Кусать лед (ЛП)

— Наслаждайся вечеринкой, — сказал я, обходя ее. Потому что, если я чему-то и научился с тех пор, как приехал в УЛ, так это тому, когда нужно уходить от симпатичной девушки со звездами в глазах.
Я продолжил свои поиски, осмотрев последние две комнаты на втором этаже. Гостиную и тренажерный зал.
В ту секунду, когда я вошел в спортзал, или кладбище, в которое оно было превращено на сегодняшний вечер, я нашел ее. Все оборудование было сдвинуто к краю комнаты и накрыто черными простынями, чтобы создать периметр кладбища. Повсюду были установлены пластиковые поддельные надгробия, а дымовая машина постоянно выпускала струйку тумана по полу.
Но меня все это не волновало. Я смотрел только на женщину, танцующую в этом ее смехотворно сексуальном костюме. Облегающие черные брюки и короткий топ с таким же успехом можно было бы нарисовать, учитывая, как мало это оставляло простора для воображения. Каждый изгиб был полностью продемонстрирован, когда Элла танцевала со своей подругой. Я прислонился к беговой дорожке, наблюдая за ней. Завороженный тем, как ее бедра покачивались и двигались в такт знойному ритму.
Элла Хеншоу была самой горячей девушкой, которую я когда-либо видел, и я был дураком, что позволил ей уйти. Но тогда я был другим парнем. Молодой и глупый. Поглощенный идеей хоккейной славы. Тренеру нравилось напоминать нам об опасности отвлечений, но чего он не понимал, так это того, что половина парней в команде была отвлечена бесконечными предложениями случайного секса, вечеринок и студенческого разврата. Пока это не влияло на их игру на льду, ему было все равно.
Но последние несколько месяцев я задавался вопросом, не упускаем ли мы что-то. Наличие девушки не было отвлекающим фактором. Нет, если бы она была подходящей девушкой.
И я не мог выбросить Эллу из головы. Я видел ее в кампусе, иногда наблюдал за ней в кафе и даже находил предлоги, чтобы зайти в библиотеку, просто чтобы мельком увидеть, как она работает в смену. Но я никогда не приближался к ней.
До сегодняшнего вечера.
Потому что, как моя мама настаивала на том, чтобы вдалбливать мне, ты не должен играть с сердцем девушки, если у тебя нет планов сохранить его.
Я хотел Эллу Хеншоу.
И сегодня была ночь, когда я, наконец, собирался сделать ее своей.
По крайней мере, таков был план.
***
Подруга Эллы заметила меня первой, ее губы изогнулись в удивленной усмешке, когда она ободряюще подмигнула мне. Наклонившись, она что-то прошептала Элле, которая мгновенно нахмурилась. Они вдвоем, казалось, поспорили, а затем ее подруга ушла, исчезнув из комнаты.
Прежде чем Элла смогла пойти за ней, я подкрался к ней сзади, обняв рукой за талию. Все ее тело застыло, и я прошептал: — Это я.
— Коннор? — Дрожь пробежала по ее телу.
— Потанцуешь со мной, котенок?
— На случай, если ты забыл, я тебя ненавижу.
— Потанцуй со мной, пожалуйста.
Она прерывисто вздохнула. — Один танец.
Бинго.
Улыбаясь про себя, я немного отступил назад, увлекая Эллу в темный угол комнаты. Прижав ее к своей груди, я начал двигать нами в такт.
Сначала Элла была напряжена, двигалась скованно. Но постепенно, по мере того как песня продолжалась, она начала расслабляться, пока ее идеальное тело не перекатилось и не прижалось к моему.
Господи, она чувствовала себя хорошо: все мягкие изгибы и еще более нежная кожа. Я позволил своей руке провести по ее руке, наслаждаясь тем, как дрожь прокатилась по всему ее телу.
— Коннор, — прошептала она.
— Шшш, детка. Я держу тебя. — Убрав волосы с ее плеча, я провел губами по изгибу ее шеи, едва касаясь ее.
Этого было недостаточно. Далеко недостаточно. Но я не хотел отпугивать ее, не тогда, когда она наконец оказалась в моих объятиях.
Мама всегда говорила, что я пойму это, когда найду ту женщину, которая мне нужна. Я знал это в ту ночь два года назад, точно так же, как знал это сейчас.
 
Элла Хеншоу была моей.
Просто тогда я был слишком чертовски труслив, чтобы что-то с этим поделать.
Мой член болезненно напрягся за молнией моих брюк, как будто он тоже знал. Что она была нашей. Что она принадлежала нам.
Уголок моего рта приподнялся, когда я уткнулся носом в ее шею, покачивая нами в такт.
— Я так долго ждал этого, — сказал я, поворачивая ее в своих объятиях. Прикоснувшись своей головой к ее, я вдохнул ее.
— Ты не это имеешь в виду. — Она уставилась на меня с чем-то похожим на благоговейный трепет и замешательство.
— Я серьезно. — Моя рука скользнула в ее волосы сзади и обхватила затылок.
— Ты пьян.
— Я трезв, как судья.
— Ты же знаешь, это не сработает. Однажды я уже поддалась обаянию Коннора Моргана. Я больше на это не куплюсь. — Ее брови сошлись в очаровательной гримасе. Но она все еще была здесь, не делая никаких попыток сбежать.
Это должно было что-то значить, не так ли?
Но потом я пошел и сказал одну вещь, которая могла испортить мой шанс еще до того, как она согласилась мне его дать.
— Я никогда не забуду ту ночь, котенок, — признался я. — Ни на секунду.
ГЛАВА 4
ЭЛЛА
Мое сердце сильно забилось в груди, когда Коннор обнял меня, почти благоговейно проводя руками вверх и вниз по моей талии.
Я не должна была быть здесь, на этой вечеринке — хоккейной вечеринке — танцевать с Коннором.
Но ему было трудно сопротивляться. Это и алкоголь, циркулирующий в моей крови.
Я долго этого ждал. Его признание прокручивалось в моей голове. Конечно, это была реплика. Какой-то дешевый трюк, чтобы заставить меня ослабить защиту. Поскольку это был чертов Коннор Морган, он мог заполучить любую девушку в кампусе, которую он хотел — возможно, уже имел.
Тьфу. Я отбросила эту мысль так же быстро, как она пришла мне в голову.
— Ты мне не веришь, — сказал он, и искра в его глазах немного погасла.
— Это было два года назад.
— Что я могу сказать? Ты оставила след.
— Я оставила… отпусти меня. — Я попыталась вырваться из его хватки, но Коннор схватил меня за руки. Не сильно, но достаточно крепко, чтобы я не могла убежать.
— Я облажался той ночью, котенок. У меня действительно тяжелый случай струсивших ног.
Струсил, он был настоящим?
— Ну и что? Ты думал, что будешь ждать два года, чтобы признаться мне во всем этом в надежде на что, завоевать меня?
— Это работает? — Он криво усмехнулся мне, и я обнаружила, что смеюсь, потому что он был таким смешным.
Мы были на вечеринке, вечеринке Лейкерс, в доме, полном пьяных хоккеистов, девушек и парней, которые боготворили лед, на котором они играли, и Коннор всерьез ожидал, что я поверю, что он хочет меня.
После всего этого времени.
— Хорошо, сколько?
— А? — Его брови нахмурились.
— Сколько стоит спор?
— Спор, ты думаешь… черт, Эл. Речь идет не о игре. Я серьезно.
— Но это не имеет никакого смысла. Ты переспал со мной, а потом стал моим призраком.
— Я оставил записку.
— Точно. Ты забрал мою… У нас был секс, и ты оставил записку.
Его глаза сузились. — Что ты только что сказала?
— У нас был секс…
— До этого?
— Ничего. Я ничего не сказала. — Паника поднялась во мне. — Спасибо за танец, но мне действительно нужно идти.
На этот раз, когда я попыталась вырваться из его хватки, Коннор отпустил меня. Я не оглядывалась назад, пробираясь сквозь тела и выбегая из комнаты.
Боже, я не хотела, чтобы это вырвалось. Ему не нужно было знать, что значила для меня та ночь. Но я не могла сделать перерыв. Не успела я дойти до конца коридора, как Коннор догнал меня и потащил в ванную.
Ведьмино кудахтанье наполнило комнату, звеня у меня в ушах, когда вокруг нас вспыхнули огни.
— Элла, детка, пожалуйста, скажи мне, что ты не собиралась сказать то, что я думаю, что ты собиралась сказать. — В его глазах вспыхнула боль.