Сэхсвет (СИ)

Мда… в мыслях всё это выглядело иначе – всего лишь быстрый перепихон с последующим выпроваживанием. А получилось… ладно, хорош сопли на кулак наматывать. Сейчас мистер-волшебный-порошок всё исправит.
Кросс вернулся в клинику. Сел на стул, на котором недавно сидела Инес.
– Сюзи?
– Да, Кросс, – ответил до боли знакомый голос.
Всего лишь машина. Помни об этом.
– Я… ничего. Спокойной ночи, Сюзи.
– И тебе, Кросс.
Занюхнув приличную дозу интокса и залив в себя остатки глира, Кросс некоторое время бездумно шатался по клинике, пока его не вырвало на пол. После этого он забрался на операционный стол, где и отрубился.
 Глава 6 
 
Кросс приходил в себя. Хоть он и не спал большую часть ночи, а находился без сознания, ему снились сны. Ужасные, кошмарные сновидения, в которых его тело рвали на части монстры, а сам Сэх стоял рядом во плоти, спрашивал Кросса, не хочет ли он уйти, чтобы избавиться от боли, и издевательски хохотал. Когда Кросс пришёл в сознание, он, конечно, ничего этого не помнил, и только тело, болевшее в местах, куда вонзались когти тварей, напоминало о ночных терзаниях.
Кросс разлепил веки, и сразу же сработала автоматика организма, затемнившая глазные яблоки. Он лежал, абсолютно голый, спиной на операционном столе, а в глаза бил ослепительно яркий свет.
Над Кроссом склонились два тёмных силуэта.
– Очнулся? – услышал хирург голос Босса.
Кросс захрипел и попытался приподняться на локтях, но тяжёлая рука легла ему на грудь, придавив к столу.
– Лежи, лежи. Тебе сейчас противопоказано двигаться. Сколько ты вчера вынюхал интокса, ублюдок? – Голос Босса был холоден, как жидкий азот, но по проскочившему ругательству Кросс понял, что тот удерживает себя от вспышки ярости.
– Не помню, – произнёс Кросс и закашлялся.
– Не помню… – эхом повторил Босс. Он достал из нагрудного кармана какой-то прибор, выдвинул из передней части крошечную иглу и с силой ткнул Кросса в плечо. Тот даже не шелохнулся. Босс подождал несколько секунд, пока завершится забор крови, и посмотрел на показания прибора.
– Больше двух граммов. Ты хочешь сдохнуть, Кросстан?
Даже если и захочу, у меня вряд ли получится.
– Ну, если вы так говорите, Босс...
– Закрой свою пасть, и не открывай, пока я не разрешу! – рявкнул Босс.
Глаза Кросса наконец подстроились под внешние факторы, и он смог разглядеть лицо Большого Босса. На обычно гладкой коже, обтягивающей массивный вытянутый череп, бугрились и пульсировали вены, а татуированные глаза светились багровым светом.
Да он же сейчас психанёт.
Босс сделал знак своему ближайшему помощнику, своей правой руке – Моннки. Тот двумя пальцами механической левой руки раздвинул челюсти Кросса, а другой запихнул в рот хирурга белую капсулу.
– Жуй, так эффективнее, – посоветовал Моннки, вытирая обслюнявленные пальцы о простыню. Кросс послушно разгрыз «банку», проглотив вязкое содержимое, после чего языком вытолкнул бесполезные остатки оболочки.
– Молодец.
«Банка» подействовала почти моментально. Головная боль прошла, уступив место лёгкой дезориентации, суставы перестало ломить. Помощник Босса выключил лампу над головой Кросса.
– Теперь вставай.
Кросс послушно предпринял попытку слезть со стола – и чуть не упал.
– Не так быстро! – прикрикнул Моннки. – Давай сюда руку, калека.
Кросс протянул руку, Моннки закинул её себе на плечи и аккуратно поставил хирурга на ноги. Потом он помог Кроссу одеться и усадил на стул в углу операционной. Большой Босс молча наблюдал за происходящим, и только когда Кросс принялся разминать верхнюю часть тела, спросил:
– Ты в норме?
– Вроде того, – ответил Кросс. Чувствовал он себя гораздо лучше, чем пять минут назад.
Надо будет потом выпросить у Моннки этих чудесных «банок». 
– Хорошо. Теперь поговорим.
Моннки притащил ещё один стул, поставил его напротив Кросса, а сам встал за спиной хирурга. Босс сел перед Кроссом, положив ногу на ногу:
 
– Ну?
Хирург пожал плечами. Он не знал, что сказать, и спросил:
– Что вы здесь делаете, Босс?
Большой Босс редко покидал свой защищённый бункер – слишком уж много врагов имел. И причина, заставившая появиться Босса здесь, должна была быть очень весомой.
– Тот же вопрос я хотел задать и тебе, Кросстан. Видишь ли, сегодня утром Сюзи сообщила мне, что некто в клинике находится в сопорозном состоянии[1]. А сегодня тут должно быть пусто, как у кое-кого в голове, раз он игнорирует прямые приказы. – Босс указательным пальцем ткнул в лоб Кросса, от чего в голове словно разорвалась маленькая бомба. – Итак, Кросстан. Что ты здесь делаешь, когда я ясно тебе велел не появляться в клинике до завтра?
Кросс сглотнул слюну, скопившуюся во рту.
Ну и дрянь же ты, Сюзи, – мысленно обругал Кросс компьютерную систему. – Не ожидал я от тебя такой подставы.
Впрочем, Кросс тут же подумал, что несправедлив к ней. Если он был близок к коме… то, что он имеет «старческий иммунитет», не спасёт его от превращения в овощ. К тому же он не питал иллюзий относительно того, что его присутствие в клинике пройдёт незамеченным для Босса. И ещё Кросс понял, почему Босс так разозлился – он испугался, что может потерять одного из своих лучших хирургов.
У которого вчера сорвалась операция, кстати. Боссу этого знать не нужно.
– Послушайте, Босс… – Кросс запнулся. – Если честно, я плохо помню, зачем сюда припёрся. Дома было совершенно нечего делать, и, возможно, я решил попробовать возобновить работу над своими проектами, но…
Кросс развёл руками, как бы говоря планы слегка изменились, увлёкся, с кем не бывает.
Босс склонил голову набок и несколько секунд смотрел на собеседника, словно прикидывая, за какого идиота его держат: за полного или всё же с зачатками разума?
– Поработать над проектами, говоришь? – Босс поменял ноги местами и наклонился вперёд: – А потом решил оторваться? Ты утверждаешь, что всё было именно так?
Кроссу очень не понравился тон, но ввиду безальтернативности он продолжил гнуть свою линию:
– Да.
– Что ж… тогда ты не будешь против, если мы глянем записи с камер? Просто чтобы на сто процентов удостовериться в правдивости твоих слов.
Кросс окаменел – такого поворота он совсем не ожидал.
– Камеры? – переспросил он сразу, как только язык обрёл подвижность. – Когда их поставили?
– Несколько дней назад, – ответил Моннки, вставая рядом с Кроссом. В руках у помощника был планшет. – У тебя серьёзные проблемы с интоксом, приятель, и кредит доверия к тебе чрезвычайно низок.
Кросс проигнорировал Моннки:
– Босс, вы же помните условия, на которых я согласился работать с вами. Я даже список составил, где шестым пунктом было чётко написано – никаких, сука, камер!
Босс приложил палец к губам, призывая к молчанию, и указал на планшет:
– Не шуми. Давай лучше посмотрим на твои проекты.
Кросс перевёл глаза на планшет в руках Моннки. Тот наугад (наугад ли?) отмотал запись под конец рабочего дня и нажал на экран.
На записи была Инес. Абсолютно голая, она на четвереньках стояла на операционном столе. Позади неё находился Кросс и слизывал интокс с её белоснежных ягодиц, периодически погружаясь лицом между восхитительных, идеальных половинок. Ракурс был взят почти профессионально, всё было видно до мельчайших подробностей, как будто оператор находился прямо в комнате. В какой-то момент Инес взяла щепотку бурого порошка из стальной коробочки перед собой и высыпала его на язык Кросса, простонав: Давай, запихни его в мою задницу. Только никаких рук. Хирург с готовностью выполнил просьбу, уткнувшись лицом в крепкую попку Инес.
Кросс смотрел, и его лицо полыхало красным. Но не от стыда, а от гнева. Этот «Большой Гондон» установил грёбаные камеры, даже не уведомив его!