо своего друга в зал с лупарой наперевес. — Тама еще четыре косой блядь ждала. Уже не ждет…
Омура вдруг пронзительно заверещал и бросился на меня.
Я собрался встретить его клинком, но тут саданул еще один дуплет. Колено полковника разметало кровавыми лохмотьями, а сам он кубарем покатился на татами.
— Вот тока не надо, Християныч… — Лука строго погрозил мне пальцем. — Знаю я тебя…
— Зачем резать, если стрелить можна? — Тайто ловко перезарядил лупару.
— Уже и погеройствовать не дают… — беззлобно пробурчал я. — Мот в сортир начнете меня провожать? Ну да ладно, что там?
— Все чисто, — доложился Мудищев. — Бабу евоную прибили слегка, да повязали. Что с ней дальше?
— Тащите сюда. Впрочем, несколько минут у вас есть — можете попользовать.
— Не-а, — великан скривился. — Фу, брезгую, Християныч, ей Богу брезгую. А ты, малой? Да не топорщись, я тока спросил, ты вечно в кого ни попадя суешь. Нет так нет. Ну ладно, ты тут кончай фофана, а мы пошли. Тока поторопись, Християныч, домик на удалении, но мало ли что. Идем, малой…
Дружная парочка убралась из зала, а я подошел к скорчившемуся на полу Омуре.
— Вы самый лучший враг… — прохрипел японец. — Лучший…
— Не жалуюсь, — я скромно развел руками.
— Разрешите мне сделать сепукко! — в глазах полковника блеснула надежда.
Я на мгновение задумался. Благородство очень приятная штука, но, увы, обстоятельства всегда против. Хотя… несколько минут у нас есть, можно устроить шараду для полиции.