(Не)вредный герцог для попаданки

– А поскольку некоторым молодым людям и мальчикам нравились леди, которым нравился Тайлер, получилось так, что у представителей сильного пола он особой симпатии не вызывал. – Уитмор развел руками и саркастически улыбнулся – кажется, он ни капельки не жалел маленького дамского любимца.
Что-то подсказывало мне, что одна из леди, симпатизировавших Тайлеру, нравилась Уитмору. Спросить бы об этом как-нибудь повежливее…
– Поэтому в детстве у его светлости не было друзей? – предположила я.
– Почему? Были. Исключительно девочки. Он настолько привык общаться с дамами, что даже учителя у него сплошь были женщинами… О, вот, кстати, и ваша комната, леди Кристин. – Уитмор распахнул дверь и жестом пригласил меня войти. – Осмотритесь, отдохните, а я пока схожу за книгами.
– Но вы так и не рассказали мне, почему всех женщин герцог называет «леди».
 
Глава 8
 
Я устало опустилась прямо на роскошную кровать.
Удобно.
Удобно я устроилась в этом мире. Если оценивать по старым меркам, вообще сказка. Работу по специальности я получила, с коллегами поладила, желание мое исполнили, да еще и место проживания предоставили. И начальник не козел, как могло показаться сначала.
История о том, почему всех девушек в замке стали называть «леди», не сказать чтобы поразила меня в самое сердце, но уж точно добавила несколько очков в пользу герцога Тайлера.
Аристократы в этом мире не сильно отличались от тех, что были в нашем. Вседозволенность, особенно в отношении тех, кто от тебя зависит, если не процветала, то уж точно была не редкостью. Выпороть слугу по какой-нибудь незначительной причине, склонить служанку к непристойностям – за дворянами такое водилось часто. Особенно последнее. Замок герцога был своеобразным исключением. Тут, как признался мне Уитмор, ни к чему принуждать не приходилось – как бы самого герцога к чему-нибудь не принудили. Было дело, одна служанка привязала его светлость к столбикам кровати и собиралась совершить преступление, но, к счастью, он смог разорвать путы… и превратить преступление в обоюдное развлечение. Но история не о том, как герцог потом заказывал кровать без столбиков и искал место этой служанке в другом доме.
В замке Тайлера время от времени собираются гости – раз в полгода, не реже. Традиция, которой никак не избежать, даже если ты второй по могуществу человек в королевстве. Гости зачастую едут издалека, чтобы почтить герцога своим присутствием, а он обязан предоставить им ночлег и прочие удобства. Аристократы знают о трепетном отношении его светлости к дамам, потому стараются не раздражать его своим поведением, да и слуг лишний раз не оскорблять. Хотя, пожалуй, тут дело и в самих слугах. Я вспомнила недавний разговор с Уитмором.
– Вы же понимаете, леди Крис, что я подчиняюсь только приказам герцога. Формально, разумеется, я должен подчиняться и другим аристокрам, но вот с каким усердием я буду выполнять приказ… Кстати, вам на будущее. Вы ведь не какая-то там служанка, поэтому вольны трактовать любое указание на свой вкус и фантазию.
– Например?
– Например, вино можно принести из личной коллекции герцога, а можно и послать кого-нибудь за бутылкой из трактира.
– И что тогда будет?
– Понимаете, этот трактир убыточный. Хозяйка готовит еще хуже, чем вы убираете, а вино на вкус похоже… на смерть. По крайней мере, так говорил единственный солдат, который, выпив его, остался в живых.
– А если этот трактир закроется?
– Не закроется, не волнуйтесь! Герцог специально приплачивает хозяйке, чтобы во время приезда гостей ее заведение работало круглосуточно. Хех!
Да уж, забавный разговор вышел у нас с Уитмором. Но не все слуги могут поступать так же, как он. Особенно это касалось юных служанок, которые только недавно приступили к работе. И вот одна из таких девушек едва не стала жертвой пьяного аристократа. Разумеется, ее спасли, негодяю разукрасили и без того не очень симпатичное лицо, но слухи дошли до короля и каким-то образом из инцидента получилось целое разбирательство.
 
Тогда-то аристократ привел в свою защиту аргумент, что леди он не трогал, поэтому герцог Тайлер должен заплатить ему компенсацию.
– Его светлость, конечно, заплатил. Но издал указ о том, что в его герцогстве все женщины должны считаться леди.
– А что было дальше с тем аристократом?
– А, с ним? Да ничего особенного. Ему немного насолили, перекрыли торговые пути, вот он и разорился.
Я почему-то считала, что Уитмор более серьезен, чем герцог, и не одобряет шалостей своего господина. Но они друг друга стоили. В чем я убедилась еще раз, когда меня срочно позвали в кабинет его светлости.
Влетевшая в мою комнату без стука запыхавшаяся служанка навела меня на самые плохие мысли. Направляясь к герцогу, я успела перебрать кучу вариантов: и что меня решили уволить, и что снова сделают горничной, и что прибьют где-нибудь тихонько в углу…
– О, леди Крис, вы как раз вовремя. Вы почувствовали, что я хочу вас увидеть, поэтому и зашли, да? – радостно спросил Тайлер.
– Вы позвали меня к себе в кабинет, ваша светлость. Боюсь, моя интуиция тут ни при чем, скорее дело в вашей памяти.
Я не сдержалась: слишком уж перенервничала из-за этого вызова. И тут же едва не надавала себе оплеух: как бы ни вел себя герцог, он мой работодатель! Вот возьмет сейчас и вышвырнет меня пинком из кабинета и из замка. Но меня успокоил Уитмор, подмигнув и показав большой палец.
– Простите? – Герцог удивленно приподнял бровь, словно требуя объяснений.
– Не беспокойтесь, вы не сделали ничего плохого, не извиняйтесь, – ответила я автоматически.
И только потом до меня дошло, что «простите» было испльзовано в значении «объясните», а не «извините». Ладно, выгонят так выгонят. Выражение непередаваемого удивления на лице герцога не стоит перспективной должности, но душу немного греет. Собственно, как и хихиканье Уитмора, замаскированное под кашель и вызывающее лишь положительные эмоции.
– Ваша светлость, вы же позвали сюда леди Кристин по какой-то причине, верно? – выручил меня Уитмор.
– Это был зов моего сердца, сраженного ее красотой! – патетически воскликнул герцог.
Он хотел еще что-то сказать, но посмотрел на меня и промолчал. Я честно пыталась не кривиться и не выказывать неприязни, но, видимо, получалось не очень, и Тайлер моментально понял мое настроение. Он печально вздохнул и посмотрел на меня грустными глазами побитой верной собаки.
– Ваша светлость, при всем уважении к вам, на зов вашего сердца может явиться лишь лекарь-маг, и то когда придет ваш смертный час. Остальные варианты – плод вашей фантазии или игры сознания… Последнее меня пугает больше всего.
– Ладно-ладно, Уитмор, не брюзжи. Я хотел спросить: леди Крис, кто вам больше нравится – барон или виконт? Или, возможно, граф? О! Послушайте, маркиз, наверное, подойдет больше всего. Или лучше выбирать не по титулу, а по имени?
Герцог достал какую-то книгу и принялся листать ее, что-то ища.
Я непонимающе уставилась на Уитмора, надеясь получить хоть какую-то подсказку, но тот лишь демонстративно прикрыл глаза перчаткой и склонил голову, изображая вселенскую скорбь.
– Нет, леди Крис, маркиз – плохой вариант. «Маркиза Ферсерверсф» звучит просто ужасно, да, Уитмор? Ладно, леди Крис, выбирайте: граф, виконт или барон? Быстрее, ну же! Это же ваш будущий титул!
– Пусть будет виконт, – ответила я. – Так, стойте, вы что, собираетесь выдать меня замуж?
– Ага, сейчас проведем церемонию, и вы станете официальной вдовой с титулом, потому что кем еще вы можете быть, раз ваш муж уже пару десятков лет покоится в земле? Увы, моими помощниками могут быть только аристократы, так что сейчас мы подбирем для вас какой-нибудь давно вымерший род. Но это так трудно! У них же ужасные фамилии. А разве я могу позволить такой красавице получить некрасивую фамилию?
Я думала, что герцог шутит, но нет. Буквально через час из кабинета в сопровождении Уитмора вышла не попаданка леди Крис, а личная помощница его светлости Тайлера Уортиса Фейнхарта виконтесса Кристин Марион, чей особняк сгорел вместе с мужем и всей родней. Сгорел он, правда, полтора века назад, но, как уверил меня герцог, это сущие мелочи.