Время жить - 3. Осколки мира. Часть 2 (СИ)

Инья снова расплакалась, а Илья смотрел на нее с замирающим сердцем. Кто же она такая? Или она действительно не врет, или они видят перед собой самую талантливую и опасную актрису из всех, кого они встречали на этой планете. Поведав о допросе эмиссара Круга, Жабыч не оставил им иного выбора. Либо они должны поверить ей, не боясь повернуться спиной, либо убить, чтобы остаться в живых самим.
Почему молчит наставник? Или это тоже урок?
У какого нормального человека поднимется рука на красивую девушку, но что, если это враг? И у них нет права на ошибку, ведь под угрозой могут оказаться не их жизни, а нечто более важное – вся их миссия на этой планете?
Эти мысли пронеслись в голове Ильи за одну бесконечно долгую секунду. А в следующую он, отложив оружие, присел рядом с плачущей девушкой, старательно запахивая полы халата.
– Скажи, в чем ты мне соврала вчера ночью? Кто был автором идеи обратиться к Перевозчикам?
– Тон. Его отец когда-то имел дела с ними. Они с Бором ждали от них важный груз. Но пришла эта проклятая краска. А потом появились вы! Советник не просто воспользовался случаем, чтобы уничтожить всех. Он продумал все заранее.
– Ты решила, что Перевозчики вас предали, и решила столкнуть нас лбом с советником? Чтобы я попытался его убить?
– Да. Но я ошиблась. Прости, если сможешь. Ты ничего не знал. Предложил помощь. А теперь я вообще ничего не понимаю! Кто мог усыпить целый большой дом?!
– Полагаю, тот, кто занимается приготовлением пищи или сервировкой стола, – заметил Братец Хо. – Хотя думаю, нам уже некого спрашивать. Вряд ли тот, кто это сделал, остался ждать развязки.
– А вы будете ее ждать?
– Будем, – решительно сказал Илья. – Здесь наши товарищи. Кроме того, мы постараемся защитить тебя и Бора.
– Что скажете вы, наставник? – повернулся к Жабычу Братец Хо.
– Ха! Наконец-то кто-то из вас удосужился поинтересоваться моим мнением! Так я не стану его высказывать! Вы отрастили крылышки, птенцы! Теперь же летите вверх и не падайте! Мне будет очень интересно пережить эту ночь, чтобы задать кое-кому парочку вопросов.
Теперь было самое время обсудить диспозицию и составить план. Но противник не дал им такой возможности. Снаружи послышались громкие звуки, похожие на пьяный смех или нестройную песню. Осторожно выглянув в окно, Илья увидел внизу большую компанию, приближающуюся к главному входу. Ему показалось, что в свете фонарей одежда некоторых из них отливает темно-зеленым. А в следующий момент узнал в ней знакомую униформу Перевозчиков. Новая группа? Или ряженые? Ночью, с четвертого этажа, он не узнавал никого.
Шумная компания начала вливаться в дом. Их никто не останавливал и не задерживал. Кто же это, черт побери?! Почему они идут открыто и не скрываются? Он всегда считал, что убивать надо беззвучно, чтобы никто не закричал: «А-а-а!!!» и не испортил бы этим воплем всю малину. А эти, наоборот, сами поднимают шум и гам, чтобы замаскировать за ними свою акцию?
И тут снизу раздался трубный глас. Громкий и пронзительный, он словно выговаривал короткую фразу из трех слогов. Казалось, весь большой дом резонирует от этих звуков.
Илья невольно прислушался к ним. И едва уклонился от удара, который должен был отправить его в нокаут. Это Бор, неожиданно слетев с постели, внезапно и без промедления атаковал его. Он оказался очень сильным, а глаза его были совершенно белые, без единого проблеска разума. Его никак не удавалось скрутить, и только когда Братец Хо, сняв накладку с ногтя, смог оставить на нем царапину, наследника удалось снова погрузить в сон.
Труба давно замолчала, но дом заполнился иными звуками – треском, глухими ударами и нечленораздельными воплями.
– Наши там. За мной!
Жабыч, в борьбе с Бором лишившийся своего парео из скатерти, вылетел в коридор. Илья дернулся за ним, но его схватила за руку Инья.
– Бор!
– Останусь здесь. Защищу! – коротко откликнулся Братец Хо. – Помоги наставнику!
Тот действительно оказался в беде. От трубного гласа очнулся не только Бор. Коридор был весь заполнен телами, по большей части, женскими. Некоторые успели полностью лишиться одежды. Жабыча загнали в угол и, похоже, собрались натуральным образом изнасиловать. А если бы не ноготь со снотворным, то и Илью, наверное, в момент разорвали бы на множество маленьких ушастых кронтиков.
 
– Ф-фух! Стар я уже становлюсь для таких испытаний! – Жабыч, напоминающий в этот момент древнегреческого атлета, шумно выдохнул. – Не знаю, как тебе это удается, но продолжай в том же духе.
– Наставник, вы бы оделись, – намекнул ему Илья.
– Не к спеху! Где-то здесь бродят ублюдки в чужих перьях, и я не хотел бы, чтобы меня с ними спутали!
– А вот и они…
В коридоре появились новые действующие лица, зашедшие со стороны центральной лестницы. Четверо в темно-зеленой униформе Перевозчиков, явно с чужого плеча, и двое в неприметном серовато-коричневом. Все вооружены дубинками. У двоих ножи на поясах.
Тусклые лампочки дежурного освещения не давали много света, но Илья узнал их. Банда Скофа, кто бы сомневался! Вот они и встретились вновь.
– Колдун! – панически взвизгнул один из ряженых – тот самый ушибленный математикой.
Все четверо сделали такое движение, словно пытались спрятаться друг за друга.
– Атакуйте его! – завопил «штатский», державшийся позади всех. – Не дайте ему открыть рот!
– А вот вам хренушки! – Илья, не торопясь, пошел им навстречу, поигрывая обнаженным клинком. – Над седой равниной моря ветер тучи собирает. Между тучами и морем гордо реет Буревестник, черной молнии подобный!
Он и сам не помнил, из каких глубин памяти всплыли эти чеканные ритмичные строки. Кажется, это было дополнительное чтение по классической литературе.
Так или иначе, они слушали его с завороженными лицами, медленно подаваясь назад.
– …Глупый пингвин робко прячет тело жирное в утесах!
На пингвине они сломались. Кто-то, отступая спиной вперед, споткнулся о лежащее поперек коридора тело и рухнул на пол. Остальные обратились в бегство.
– …Гром грохочет. В пене гнева стонут волны, с ветром споря!
Илья с громким кличем бросился преследовать деморализованного противника. Вслед за ними он выскочил на широкую площадку центральной лестницы.
Шестерка беглецов ссыпалась по ней вниз и вдруг заметалась. Снизу поднимались строем клина могучие братья Ма Туй, синхронно помахивая кулаками. За ними вторым эшелоном следовали мастер Грен, вооруженный пустой бутылкой, и Сус. Судя по неподвижным взглядам и размеренным движениям, они спали на ходу. Но пытавшихся прорваться вниз противников встретили, как подобает.
К тому времени внимание Ильи привлекли крики и лязг клинков, доносившиеся из другого угла, где находились покои босса и его личный кабинет. Там, похоже, шел настоящий бой.
Личная охрана босса не спала и достойно встретила ночных гостей. На полу валялись три неподвижных тела – одно в темно-зеленом и два в серо-коричневом. Но из четверки стражников один с отстраненным видом сидел под стеночкой, прижимая руки к окровавленному животу, а у второго левая рука висела, словно плеть, а лоб покрывали крупные бисеринки пота. Живых же и здоровых противников насчитывалось еще целых девять. И вооружены они были не дубинками, а мечами.
Серьезные ребята, таких бы и «Буревестником» не проняло. Но Илья и не собирался впустую разбрасываться словами. Тяжелые стеклянные рюмашки, захваченные в бане, дождались, наконец, своего звездного часа. Не дожидаясь, пока противники повернутся к нему лицом, он отправил в полет сначала три штуки, а потом еще три. И ни разу не промахнулся.
Двое сразу рухнули, получив по затылку. Еще один успел обернуться и получил снарядом прямо в лобешник. Трое не упали, но пошатнулись. Охранники, воодушевленные прибывшим подкреплением, ринулись в атаку. Потеряв одного своего, они добили подранков и уложили ряженого из оставшихся троих. Последнюю пару, бросившуюся наутек, принял на себя Жабыч. Бывший участник восстания действовал с ужасающей эффективностью, проткнув сначала одного, а потом и второго.