Любовь цвета боли 2 (СИ)
— Чистоплюй хренов.
Закрываю за гостем дверь и оборачиваюсь, глядя на весело ухмыляющегося Макара. Напрягаюсь. Сам повода для радости не вижу, учитывая, что буквально пару часов назад хозяин дома пребывал в скверном настроении.
— К одиннадцати вечера встретишь Ольгу Викторовну в аэропорту и отвезешь домой, — тем временем, двигаясь к лестнице, бросает через плечо. — И купи продуктов, фруктов там разных, овощей, мяса, шоколада. Будет спорить, не слушай. Молча занес на кухню и вышел.
— Всё сделаю, — киваю сам себе и выхожу на улицу, тихо прикрывая дверь.
Мысленно готовлюсь к еще одному взрыву, который непременно произойдет, если эти двое, наконец, не помирятся.
Глава 24
Ольга
Вдыхаю полной грудью морозный воздух, зажмуриваюсь и поднимаю лицо к небу. Губы помимо воли растягиваются в улыбке, когда пушистые снежинки касаются щек. На мгновение хочется, как в детстве, вытащить кончик языка и поймать парочку. На улице безветренно, только пушистый снег валит, медленно кружит в свете фонарей аэропорта, мягким ковром оседает на землю. Поправляю шапку и надеваю варежки, топчусь на месте в ожидании такси.
Спонтанная поездка в Италию. Семь дней умиротворения и гармонии с самой собой, прилив сил — и вот будущее уже не кажется беспроглядной зыбкой дымкой. До сих пор не понимаю, как мне так повезло. За совершенно смешную сумму ухватить горящий тур с проживанием в пятизвездочном отеле в самом центре Рима с уже подобранной культурной программой и персональным русскоговорящим гидом. Я ведь и не планировала, так, забрела на пару сайтов больше из любопытства, и каково же было мое удивление, когда через пару дней со мной связался представитель туристической фирмы.
Долго рассказывал о новогодних акциях, подарках и пяти счастливчиках, которых компания рандомно выбрала для незабываемого отпуска. В их числе оказалась я. Фантастика, да и только.
И вот сейчас я понимаю, что мне действительно нужно было это время вдали от дома, чтобы отрешиться от всех проблем и душевных метаний. Время, чтобы до конца понять и принять, что вскоре я стану мамой двух прекрасных крох, что моя жизнь круто изменится, и в ней будет присутствовать Макар.
Я не простила, и в груди не перестает тоскливо тянуть, но я спрятала эту боль в затаенный ящик на самом дне сердца и запретила себе туда заглядывать. По крайней мере, сейчас, когда во мне растет жизнь и нужны совсем другие эмоции.
Очень долго и тяжело я боролась с желанием бросить всё и убежать, спрятаться хоть на краю света. Знала, что Макар будет искать, боялась последствий, да и жить в вечном страхе и постоянном напряжении — перспектива так себе.
— Ольга Викторовна, — окликает меня знакомый мужской голос.
Оборачиваюсь и смотрю на спешащего ко мне Михаила.
— Добрый вечер, — приблизившись, мягко, но уверенно перехватывает ручку чемодана. — Было велено доставить с комфортом домой.
Ну конечно! Кто бы сомневался.
Усаживаюсь на заднее сиденье автомобиля, стягиваю варежки и отменяю такси в приложении.
— Думал, опоздаю, — погрузив чемодан в багажник, Миша садится за руль и оборачивается ко мне. — Дорогу замело, службы расчищать не успевают. Как отдохнули? — выезжая с парковки, интересуется вскользь.
— Превосходно. А вы тут как? — стараясь казаться равнодушной, спрашиваю, затаив дыхание.
— Держимся, — размыто отвечает Миша. — И скучаем. — Многозначительный взгляд в зеркало заднего вида. Губы мужчины трогает едва заметная улыбка.
Чувствую, как горят щеки от смущения. Не уточняю, кто это — «мы. Убаюканная теплом и размеренным урчанием двигателя, незаметно проваливаюсь в дрему. Я вообще в последнее время много сплю, напоминая себе ленивца.
Выныриваю из сна, лишь когда в сознание врывается голос Миши.
— Ольга Викторовна, приехали, — обернувшись ко мне, трясет слегка за ладонь.
Выпрямляюсь на сиденье, с которого чуть сползла, когда уснула. Смотрю в окно на родной подъезд с одиноко мигающей лампочкой и милого, чуть покосившегося снеговика с ведром на голове и обмотанным вокруг шеи пестрым шарфом.
— Спасибо, — тепло улыбаюсь Мише, плотнее запахиваю пальто и покидаю салон, зябко передергивая плечами от резкой смены температур.
Затем обескураженно наблюдаю, как Михаил достает из багажника, помимо моего чемодана, три огромных пакета.
— Это чтобы вы голодной не остались, — поясняет. — Откройте дверь, пожалуйста.
— Ой, конечно, — семеню впереди Михаила к подъезду, слыша позади себя, как он тяжело пыхтит.
Да, чемодан получился увесистым. Еще и пакеты…
Слепо шарю рукой в сумке, все никак не могу найти ключи. Да что ж такое! Раскрываю молнию шире, начинаю переживать, не потеряла ли связку.
— Где-то же тут должны быть, — бурчу под нос, перерывая содержимое сумки.
— Да вы не торопитесь, — улыбается мне уже покрасневший как рак Миша. — Я, в принципе, никуда не спешу…
— Нашла, — достаю ключи, открываю замок и пропускаю мужчину вперед, придерживая двери.
На лестничной клетке Михаил с плохо скрываемым облегчением ставит чемодан на пол и терпеливо ждет. Затем заносит пакеты на кухню, оставляет их на обеденном столе и, пожелав доброй ночи, ретируется.
Вешаю пальто в шкаф в прихожей, чемодан решаю разобрать завтра: несмотря на короткий сон в машине, чувствую себя вымотанной и уставшей после долгого перелета.
Прячу продукты в холодильник, поражаясь их изобилию, принимаю душ и, стоит только моей голове коснуться подушки, проваливаюсь в сон.
Просыпаюсь, когда за окном уже вовсю светит зимнее солнце, а по квартире витает ни с чем не сравнимый аромат свежесваренного кофе, который, узнав о беременности, я постаралась полностью исключить из рациона.
Сонно потягиваюсь, ощущая приятную ломоту в теле. Хочется еще понежиться под теплым одеялом, но нужно бежать в уборную, и желательно побыстрее. Да, в этом тоже проявляются своего рода прелести беременности.
Выхожу из спальни и забываю обо всем. Разинув рот, во все глаза смотрю на Макара, который по-хозяйски, абсолютно невозмутимо копошится в чемоданчике с инструментами. В моей квартире! И в моих инструментах!
— Доброе утро, — здоровается как само собой разумеющееся, мельком окидывает меня взглядом, задерживаясь на обнаженных бедрах едва прикрытых короткой сорочкой, и возвращается к чемодану.
— Что ты делаешь?
— Ищу рулетку.
— Что ты делаешь в моей квартире? — повторяю с нажимом, а сама впиваюсь в него взглядом.
Макар в джинсах и белой футболке смотрится так… необычно. Помимо воли, глазами выхватываю детали: бугрящиеся мышцами предплечья, широкую спину, чертовски аппетитно обтянутую джинсами задницу, довольную усмешку и коварный взгляд, когда меня ловят с поличным.
А затем хриплый голос:
— Я тоже очень скучал, маленькая…
Глава 25
Ольга
Трусливо скрываюсь в уборной, кожей ощущая взгляд, направленный мне в спину. Закрываю защелку и прислоняюсь к двери, пытаюсь унять гулко стучащее в груди сердечко. До чего же глупый и упрямый орган.
Умываюсь, накидываю шелковый халатик, потуже затягивая пояс на талии. Уму непостижимо! Макар вломился ко мне в квартиру как к себе домой! Хозяйничает, роется в моих вещах. В этом и есть весь он! Отчего-то накатывает легкая волна злости и раздражения. В мыслях я уже давно разложила по полочкам, как мы будем сосуществовать в сложившихся обстоятельствах. Только не учла, что у Макара, скорее всего, свой взгляд на ситуацию. Покидаю ванную с твердым намерением поговорить и расставить четкие границы дозволенного.
Но куда там.
Останавливаюсь на пороге кухни, упрямо сложив руки на груди, и наблюдаю, как Макар хозяйничает у плиты, что-то помешивая в кастрюльке.
— Садись, завтрак почти готов, — замечая мое присутствие, кивает на стол. В вазочке милые веточки нежно-розовых роз, в прозрачном заварнике дымится мой любимый липовый чай. — Я такую кашу научился варить… М-м-м… — улыбается мягко, довольно сощурившись.