Лишний маг (СИ)
А уже после полудня балморское отделение увидело свою главу во главе. Ну а мы с Анасом, с Божественной Метафизикой подмышкой, изображали бурную мыслительную деятельность перед стоящим в Зале Сердца красной горы Акулаханом.
— Здоровый какой, — наконец выдал я поразительный результат наблюдений и размышлений.
— Какое точное замечание, — буркнул некрохрыч, листая Метафизику. — Инструменты пока прибери.
— Кхм, да, не стоит им валяться, — признал я, направляясь к каменному сундучку у ног ОНМР.
— Руками не трогай! — рявкнул мне в спину Анас.
— Твоя дохлость, я похож на идиота? — поинтересовался я.
— Временами, — хамила мертвечина. — И лучше напомнить лишний раз!
На что я промолчал: по большому, счёту дохлятина права. Но признавать это вслух — обойдётся! Мог там вежливее, без рявков, антивариат хамский!
А после стали мы думать, что собственно делать. Точнее «что» — мы понимали. Оставался вопрос «как». Итак, у нас есть божественная мощь, уровня творца Мира: Сердце. На данный момент оно вставлено в Акулахана, у которого чуть ли не половина начинки, насколько мы понимали с Анасом, заточена на нивелирование «желаний» неразумного сердца.
Так вот, функционала автопилота данный механизмий не имел от слова «совсем». Кагренак, создавая инструмент оперирование божественной мщой, наоборот, максимально привязывал любую деятельность на оператора, чтоб без этого оператора ничего не делалось.
Но, в принципе, могло. И было три путю: найти специально обученного, абсолютно лояльного и всякое такое разумного. Его посадить в кресло и спокойно свалить по своим делам. Вариант практически идеальный, за исключением того, что ни я, ни Анас, где такие полезные специально обученные водятся — не знали. И даже имели сомнения, что такие категорически нужные типы вообще водятся. Так что — не вариант.
А вот два реалистичных вызывали вопросы. Первый — дух-оператор. И у Анаса, некрохрыча колдовского огромный опыт работы с этой публикой. И я, в силу нетипичной душевной природы имею бонусы и плюшки… Но вот отдавать в распоряжение духа божественную мощь…
— Знаешь, Анас, — наконец прервал я наши бесконечные «а если». — Мне откровенно страшно. И духа вселять или сажать на управляющее место не будем.
— Мнда-а-а, — согласно протянул мертвечина. — Выходит, что так. Хотя есть вариант у самих двемеров.
— Сердечник — вещь хорошая, — признал я, вздохнув.
Просто двемеры, техномаги исчезнувшие, делали уникальные камни душ, источники обливионщины: сердечники. Уникальность была в том, что во-первых заключённая душа не разрушалась. А во-вторых, душа мало того, что не знала, что она заключена, так ещё и вела насыщенную и интересную жизнь, в определённом смысле. То есть сердечник создавал для души виртуальный мир, где она была, как мне кажется, вполне довольна.
При всей сложности этого решения оно было вполне гуманным (ну насколько вообще можно применить это слово к использованию душ как генераторов энергии). А, главное, оставляя душу в сознании, полностью исключало возможность бунта душин: мало того, что дискомфорта личность не испытывала, так ещё и, скорее всего, не осознавала факт того, что она в сердечнике.
Но — не потяну, в обозримые сроки уж точно.
— Но не вытяну. А значит — заклятье, — подытожил я свои размышления вслух.
— Заклятье, — не восторженно протянул некрохрыч. — Ладно, давай думать, считать и пробовать.
Стали мы думать и считать, и выходила у нас фигня. Безблагодатная притом. Теоретически прописать даэдриком этакую программу — не вопрос, на это как на крайний вариант, и был расчёт. Но ма-а-аленький недостаток. Заклятье — правило оперирования обливионщиной. А обливионщина, зараза такая, нейтральной не бывает. Это не просто энергия, а определённое… ну стремление. Гореть для огненных планов, ну и по такому принципу. Возможно, есть где-то «психически нейтральный» план, но мы про такие с Анасом не знали.
— Более того, Рарил, — задумчиво тянул мертвечина, пиная несколько пылинок. — Даже если и есть, как ты выразился, «психически нейтральный» план Обливиона, то почти наверняка толку от него — как яиц от шалка.
— Думаешь, из за отсутствия побуждения-желания он будет… просто неподконтролен магу?
— Почти наверняка, — кивнул Анас.
Так вот, как бы мы, выводя вязь даэдрика и наполняя созданное заклятие СВОИМ желанием не извращались — будет это не просто «энергия», а некое побуждение. Которое окажется в области запредельной концентрации энергии творца миров, тоже наделённой мощными желаниями. То есть Акулахан САМО сердце нейтрализовал и целенаправленно хулиганить не довал. Но лорханщина и сама по себе — ни хрена не нейтральна. И выходило, что написать «управляющую программу» мы сможем. Только она пойдёт в разнос в течение недели. Практика «слабого начертания» показала, что в этом месте вязь даэдрика… переписывается, блин! Незначительно, в мелочах… Но это звиздец! Тут можно использовать только артефакты с материальной привязкой, да и то не факт, что их, со временем, сердечно не контузит.
А писать «программу на материальном носителе»… Это что Ворином по Рарилу, что Рарилом по Ворину. В смысле, тогда уж двемерский сердечник проще создавать под свои цели. Благо образец есть. И лет семь, навскидку, занудно чаровать этот самый сердечник, методом проб и ошибок прописывая свои целеуказания.
— Знаешь, Анас, — задумался я про «сторожевую систему», «материальный носитель» и «отсутствие желаний» у исполняющего функцию. — А ведь у нас есть практически то, что нам нужно.
— Рарил, тогда тебе надо будет закончить ОЧЕНЬ быстро! — с выражением призрачной морды лица истинного панфиловца выдал некрохрыч. — Я всё понимаю, но больше года…
— Ты сдурел? Какого года? — пытался я вникнуть в дичь, несуомую двоедушником.
— Год я в Акулахане выдержу. Даже без борделя, — страдальчески морщился героический некрохрыч. — Но больше года, Рарил, это будет перебор! — обвинительно простёр он в меня костяшку. — И чтоб навещал! Подменить, поговорить… хоть в Каирн Душ к Ярумии смотаюсь, — забормотал он себе под нос.
— Так, кажется я понял, — кажется понял я. — Ваша дохласть посчитала, что свинский я хочет запихать вашу персону в Акулахана. Кстати, а сам Богом-Королём стать не желаешь? — вдруг пришла мне в голову не самая хреновая идея.
— Эммм… — задумался Анас. — Ты знаешь, не думаю что у нас это выйдет по отдельности, — наконец, ответил он. — А даже если и выйдет — твои резоны вполне основательны. В смысле, знать, в какую даэдраическую херню влезаешь прежде, чем влезать. Или не влезать. Пример влезания без понимания мы прекрасно видели, и результат мне не слишком понравился.
— Ты про Ворина?
— Про него, — кивнул некрохрыч. — И это ему ещё даэдраически повезло, на что глупо рассчитывать.
— Ну, в общем, «да», — признал я. — Только Анас, я не такой свинтус, чтоб пихать своего… родича, партнёра и всякое такое в голема на год.
— Да?
— Ага.
— Но ты говорил, про то что решение у нас ЕСТЬ!
— Угу.
— Хм, — задумался Анас, помотылял в вхдухе, чтоделал редко, предпочитая стоять на призрачных ногах. — Злой Камень Варла! — просиял он.
— Да, — без особого восторга признал я. — Порождение этих поганых душегубов. Желаний — никаких в принципе, обкорнали желалово. А вот исполнительность — замечательная, — поморщился я. — И вариант заменить блок распознавания и прикрутить «атаку» на какое-то действие Акулахана… Ну, как минимум, выглядит осуществимее создания своего сердечника в удобоваримые сроки.
— В принципе — да, похоже на то, — подумав, озвучил дохлятина. — Инструменты только не забудь, раз уж будем возвращаться.