Сэхсвет (СИ)
– Проблема в том, – продолжил Альтера, – что Кросстан продолжает фонить. Его мозжечок испускает намного более сильное излучение, чем мы фиксировали когда-либо ранее. Есть предположение, что с каждым приходом «старика» фон накладывается на предыдущий, усиливая его. За Кросстаном с сегодняшнего дня устанавливается круглосуточное наблюдение для проверки этой гипотезы.
– К чему это может привести? – спросил Алан.
– Неизвестно.
– Он один такой? – Тревога Орланы нарастала и передавалась остальным.
– Насколько нам известно, да. Конечно, поиски будут продолжаться. Но это ещё не всё. Система сообщает о единичных случаях потери айона.
– Каким образом?
– Тела приходят уже «опустошёнными», айон извлечь не удаётся. Зафиксировано пять эпизодов.
– Дата первого из них? – спросила Орлана.
– Шесть земных месяцев назад. Повторение – через месяц, остальные – в течение трёх недель.
– Нужно выяснить связь между этими явлениями, если она есть.
– Разумеется, – ответил Альтера.
– Что касается наблюдения. – Сознание Нори Сато сияло почти так же ярко, как и сознание Орланы. – Необходимо войти с Кросстаном в личный контакт, заодно обеспечив дополнительный канал связи с поверхностью.
– Правильная мысль. Кто готов?
– Моя связь с Орланой самая прочная, – сказал Рэй Суокил. – Логично отправить меня.
– Единогласно.
358-й земной год Экспедиции
Фон Кросстана усилился с ещё одним приходом «старика», а айон продолжал загадочным образом пропадать.
Рэй Суокил находился в своей квартире в центре Нью-Солста. Слияние сознаний на таком расстоянии не представляло никаких проблем.
– …В нём нет ничего из ряда вон выходящего. Физиологически – обыкновенный редимер. Коэффициент интеллекта приближается к ста – практически его можно назвать гением, но это не редкость.
– По меньшей мере десять миллионов редимеров превосходят коэффициент Кросстана, – подтвердил Лу Альтера. – Мы выборочно проверили некоторых – никаких подобных аномалий. Что ещё?
– Высококлассный нейрохирург, занимается собственными разработками. Чтение его мыслей, как и мыслей остальных редимеров, не представляется возможным – сказывается различие между нашими нервными системами. Одинок. Простите, больше мне нечего добавить – он совершенно обычный.
– Не пора ли попробовать применить… физическое воздействие? – спросил Максим.
– Нет. – Сознание Орланы ярко полыхнуло. – Мы не знаем, к чему это может привести.
– Согласен, – сказал Рэй. – Предлагаю продолжить наблюдение.
– Единогласно.
364-й земной год Экспедиции
– Я предупреждал, – мрачно сказал Рэй Суокил.
Впервые за более чем три с половиной века поле начало подавать признаки жизни. Если представить его в виде океана, то Максим сравнил бы это с лёгкой рябью водной глади. Иногда это служит предвестником шторма. Контакт по-прежнему установить не удавалось.
Также возросло количество эпизодов пропажи айона. На сегодняшний день было зарегистрировано девяносто шесть случаев.
– Новые данные по природе поля? – спросила Орлана. Тревога стала постоянным спутником Госпожи Председателя.
– Только то, что «рябь» имеет ту же частоту и тип сигнала, что и фон Кросстана.
– Это нам что-то даёт?
– Ничего.
– Что с самим Кросстаном?
– Живёт обычной жизнью. Вместе с женой занимаются исследованиями. Умеренно употребляют интокс.
– Предложения?
– Прекратить сбор айона и убираться домой ко всем чертям, – резко высказался Рэй Суокил. – Мы не можем ждать неведомо чего.
Рэя поддержали только Алан и Нори Сато.
– Напомню вам, что айона в смертных редимерах содержится не так много, как в бессмертных людях, – сказал Алексей Крюков.
– Поддерживаю. – Вычисления Лу Альтеры стали мгновенно доступны всем советникам. – Наших собранных запасов, учитывая общую численность людей, хватит на то, чтобы продлить агонию человечества на полтора столетия. Полтора века без боли – но что потом? Нет гарантий, что мы сможем найти альтернативу. В итоге вернёмся к тому, с чего начинали.
– Ясно. – Мысль Орланы была холодна, как реликтовое излучение. – Мы поступим следующим образом: проведём несколько экспериментов над Кросстаном и в последнюю очередь попробуем его убить. Если ситуация не изменится, мы выкачаем айона столько, сколько сможем, а Экспедиция в любой момент должна быть готова к бегству.
– Единогласно.
– Нет, – сказал Рэй Суокил с поверхности Редима. – Это ошибка.
* * *
Совет Вечности не сумел провести ни одного из запланированных экспериментов. Ровно за тридцать шесть часов до любого запланированного воздействия извне к Кросстану приходил «старик», фон усиливался, но смерть не наступала. Само предложение действовать спонтанно спровоцировало усиление фона, после чего эксперименты решили прекратить. Поле, если оно имело разум, читало мысли Совета и предугадывало их действия с той же лёгкостью, что и советники – мысли обычных людей. Даже попытка отключить голограмму для Кросстана повлекло за собой явление «старика».
Для чистоты опыта Совет выбрал некоторых редимеров из числа садистов и насильников – их телепортировали на орбиту, после чего подвергли действию амнезиака и отправили обратно. Физическое устранение двух редимеров прошло успешно, но вызвало незначительное усиление «ряби» поля. Подобные эксперименты также пришлось остановить.
– Помимо неудач с Кросстаном, у нас возникла новая проблема, – заявил Лу Альтера. За долгое время Максим привык, что гений математики в состоянии слияния мыслил больше всех. – Несколько редимеров погибли без эффекта фона. Жители городов, в которых это произошло, ничего не заметили, но, если тенденция продолжится, скрыть аномалию не получится. Господа, механизм Редима однозначно начинает разлаживаться. Пора начинать подготовку к возможному скорому возвращению.
– Согласна, – сказала Орлана. – Надо эвакуировать всех людей, непричастных к добыче айона, в облако Оорта Тау Глиссе. Туда же отправить и текущие запасы айона, оставив самый минимум для функционирования основной цели Экспедиции. Таким образом, даже если произойдёт катастрофа, человечество получит полтора столетия спокойствия. Сообщать на Землю о ситуации я по-прежнему считаю не обязательным и даже опасным. Гало Дрейк, конечно же, в курсе.
– Единогласно.
– Что делать с Кросстаном? – спросил Рэй.
– Игнорировать и продолжать добывать айон, – сказал Алексей. – Максимум – наблюдать за ситуацией. Мы всё равно ничего не можем предпринять.
– Единогласно.
– Если вы не против, господа, я продолжу наблюдение с поверхности. Мы с Кросстаном неплохо сошлись характерами… хоть моя линия поведения и фальшивка.
– Рэй, я бы хотела, чтобы ты вернулся на орбиту. – Мысль Орланы была ровной.
– Если что-то пойдёт не так, вы всегда сможете телепортировать меня.
В видимом спектре вокруг Редима всё было спокойно. Но в телепатическом взоре Совета Вечности поле захлёбывалось «волнами» и светилось угрожающим багровым светом.
378-й земной год Экспедиции – последний
Орбита Редима опустела.
Остались только станции, продолжавшие выкачивать айон, небольшая группа учёных, следивших за процессом, и несколько кораблей с экипажем, готовые в случае чего экстренно телепортировать на борт персонал полюса и горстку оставшихся на планете людей. Разумеется, члены Совета Вечности пока оставались на Спекуле, не покидая кабинета Орланы. Исключения составляли Рэй, до сих пор находившийся на планете, и Максим, не желавший оставлять «Эльдар-1». Слиянию это по-прежнему никак не мешало.
Фон Кросстана достиг невероятных величин. В психическом поле зрения он выглядел как огромная серая язва на теле Редима, которая разрасталась с каждым днём. «Старики» приходили с пугающей частотой, а фон, судя по наблюдениям, подпитывал сам себя. Члены Совета понимали, что Экспедиция подошла к концу. Но вот когда, и, самое главное, каким будет этот конец – оставалось большой загадкой.