Белый Коршун (СИ)

— Это я поняла! Зачем проверял? Я что, обычно к тебе пьяная прихожу?
— Я просто помню свои школьные дискотеки, — рассмеялся брат.
Мне тоже стало смешно.
— Так вот, в чём дело… А по себе людей не судят!
— Но мы же с тобой родственники.
— И?
— Гены, — опять пожал плечами Дима.
— Говоришь так, будто ты прямо алкоголик! — тоже засмеялась я.
— Ой, птенчик…, — вздохнул он, — а порой так напиться хочется! Вот чтобы прямо до беспамятства!
— Мне тоже, — пошутила я.
Хотя… пошутила ли?
— Вот поэтому я тебя и нюхал! — воскликнул брат, словно убеждаясь в своей теории про гены.
— А что же тебе мешает напиться? — нужно говорить о чём угодно, только бы не думать о том, что мы уже скоро будем совсем близко к больнице и Сергеевым.
Дима трагично вздохнул:
— Так я же врач!
— И что? Я где-то слышала, что врачи как раз это дело любят. Ну, спирт же всегда под рукой.
— Меня пациенты не поймут.
— А ты с ними, что ль, пить собрался? — удивилась я.
— Ну, я же не алкоголик, чтобы в одиночку квасить! — засмеялся Дима.
Я поддержала его смех, радуясь, что брат в хорошем настроении, и я хотя бы на несколько минут могу отвлечься от мрачных мыслей. Но больше Дима не произнес ни слова, увлёкся дорогой, а я, тяжело вздыхая, стала покорно ожидать своей участи. Сегодня, совсем скоро, меня ждёт кошмар, а я должна радоваться, иначе кошмар станет ещё больше, если кто-нибудь поймёт, что я чувствую на самом деле.
И вот мы подъехали к больнице. Совсем недавно мне жутко хотелось здесь побывать, а теперь я с радостью посидела бы в машине, подождала, пока Дима там наотмечается.
Парадный вход был уже закрыт, мы вошли с запасного. Дима поздоровался с охранником, представил ему меня и повёл меня по длинным тёмным коридорам. Мы остановились у лифта. Ощущая внутреннюю тряску всё сильнее, я пыталась отвлечь себя мыслями о том, какая огромная эта больница. Девять этажей и подвал, очуметь просто! Это ж сколько народу тут трудится?! Наверняка, свободные места для врачей есть… вот только, хочу ли я теперь стать доктором?
Пока мы ехали до пятого этажа, я пыталась понять, что меня больше побуждало пойти в эту профессию: тот факт, что Илья — доктор, или то, что мне сама по себе нравится эта работа? Это интересно, и я была бы рада спасать людские жизни. Ладно, даже если не спасать, то хотя бы делать жизнь людей лучше. Да и, к тому же, я столько всего уже знаю! Стоит ли мне теперь отказываться от мечты? Да, шансов быть с Ильёй у меня практически нет, но… я всё равно стану доктором, и, возможно когда-нибудь…
— Вести себя тихо, больные уже спят, — предупредил меня Дима, когда мы вышли из лифта
— А я что, обычно буяню? — справедливо возмутилась я.
Дима не ответил, пошёл по коридору, а я отправилась следом за ним, только сейчас приметив в руках брата пакет. Наверное, поэтому он и ехал за мной так долго, в магазин ещё заезжал, давая мне возможность пореветь и даже привести себя потом в порядок. Кто-то к празднику подготовился…
В отделении стояла гробовая тишина, в коридоре темно, свет горел только на посту медсестры, которой, кстати, там не было. В общем, жутковато как-то, и ещё этот больничный запах, резко ударивший в нос… Смогу ли я ощущать его постоянно, всю жизнь? Я вот сразу сморщилась, а Дима и носом не повёл, привык уже, наверное.
Мы остановились у закрытой двери с надписью "ординаторская". Брат вошёл первым, пока я мялась на пороге, уговаривая себя не сбежать с позорными слезами, как это было со мной в школе. Тут своё поведение мне объяснить придётся, а я этого очень не хочу.
— Наконец-то! — услышала я любимый голос. — Чего вы так долго?! Я есть хочу!
— Так ты бы мне список ещё длиннее прислал, — усмехнулся брат, выкладывая продукты из пакета на письменный стол, за которым сидел Илья. — Я в магазине долго всё искал.
К счастью, Марины в ординаторской не было, поэтому я смогла немного рассмотреть будущего отца не моего ребёнка. Как же ему идёт медицинский костюм! Илья выглядит ещё красивее и благороднее, а я, вместо того, чтобы разлюбить, только сильнее влюбляюсь.
 
— Заходи, птичка, чего стоишь? — подмигнул он мне.
— Привет, — я улыбнулась и заставила себя сделать несколько шагов вперёд, потом скромно присела на край чёрного диванчика. — Тихо тут у вас… Поздравляю, Илья! — выдавила я, надеясь, что мой голос не сорвётся.
— Спасибо! — счастливо улыбнулся он в ответ.
— Папочка! — покривлялся Дима, потом схватил друга за руку, потянул на себя, заставляя его встать. — Поздравляю, брат! Это такое счастье! — они обнялись, хлопая друг друга по плечам.
— Спасибо, брат! Будешь крёстным?
— Если ты сына Димой назовёшь!
— Он мне тут ещё и условия ставит! — в шутку возмутился Илья, всплеснув руками. — А если девочка будет?
— Да, тогда имя Дима не подойдёт, — согласился брат. — Ничего, я подумаю, как её назвать.
— Совсем обнаглел, да? — Илья перевёл взгляд на меня: — Ты видела, птичка?! Он собрался моему ребёнку имя придумывать! Своего сделай и называй, как хочешь!
— Он красивое имя придумает, — улыбнулась я, рассмешив их обоих.
— Так вы заодно!
— Гены! — гордо произнёс Дима, вернувшись к выкладыванию продуктов, пока Илья пошёл ставить чайник. — А Маринка где?
— У себя в отделении, сейчас ей напишу, — Илья достал из кармана телефон, а я судорожно вздохнула.
Так, без паники. Пока ведь у меня неплохо получается держаться. Они даже шутку мою оценили.
— Может, покурим пока? — предложил другу Дима.
Илья кивнул, они вышли из ординаторской, давая мне возможность немного расслабиться. Я выдохнула и потёрла пальцем виски. Спокойно, Карина, никто ничего не поймёт, если ты и дальше будешь просто улыбаться. Дети — это радость. Илья счастлив, я должна за него радоваться. Только вот пока как-то не выходит…
Чтобы отвлечься, я поискала кружки, ведь чайник уже закипел, потом переложила продукты на стол, на котором, видимо, врачи обедают, и стала делать бутерброды.
Дверь ординаторской открылась, вошла Марина в белом халате, который красил и её. Никогда не понимала, почему эта девушка пошла в медицину? Ей бы манекенщицей работать, с такими-то данными. Нужно признать, что губа у Ильи не дура, Марина достойна внимания мужчин. Одни только зелёные глаза чего стоят, как у кошки! Она ещё так красиво их подводит! А эти шикарные густые волосы — загляденье! Взрослая, сформировавшаяся женщина, куда мне до неё? Ясное дело, что она выиграет в любом случае, мне с Мариной тягаться бессмысленно…
— Привет! — она улыбнулась и подошла к столу. — На тебя всё оставили, мерзавцы?
— Привет. Да нет, это я сама. Они курить ушли, а мне скучно одной стало, — выдавливая улыбку, ответила я. — Поздравляю, Марина!
— Спасибо, — она на секунду блаженно закрыла глаза, словно наслаждаясь мыслью о своей беременности. Хотя, это же, скорее всего, так и есть.
Я бы тоже наслаждалась. Только теперь мне это точно уже не грозит. Так, надо менять тему.
— Марин, и спасибо за вчера. Ну, что уговорила Илью не рассказывать ничего Диме…
— Да не за что, — махнула она рукой, пока я снова погружалась в мрачные мысли.
А ведь они, наверное, вчера и отмечали радостную новость, поэтому и были такие счастливые…
Разреветься мне не дали вернувшиеся с перекура врачи. Но то, как изменилось лицо Ильи, когда он увидел здесь свою жену, заставило меня броситься к окну, на ходу доставая телефон и делая вид, что мне звонят.
— Алло?
Я не могу на это смотреть! Нет, пожалуйста!
— Иди сюда, милая! — промурлыкал Илья.
В отражении окошка я увидела, как Сергеевы обнялись, потом Илья погладил ещё плоский живот Марины и нежно поцеловал её в щёчку. Я же сглотнула ком в горле.
— Поздравляю, Маришка! — с другой стороны Марину чмокнул Дима, пока меня раздирало от нахлынувших чувств.
На её месте должна быть я! Я!!!
Мне захотелось швырнуть телефон в Марину, крушить мебель, а потом убежать. Куда угодно, только бы не быть здесь, не видеть это всё.