Находка Шторма (ЛП)

Саманта Тоул
Находка Шторма
Глава 1
Шторм
– Мы «Slater Raze». С вами было чертовски круто!
Я ухожу со сцены, когда Рейз заканчивает говорить, передавая свою гитару одному из настройщиков. Сегодня я совсем не чувствую связи с залом. Не только сегодня, а вообще в последнее время.
Музыка всегда будет моей жизнью. Но сейчас мне чего-то не хватает. Меня наполняет пустота. И неважно, сколько кокса я принял, сколько травки выкурил, сколько употребил виски и с каким количеством женщин переспал. Ничто не может заполнить ее.
Мне двадцать четыре года, но я начинаю думать, что уже перегорел.
Но разве это трагедия для Лос-Анджелеса?
Не то, чтобы я не выложился полностью на этом концерте, пока находился вместе со своей группой на сцене. Я всегда так поступаю. Просто в последнее время все это больше походит на рутину, чем на взрыв эмоций.
Я хватаю закрытую бутылку воды, проходя мимо столика, выпиваю ее и иду в раздевалку. Вхожу в комнату, наслаждаясь покоем, хотя знаю, что это ненадолго. Усаживаюсь на диван и закуриваю сигарету, когда в комнату входит Рейз. Он снимает майку, отбрасывает ее в сторону, хватает чистую, оставленную здесь для него, и натягивает ее. Рейз всегда адски потеет на сцене. Хрен его знает, почему. Он хватает один из стульев, стоящих возле туалетного столика, и придвигает его к себе. Поворачивает его и садится.
– Ужинал? – спрашивает меня.
– Нет.
Я бросаю ему пачку сигарет и зажигалку. Парень ловит их и вынимает сигарету, зажимая ее между губами. Прежде, чем воспользоваться зажигалкой, он убирает свои длинные волосы с лица и собирает их, используя резинку, стянутую с запястья. Наконец, Рейз затягивается сигаретой. Его слова выходят вместе с дымом.
– Хороший концерт?
– Ага. — Это все, что я могу ему ответить.
– Ты быстро ушел со сцены.
Я пожимаю плечами.
– Что-то случилось?
– Ничего. Просто хотел покурить.
Он наблюдает за мной. Дело в том, что Рейз – умный ублюдок, и он хорошо меня знает. Парень – мой лучший друг еще с тех пор, как я переехал в Лос-Анджелес.
Я познакомился с ним, когда его отец был продюсером известнейшей в мире группы «Mighty Storm», которая стала моей официальной и неофициальной приемной семьей. Рейз всегда находился в студии со своим отцом. И я был там, потому что Джейк, Том, Денни и Смит тоже были там, а где были они, там был и я.
Моим биологическим отцом был Джонни Крид.
Джонни был гитаристом в «Mighty Storm». Он погиб в автомобильной катастрофе, когда мне было около пяти лет. Я никогда не знал его. И он никогда не видел меня. Моя мама прятала меня от друзей отца столько, сколько это было возможно. Но когда ей сообщили о том, что она больна раком в последней стадии, мне было всего тринадцать, и она обратилась к Джейку. Моя мама была поклонницей ТMS1. Она переспала с Джейком и Джонни примерно в одно время, а затем забеременела мною. Тогда образ жизни Джейка и Джонни был очень похож на тот, каким сейчас живу я. Женщины, наркотики, пьянство, постоянные вечеринки и бесконечные путешествия.
Мама не хотела растить ребенка в таких условиях.
Мне потребовалось много времени, чтобы понять, почему она держала меня подальше от отцовской группы. Только, живя своей нынешней жизнью, я понимаю ее решение. Так что она ушла и скрывала меня почти до самой смерти. И хотя я похож на отца, пришлось делать тест ДНК, чтобы документально это подтвердить. Когда пришли результаты анализа, я официально стал сыном Джонни Крида.
Джейк перевез меня и маму в Лос-Анджелес. Когда мама умерла, я переехал к Джейку, его жене Тру и их детям: Джей-Джею, Билли и Белле. Мой дедушка, отец Джонни, тоже переехал с нами. Но дедушка умер три года назад. У него был инсульт, от которого он так и не оправился. Исчез последний человек с той же кровью в венах, что и у меня.
Еще когда был жив мой дедушка, Джейк и Тру усыновили меня. Моя мама сама попросила их об этом. Она хотела, чтобы после ее смерти у меня был законный опекун. У меня появилась настоящая семья. И я люблю их всех. Правда.
 
Но, на самом деле, музыка всегда была моим домом. Я нигде не чувствовал себя лучше, чем когда находился в студии с группой. Но, в конце концов, Рейз отдалился от отца, когда тот решил, что предпочитает пить, а не работать. Теперь этот засранец просто тратит свои дни впустую и использует своего единственного сына.
Но это история для другого раза.
Но мы с Рейзом продолжали дружить. В то время у меня было не так много друзей, и я дорожил ими. Мы были близкими людьми задолго до того, как создали нашу группу, «Slater Raze».
Кстати, о нашей группе.
– А где Кэш и Леви?
Кэш – наш барабанщик, а Леви играет на басах. Я знаю их почти так же давно, как и Рейза. Я познакомился с ребятами в старших классах. Позже они узнали от меня о Рейзе. Вчетвером мы создали «Slater Raze», когда нам было пятнадцать. С тех пор мы вместе.
– Кэш отвлекся.
Я смеюсь. Кэш легко отвлекался. Обычно на женщин. Кого я обманываю? Это всегда женщины.
– Леви?
– Решил отлить.
Я глубоко затягиваюсь сигаретой. Медленно выпускаю дым и смотрю, как он вьется к потолку.
– Что на тебя нашло?
Я опускаю глаза и смотрю на него. Пожимаю плечами.
– Ты думаешь, что играл дерьмово?
Я смеюсь и делаю еще одну затяжку.
– Ты же знаешь, что нет.
– Тогда какого хрена с тобой не так?
Я наклоняюсь вперед и тушу сигарету в пепельнице на кофейном столике, стоящем между нами.
– С каких это пор ты стал моим психотерапевтом?
– Отвали. Я беспокоюсь.
– Я в порядке.
– Это опять из-за Джонни?
Меня постоянно сравнивают с отцом. Черт, даже наша с Рейзом дружба сравнивалась с дружбой Джонни и Джейка.
Это достает меня? Сводит меня с ума?
Конечно.
Утверждения, что я никогда не превзойду успеха своего отца, могут отправляться к черту. Вспомните Курта Кобейна2. Джонни стал таким же идолом в истории современной музыки.
К несчастью для меня, в отличие от отпрысков Курта, я музыкант. Я играю на том же инструменте, что и Джонни. Поэтому каждый аспект моей жизни сравнивается с жизнью моего отца. Мой талант, моя личная жизнь, все.
Джонни умер молодым. Так что, думаю, если мы едем по одному маршруту, у меня есть еще несколько лет, прежде чем и моя машина свалится в овраг. Мне чертовски весело от того, что я уверен в этом.
Я снова пожимаю плечами.
– Не знаю, приятель. Наверное, я просто устал.
Дверь распахивается, ударяясь о гипсокартонную стену.
– Ублюдки!
Это Кэш.
–Какого хрена вы тут делаете, подружки? Заплетаете друг другу косички?
Я отпихиваю его, и он просто смеется.
– Зеленая комната. Сейчас. Там ждет киска, чтобы ее подписали.
Я удивленно поднимаю бровь.
– Подписали?
– Извини. – Кэш ухмыляется. – Я имею в виду, трахнули.
Мы с Рейзом смеемся, а потом встаем и идем за ним в коридор. Втроем входим в зеленую комнату, которая уже заполнена в основном мужчинами, которые мне знакомы – фанатами, продюсерами. И женщинами, которых вижу в первый раз. Леви уже здесь. Когда я подхожу, он протягивает мне пиво. Кэш уходит, выискивая какую-то азиатскую цыпочку, сидящую на одном из диванов. Предполагаю, что она была его предыдущим отвлечением. С ней он продержится всю ночь, а потом найдет новую. Впрочем, как и все мы.
Рейз разговаривает с одним из наших звукооператоров.
– Хорошее выступление, – говорит мне Леви.
Его слова не звучат как вопрос, потому что, в отличие от Рейза, Леви не беспокоится и не пытается меня прощупать. Он просто расслаблен. Самый непринужденный парень, которого я когда-либо встречал.
 
– Да, все прошло удачно, – отвечаю ему.
Я делаю глоток пива и окидываю взглядом комнату. Один стол заполнен едой. Другой заставлен выпивкой. Здесь есть и наркотики, только, понятно, не на виду. Слышна негромкая музыка. Находящиеся здесь женщины надеются подцепить кого-нибудь из нас.