Сэхсвет (СИ)

Идиот. Мишель не виновата. Ей сейчас ничуть не легче твоего. Не срывайся на ней. Не смей.
– Ну… – Мэйтт сделал глоток. – Нет, не совсем. Досс ещё на вахте, и я пока не могу с ним связаться. Хер бы побрал эти правила! Как будто телефонный звонок может нарушить работу серверных. А по мне, так пусть бы и нарушил… в общем, судя по ежедневным сообщениям, он будет в городе через пару дней. Тогда можно будет с ним поговорить и попробовать выяснить, кто... кто убил нашего сына.
Досс работал в сфере обслуживания серверных и практически постоянно находился на Полюсе. В это время, от трёх до пяти дней в неделю, связываться с работниками было запрещено. Мэйтт долго вынашивал этот план, и в нём теплилась надежда, что Досс, имея доступ к информации, хранящейся на серверах, сможет если не сказать имя убийцы, то хотя бы навести на его след. Конечно, это незаконно и, если уж на то пошло, вряд ли возможно в принципе, но Мэйтт думал, что найдёт способ получить эту информацию. По крайней мере, он убеждал себя в этом, отказываясь слушать доводы разума.
Мишель покивала и медленными, шаркающими шагами подошла вплотную к мужу.
– Милый… перестань, пожалуйста, – прошептала она, проводя рукой по его щеке. – Ты же знаешь, ничего уже не вернуть. Он… ушёл.
Мэйтт схватил её руку и мягко, но решительно опустил вниз.
– Перестать? – спросил он, чувствуя, как в груди становится тесно. – Ты просишь, что бы я оставил в покое убийцу нашего с тобой единственного ребёнка? Ты сама себя слышишь? Тебе что, всё равно?
Мишель отшатнулась от него:
– Как ты можешь такое говорить…
– Могу и буду! – Мэйтт вскочил со стула. – Он – кто бы он ни был – убил нашего ребёнка, Мишель! Убил бы, да, он не успел сделать никаких физических действий, но именно из-за него Дарри нет. И ты думаешь, я оставлю такую мразь, как он, ходить по земле? Да ты рехнулась, если так думаешь!
Мишель заплакала. Это отрезвило Мэйтта. Он обнял жену и прошептал, стараясь придать голосу оттенок раскаяния:
– Милая, прости. Я перегнул палку. Прости, пожалуйста.
Она подняла на него заплаканное лицо.
– И ты меня прости. Зря я завела этот разговор. Просто…
Мишель замолчала.
– Что?
– Просто мне очень тяжело. Ты постоянно где-то пропадаешь, а я сижу тут одна, и…
Он обнял её ещё крепче и прошептал, сам не веря своим словам:
– Всё будет хорошо, милая. Только потерпи. Я закончу с этим, и всё будет как раньше.
Ложь. Ложь. Не лги сам себе… ничего уже не будет как раньше.
И Мэйтт знал, что точно так же сейчас думает и Мишель.
* * *
Досс позвонил вечером. После формальной части разговора они договорились встретиться в «КрафтБаре».
Северный район Крейса считался одним из самых неблагополучных. Конечно, до порта было далеко, но и здесь можно было встретить бродяг – правда, они не собирали объедки по мусорным бакам, а всего лишь просили милостыню. Да и выглядели более презентабельно – одежда была почище, а вонь, исходившую от них, вполне можно было терпеть.
Мэйтт поднялся по металлическим ступеням «КрафтБара». С неоновой вывески на двери скалилась звериная морда, чьи красные зрачки вспыхивали в такт доносившейся из бара музыки. Мэйтт толкнул тяжёлую дверь, и звуки стали громче. Детектив смог бы даже назвать группу и песню – названия вертелись на языке, – но не стал утруждать себя этим занятием и шагнул в темноту бара.
Народу совсем немного. Странно, учитывая вечер выходного дня. Двое мужчин сидели за широкой барной стойкой. Полдюжины столиков были заняты шумными компаниями и воркующими парочками. За дальним столом в одиночестве сидел Досс. Он приветственно поднял руку.
Мэйтт махнул рукой в ответ и начал продвигаться к нему, лавируя между столиками. Один раз ему пришлось чуть ли не отпрыгнуть назад, пропуская официантку с подносом в руках. Запах жареного мяса заставил желудок Мэйтта издать протяжное урчание.
Наконец детектив добрался до Досса. Тот привстал, хлопнув друга по плечу:
 
– Здорово, парень. Ох, сто лет тебя не видел!
– Да, давненько мы никуда не выбирались, – согласился Мэйтт, вешая пальто на спинку стула.
– Точно. Слушай, Мэйтт… – Досс потеребил салфетку в руках. – Ты как, в порядке? Ну, я хочу сказать, как вы с Мишель, держитесь? Я…
– Досс, пожалуйста, давай не будем об этом, хорошо? Лучше расскажи, как у тебя дела.
– Да, конечно. – Досс сделал глоток из бокала. – Как у меня дела, значит? Ну, скажу я тебе, мои дела не очень. Пару дней назад накрылась целая секция, как раз на моём участке. Начальство подозревает диверсию, а я скажу так – брехня всё это. Но нет, Ларри был уверен, что это, мать её, диверсия, поэтому мы проторчали в этом адском холоде лишние два дня. Бесконечные проверки, обыски и всё такое.
– И что в итоге оказалось?
– До сих пор точно не ясно. Пока рабочая версия – диверсия, вот такая рифма, ха! Но я убеждён, что во всём виноват сам Ларри, просто не признаётся.
– Как это? – Мэйтт сделал знак официантке, так кивнула и показала указательный палец: через минуту подойду.
– А вот так. Он, конечно, руководитель хороший… – Досс произнёс это слово с видимым усилием. – Но слегка… с причудами. За пару дней до аварии он что-то делал в серверной, и… не знаю. Если кто и устроил диверсию, то он сам, в целях проверки. Ну вот скажи, кому это надо?
Подошла официантка. Мэйтт заказал бокал пива и крылышки, Досс попросил повторить коктейль.
Они поговорили ещё немного о том, о чём положено говорить приятелям во время редких встреч: о карьере Мэйтта в детективном отделе, о семье Досса и тому подобном. Досс всё-таки ещё раз, осторожно, поинтересовался о Мишель. Мэйтт так же осторожно ответил, что она держится. После неловкого молчания, воцарившегося за столом, Мэйтт решил, что пора переходить непосредственно к цели встречи. Тем более что они оба были в уже достаточной кондиции.
– Послушай, Досс. Мы ведь давно друг друга знаем, так? – Досс утвердительно кивнул. – Я собираюсь рассказать тебе одну вещь… я пока ещё никому не рассказывал, поэтому надеюсь, что это останется между нами.
– Само собой.
– Спасибо. Так вот, это касается Дарри.
Досс поперхнулся коктейлем:
– Ты же вроде не хотел возвращаться к этой теме…
– Да, но мне нужно поговорить именно с тобой. Всё дело в причине его ухода. – Мэйтт выдержал паузу. – Старик сказал, что это было убийство.
– Что? Создатель Всемогущий… да как же это… – прошептал Досс. – В отделе знают? Нет, ты же никому не рассказывал… но кому могло…
– Вот именно поэтому я и рассказал тебе, – прервал его лепет Мэйтт. Он подошёл к сути, и нужно было быть жёстким. – Понимаешь, о чём я?
Досс кивнул, а потом замотал головой:
– Нет, Мэйтт, даже и не проси. Ты же знаешь, это незаконно, и…
– А то, что сделал этот мерзавец, это законно? – Мэйтт повысил голос. – А то, что он до сих пор на свободе, это законно?
– Фактически никто не…– начал Досс, но тут же осёкся. Мэйтт оценил, что у Досса хватило такта не заканчивать фразу, но смягчать ответ не стал:
– Думай, что говоришь, ладно? Ты мой друг, всё так, но думай, прежде чем говорить. Если бы не эта тварь, Дарри бы сегодня встречал меня с работы, прячась за деревом и пытаясь застать врасплох. – Его глаза на секунду увлажнились, но только на секунду. – Я не прошу от тебя какой-то точной информации, вроде адреса или имени его лечащего врача. Я хочу узнать только имя. Это возможно? Наверняка это можно как-то проследить, вычислить…
– Мэйтт, дружище, послушай меня минуту, – перебил его Досс, который моментально протрезвел. – Мне безумно жаль, что так случилось. Но пойми – я не могу помочь. Это незаконно. И, положа руку на сердце, я не уверен, что вообще возможно добыть какую-либо информацию. Послушай…
Оглянувшись по сторонам, Досс пригнулся к столу и понизил голос:
– Послушай, за нами наблюдают, это очевидно. Я не знаю, кто или что это – правительство, тайные организации, или какие-то… силы. – В этом месте Досс сделал паузу и поводил руками в воздухе, хаотично шевеля пальцами, а его голос упал до шёпота. – Никто не знает, понимаешь? Помнишь, через пару лет после запуска кучка психов взорвала кусок секции? Что после этого произошло? Мировая смертность увеличилась на несколько процентов! Кто-то подкрутил ручку, намекая нам, чтобы мы бросили подобные затеи…