Цена его ревности. Книга 2 (СИ)

Вика несколько раз, как научила сестра, опустила пенку, а затем бросила несколько крупинок перца чили и соли, подождав, когда пенка поднимется еще раз, сняла турку и аккуратно налила напиток в чашечку, сожалея, что не прихватила по дороге шоколадку.
Окруженная ароматом свежесваренного кофе, Вика вернулась за стойку и, прихлебывая обжигающий и температурой, и перцем напиток, принялась дожидаться подружку.
— М-м-м… Как пахнет, — Лалит тоже спешила на работу, чтобы успеть посвятить свою добровольную замену во все тонкости того, как угождать требовательным директорам. — Не вздумай поить их таким кофе, а то они потом меня загоняют. Пусть пьют из кофемашины, — Лалит заговорщицки подмигнула. — Давай приступать, у нас мало времени. Вечером я уже улетаю, — торопилась она, показывая и рассказывая, где и в каких папках лежат документы. Передала под личную ответственность ежедневники обоих шефов с их дневным расписанием на месяцы вперед.
— Но не обольщайся, будто они сами следуют всему, что запланировали. В твои обязанности входит постоянно напоминать о делах и встречах, которые они, к тому же, постоянно меняют. Так что, две эти книжечки должны стать твоими настольными книгами, и ты должна знать их наизусть.
Вика хлопала ресницами, запоминая или записывая сыплющуюся информацию.
— Наверное, уже принесли почту, — посмотрев на часы, сказала Лалит. — Вообще-то, девушки с ресепшена обязаны информировать, когда ее приносят, но они частенько игнорируют свои обязанности. Так что лучше проверить самой, — продолжала поучать она. — Пойдем, покажу, где ее забирать, — Лалит схватила Вику за руку и потащила на первый этаж, на ресепшен.
Цокая высоченными каблуками, Вика внимательно смотрела под ноги, чтобы не оступиться, поэтому слишком поздно заметила возникший на пути темный костюм и его владельца, и, не успев затормозить, уткнулась носом в безупречно отглаженную серо-голубую сорочку, а на плечах, не давая упасть, сомкнулись сильные руки.
— Доброе утро, господин Радж, — услышала Вика голос Лалит и медленно перевела взгляд от рубашки, пахнущей так же, как пахла пижама, сначала к шее, где под смуглой кожей слишком быстро билась жилка, а потом и на лицо, с мелькающей насмешливой ухмылкой и озорно блестящими глазами.
Стараясь освободиться от захвата, Вика дернулась, а Ракеш, не разжимая пальцев, тем временем внимательно ее осматривал: пышные локоны свободно рассыпались по плечам, а один забрался под воротник платья-рубашки, увлекая за собой и внимательный взгляд — туда, под тонкую ткань платья, в V-образный вырез, лишь намеком приоткрывающий манящие формы, которые от этого становились еще более соблазнительными. С трудом отводя глаза от дразнящего локона, Ракеш рассмотрел и само платье — изумрудно-зеленое, застегнутое на множество маленьких, доходящих до самого низа пуговок, и перехваченное в талии коричневым плетеным ремешком.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Воображение тут же представило, как пальцы осторожно касаются и медленно расстегивает эти малюсенькие пуговки, по миллиметру приоткрывая белоснежную кожу, кружевное белье (Он успел заметить на площади аэропорта проступивший под майкой рисунок). Горло пересохло, и Ракеш еще сильнее сжал плечи девчонки.
— Ай! Мне же больно! Отпустите меня, господин Радж, — официальное обращение отрезвило, и он разжал ладони, но вырывающая упрямица отступила, споткнулась о ступеньку и, пошатнувшись на высоченных каблуках, опять чуть не упала. Радж снова подхватил ее.
— Я уже говорил, что не стоит надевать обувь, в которой не можешь нормально ходить, — он перевел взгляд с ее распахнутых от испуга глаз на стройные ноги, обутые в коричневые, в цвет ремня, кожаные босоножки — открытые щиколотки были голыми. «Где же паял? Почему не надела?» — задавался вопросами Ракеш, но озвучивать их не стал, вместо этого стряхнул с сорочки несуществующую соринку. — Ты поставила себе цель испортить всю мою одежду?
— Извините, господин Радж. Здравствуйте, господин Радж, — преувеличенно вежливо защебетала Вика, освободившись от его захвата и делая акцент на «господин Радж», так как видела, что такое обращение не вызывает у него восторга, но он же сам поставил такое условие, и теперь можно безнаказанно его бесить, а это доставляло непередаваемое удовольствие. — Я верну вам пиджак, как только отнесу в химчистку. Извините, вчера не смогла, слишком устала, постараюсь сегодня заскочить.
 
— Не стоит, — перебил Ракеш. — Оставь как есть, только просуши. Я сам при случае заберу. Кстати, вы куда собрались? На обед, кажется, еще рано, — он посмотрел на часы, и в луче света сверкнул золотой корпус.
— На ресепшен за почтой, — вмешалась Лалит в их странный, с ее точки зрения, разговор. — Заодно и Вику познакомлю с девушками.
— Хорошо, — бросил Ракеш, не отрывая взгляда от стройной фигурки в зеленом платье.
— Никогда, слышишь, никогда не уходи с рабочего места без трубки, — втолковывала Лалит Вике, когда они, оставив шефа за спиной, пошли дальше. — Ты можешь им понадобиться в любое время. И, если тебя не окажется на месте или на связи, то от их гнева может рухнуть крыша, а тебе это надо? Девушки, познакомьтесь, это Вика, — подойдя к ресепшену, представила ее Лалит. — Она будет меня замещать на время отпуска.
— А мы знаем, — хором ответили девицы — сплетни об иностранке, ее странном контракте и еще более странном гонораре, расползлись по офису со скоростью вируса — воздушно-капельным путем — и теперь девицы с интересом рассматривали незнакомку. — Когда заскучаешь, приходи к нам, посплетничаем, — пригласили они Вику.
— Почта уже пришла? — прервала их Лалит и, забрав корреспонденцию для руководства, повела подружку обратно. — Не спускайся к ним, те еще сплетницы, и подставят не поморщившись, — предупредила она Вику. — Если честно, то я очень рада, что замещать меня будешь ты, а не одна из них. Потому что каждый раз, как кто-то из них остается за меня, я боюсь, что некуда будет выходить. Слишком уж мое место для них привлекательное, а ты не будешь меня подсиживать.
— Обещаю вернуть твое место в неприкосновенности, — торжественно произнесла Вика, и подруги, смеясь, разместились за стойкой.
— Лалит, добрый день. Вика, очень рад тебя видеть такой веселой, а то Айрин говорила, что ты загрустила. Видимо, воздух Индии пошел тебе на пользу, — к стойке подошел Санджей. — Лалит, мне чашечку кофе, пожалуйста.
Тут же, как по заказу, у Лалит зазвонил телефон, связывающий ее с Раджем.
— Лалит, вы уже вернулись? Принесите кофе и научите Викторию пользоваться кофемашиной.
Вика только фыркнула — он считает ее полной тупицей?
— Пойдем, — позвала ее Лалит. — А потом разберем почту.
Девушки управились быстро и замерли над двумя чашками из тонкого фарфора — кто кому понесет?
— Давай, ты понесешь Раджу, — немного помявшись, предложила Вика. — Если вдруг что не так, он с меня кожу снимет. Итак постоянно рычит, а я отнесу будущему… кем мне приходится Санджей? Зять, правильно?
Лалит согласилась. И подружки разошлись по кабинетам директоров.
— Вика, — сказал Санджей, когда она поставила на стол чашку. — Ракеш с тобой хорошо обращается?
Вика от неожиданности моргнула.
— Да, все хорошо, спасибо, — ответила она.
— Задержись немного, я хотел тебе еще кое-что сказать, — он подождал, пока Вика присядет, и продолжил: — Как только приедет Айрин, начнутся свадебные ритуалы. Было бы неплохо, если бы ты приняла участие в их подготовке, как родственница невесты. Я могу подвозить тебя после работы.
  
Глава 8. Чем опасен кофе
 
Ракеш поднял взгляд на открывшуюся дверь, увидел Лалит и прищурился.
— Где Виктория? — откинувшись в кресле, спросил он.
— Она понесла кофе господину Рою.
— Лалит, ты чья помощница? — ласково спросил Ракеш, отчего бедная секретарша застыла на месте.