Песок Пустоты. Проклятие древней крови (СИ)

— Послушай, — грубо перебил ее шхун. — Кто бы ни были эти люди, и почему они поехали столь пустынной дорогой, нас это нисколько не должно волновать. Наша цель — добраться до города, хорошо выспаться и поесть. И нам очень повезет, если мы так никого на пути и не встретим.
— Ты имеешь ввиду еще одну перевернутую карету, с истекающим кровью трупом неподалеку? — съязвила Греттель, но тут же поспешила извиниться. — Я просто немного напугана. Живя на острове, забываешь о подобных вещах.
— В Нарт-Ирмунде все точно так же, только сами нападения происходят не в лесу, а в темных безлюдных подворотнях.
— Но это же разбойники, Варон, — девушка начала говорить почти шепотом. — Одно дело зарезать пьяницу, что имел неосторожность высказаться в таверне о своем тугом кошельке, а тут другое. Эти люди, они живут такой жизнью: спят под открытым небом, убивают ради забавы, они словно свирепая стая волков!
— С чего бы такие познания о разбойничьей жизни? — юноша с удивлением уставился на свою спутницу.
— Ну, — Греттель было стыдно признать, что большую часть информации она получила, смотря уличные спектакли или читая книги, там разбойники всегда представлялись некоторой шайкой, возглавляемые самым большим и жестоким атаманом. — Я думала это все знают.
— Тогда все заблуждаются, — ответил тот, но, впрочем, решил никак не подтверждать эти свои слова.
Какое-то время они шли молча. Солнце уже почти скрылось и лес вокруг стал казаться одним сплошным темным пятном.
— Думаешь, они могут следить сейчас за дорогой? — вдруг спросила Греттель, слегка поежившись от налетевшего ветра.
— Не исключено, — Варон крепко сжал зубы, вглядываясь в темноту.
— Может тогда будет лучше прижаться поближе к деревьям?
— Это нас сильно замедлит, так мы точно не доберемся до Эзимгарда. По крайней мере до наступления ночи.
— Но зато мы останемся живы.
Шхун удивленно вскинул брови.
— Хочешь пробираться вдоль грязи и скал? Пожалуйста. Но что-то я не припомню, как дуб или сосна записывались в твои личные защитники.
— Ну вот почему ты вечно всем недоволен?! — возмутилась девушка, но, впрочем, решила, что спорить с ним бесполезно.
Наконец, за очередным поворотом стали виднеться городские огни. Варон соврал бы, если б сказал, что не был рад видеть их. Там, за укрепленными городскими стенами их ждала теплая постель и сытная похлебка, самое то после долгого путешествия. Естественно, если никто не узнает того, что Варон — шхун. Тогда, скорее всего, ему придется провести ночь на улице, но это всяко лучше, чем ночевать в темном, кишащем разбойниками, лесу.
— Стой! Кто идет? — послышался грубый голос со стороны железных ворот. — После заката никого не пускаем! Таков приказ.
— Может быть сделаете исключение? — Греттель вышла под свет факелов, слегка прикрывая ладонью глаза. — Мы с моим братом слегка заблудились. Лошадей, как видите, у нас с собой нет, иначе бы, мы наверняка, успели б добраться в Эзимгард еще до наступления темноты.
— Заблудились? — перед ними возник стражник, такой широкий, что доспехи караульного едва ли держались на его толстом пузе. — Что-то не похоже. Откуда путь держите?
— Ну, мы… — девушка слегка смутилась, если сказать, что они следуют со стороны арены, поверят ли?
— Ты что, совсем ослеп! Видно же, что сбежали эти голубки, — следом появился и второй стражник, он был немного худее, чем первый, но все равно, выглядел довольно внушительно. — Гляди, как раскраснелись.
— Голубки? — чуть нахмурившись повторил тот, поглядывая на Варона из-за опущенного забрала.
— Эй, ты, в капюшоне, — он направил свой толстый указательный палец на шхуна. — Снимай-ка его!
— Нам нужно лишь переночевать в городе, с рассветом мы тут же уйдем, — твердо ответил Варон, но капюшона так и не снял. При таком ярком свете факелов его красные глаза могут стать слишком заметными.
— А что если нам плевать? — стражник ухмыльнулся и снова перевел взгляд на девушку. — Ты уж прости, но приказ есть приказ.
— Так нам что ли всю ночь под воротами спать? — воскликнула Греттель, делая вид, что вот-вот заплачет.
 
— Ну, как под воротами… — толстяк замялся, нервно поглядывая в сторону города. — Наш караул на сегодня закончен, может быть и правда ничего не случится, если мы впустим этих двоих?
— Ага, а Хорул с тебя потом три шкуры снимет, да за четвертую примется! Будто бы ты его не знаешь!
— Может нам сразу поговорить с этим вашим Хорулом? — предложил Варон, слегка устав от их бесполезной болтовни.
— С начальником караула? — первый почесал голову прямо через шлем. — Он не может, занят. По пустякам велел не беспокоить.
— Да, в последний раз он дико злился, когда та карета… — стражник с силой пнул своего друга по ноге. — Я имел ввиду, когда приходится пропускать кого не попадя. Вот на той неделе жрецы думали обосноваться, чтоб их преисподняя забрала. Всех до единого!
— А чем же вы так не любите магистериум? — удивленно спросила Греттель, тем самым пытаясь потянуть время. Может быть Варону и придет что-нибудь на ум, чтобы обдурить этих двух остолопов.
— Да кто его любит! В Эзимгарде жрецам не рады, — толстяк ударил себя кулаком в грудь. — После того-то, что они с нами сделали.
— С вами… Вы имеете ввиду с этим городом?
— Ну, конечно же! — подтвердил второй, лениво опираясь на меч. — Нам велено выпроваживать всех, кто явится с магистериума. Экие шарлатаны, так и норовят народ обдурить.
— Да что уж, недавно я слышал, — толстяк чуть понизил голос. — Что будто бы в одном городке, один такой жрец уверял всех, что может общаться с мертвыми. Подумать только!
— Да, я тоже такое слышал, — тут же закивал головой второй. — Да только опустошив чужие кошельки, он сразу и уехал оттуда. А магистериум что? Никаких жрецов мы не посылали. С мертвыми не общались. Вот и весь разговор!
— Ух, встретил бы я такого, вмиг бы башку оторвал!
— Встретил кого? — вдруг послышался чей-то грубый голос. Со стороны железных ворот к ним не спеша приближался еще один стражник, только он был на голову выше этих двоих, и доспехи сидели на нем как литые. Он шел прямо, гордо выпятив грудь, демонстрируя всем отличительный знак главного по караулу.
— Господин Хорул, — поклонился толстяк, чуть не выронив от волнения свой факел. — Мы как раз-таки заканчивали обход, чтобы…
— Вы оставили врата без присмотра, — не дослушав, ответил тот, поочередно осматривая всю собравшуюся компанию.
— Ну как же, без присмотра, — пропищал другой. — Мы же тут, рядом стоим. Просто эти вот в город хотели. А последние лучи солнца уже, как бы это сказать, скрылись.
— Тогда я никак не уясню, почему вы до сих пор здесь? Почему не закрыты ворота?!
— Да жалко их стало, господин, — толстяк в нерешительности начал переступать с ноги на ногу. — Впереди длинная ночь, а лес нынче не безопасен…
— Молчать! А-ну быстро к воротам! — те поспешили исполнить его приказ. Стражник же подошел к Варону вплотную. — А вы, будьте так добры, дождаться рассвета. А там, может быть, я еще подумаю, пустить ли таких оборванцев в город или же нет.
— Мы пришли сюда до заката и хотели бы переночевать, — Варон, казалось бы, нисколько не смутился его грозного вида. — Завтра к рассвету мы все равно собирались покинуть это место. К тому же, у нас есть деньги заплатить за ночлег, также как есть и возможность оплатить привходную грамоту, если таковая имеется.
— Ты что, — стражник сощурил глаза, смотря на юношу сверху вниз. — Предлагаешь мне взятку?!
— Это не взятка, о, господин Хорул, — встряла в разговор Греттель, пустив в ход все свое женское очарование. — Привходные грамоты — вещь вполне обыденная, особенно там, откуда мы родом.
 
— Ну и откуда же вы, позвольте узнать? — теперь он наклонился к Греттель, пытаясь поближе рассмотреть ее маленькое лицо.
Девушка в очередной раз уже хотела что-то соврать, как вдруг Варон перебил ее, обратив все внимание стражника на себя.